Глава 477. Что за люди в его семье?
— Исполнитель Лян, здравствуйте. Дело в том, что вчера кто-то устроил погром в салоне красоты моей мамы и тёти. У меня есть доказательства, поэтому я пришла заявить. — С этими словами Гу Нин достала флешку и протянула её Лян Юбо.
Услышав, что разгромили магазин мамы и второй тёти Гу Нин, Лян Юбо понял, что дело серьёзное, поспешно взял флешку и принялся просматривать.
На флешке были не только доказательства, но и записи с камер наблюдения, где эти люди громили магазин.
Увидев содержимое флешки, Лян Юбо и Юань Цзисун сильно разозлились. Эта Цинь Лилин ради наживы наняла банду Цин разгромить чужой магазин и к тому же ранила людей.
— Девочка Гу, как твоя мама? Тяжело ранена? — с тревогой спросил Юань Цзисун. Он думал, что дело ограничилось только погромом, но оказалось, что ещё и ранили, и, судя по всему, нелегко.
— Изначально было очень серьёзно, но вы знаете, у меня есть лекарство, после его приёма всё прошло. Однако если бы у меня его не было, травма моей мамы, без преувеличения, могла привести к повреждению нервов головы, — серьёзно сказала Гу Нин. Конечно, она немного преувеличила, но ей нужно было строго наказать Цинь Лилин.
О чудесных свойствах лекарств Гу Нин они, разумеется, знали, поэтому не ставили её слова под сомнение. К тому же на видео было видно, как сильно Гу Мань ударилась головой и сколько было крови. Известно ведь, что голова — довольно уязвимая часть тела. От такого сильного удара могло не только нервы повредить, но и умереть.
— Госпожа Гу, не волнуйтесь, я отнесусь к этому делу со всей серьёзностью, — торжественно пообещал Гу Нин Лян Юбо. Под этой серьёзностью подразумевалось, что он даёт слово: Цинь Лилин не отделается лёгким наказанием.
— Тогда прошу вас, исполнитель Лян, — вежливо ответила Гу Нин.
— Это мой долг, — сказал Лян Юбо.
Передав дело Лян Юбо, Гу Нин попрощалась и вернулась домой.
Как только Гу Нин ушла, Лян Юбо немедленно приказал арестовать Цинь Лилин.
Цинь Лилин думала, что всё прошло успешно, и была очень довольна собой. Но тут внезапно явилась полиция и арестовала её. Только тогда она поняла, что провалилась.
— Вы что делаете? Я — сестра заместителя начальника управления! Вы не имеете права меня арестовывать! — выкрикнула Цинь Лилин, используя имя отца Цинь Чжэна.
— Неважно, чья ты сестра. Твои действия нарушили закон, так что лучше послушно следуй за нами! — холодно усмехнулся полицейский, задерживавший её.
Поняв, что имя брата не помогло, Цинь Лилин осознала, что за салоном красоты «Ка Мэй» стоит кто-то намного крупнее. Она не могла сопротивляться, и её увели.
Слух о том, что Цинь Лилин наняла людей разгромить салон «Ка Мэй», быстро распространился, особенно в торговом центре. Все знали о погроме.
Сначала все думали, что «Ка Мэй» поссорился с бандитами, но оказалось, что это конкуренты завидовали бизнесу и наняли громил.
Доказательства были неопровержимы, так что Цинь Лилин не могла отпираться и пришлось признать вину.
Раз преступник признался, юридическая процедура пошла быстрее, хотя всё равно не раньше завтрашнего дня.
Вернувшись домой, Гу Нин застала Гу Мань уже проснувшейся. Та сидела в гостиной, задумавшись. Было ясно, что она всё ещё думает о Тан Юньфане.
Гу Нин не стала её торопить с решением — пусть сама разберётся.
Но видя, что мать в растерянности и тревоге, Гу Нин решила отвлечь её разговором:
— Мам, мы нашли того, кто стоит за погромом в магазине.
Гу Мань вышла из задумчивости и спросила:
— Кто это?
— Это хозяйка салона красоты «Мэйянь». Она завидовала бизнесу «Ка Мэй» и наняла людей устроить погром. Её уже арестовали сегодня, приговор вынесут, наверное, завтра, — сказала Гу Нин.
Узнав причину, Гу Мань вздохнула. Выходит, и хороший бизнес не всегда к добру!
Помолчав, она хотела что-то сказать, но не решалась. Гу Нин заметила это и спросила напрямую:
— Мам, хочешь что-то сказать? Говори.
— Ладно, неважно, — Гу Мань хотела что-то сказать, но не знала, как начать, и передумала.
Раз Гу Мань не хочет говорить, Гу Нин не стала настаивать.
Днём, когда в гости пришла Гу Цин, Гу Мань рассказала ей о магазине. Узнав, что вопрос решён, Гу Цин вздохнула с облегчением.
За ужином, который приготовила Гу Нин, Гу Мань ела без аппетита и почти к еде не притронулась.
Вечером Гу Мань всё же не выдержала и спросила у Гу Нин:
— Ниннин, он... откуда он?
Под «он», разумеется, подразумевался Тан Юньфань.
— Он из города Хайши, — ответила Гу Нин. — Вообще-то дедушка Тан уже признал меня названой внучкой. Он не знает о наших с ним отношениях. Может, это судьба? Так что, даже если ты не захочешь с ним воссоединиться, нам с семьёй Тан не избежать связи.
Да, это официальное названое родство, не просто называть «дедушкой». Нужна ещё встреча родителей и даже полуофициальное признание, просто время пока не позволяет.
Хотя Гу Нин уважала мнение Гу Мань, в нужный момент она должна была подтолкнуть. Ведь со стороны виднее, а Гу Мань не могла рационально подойти к этому делу.
— Что? Он признал тебя названой внучкой? — Гу Мань удивилась.
— Да. Я пришла в дом семьи Тан, и он меня увидел, — сказала Гу Нин. Под «он» подразумевался, конечно, Тан Юньфань.
— Это... — Гу Мань растерялась, не зная, что сказать.
Значит, разрывать связь действительно невозможно.
— Тогда... какие они, его родные? — спросила Гу Мань.
Гу Мань знала, что отношения между невесткой и свёкровью, между свояченицами всегда непростые, а она с таким не сталкивалась — и ей было страшно.
— У них остался только дедушка Тан, одна дочь и два сына. Старший сын на государственной службе, а он — в бизнесе. В семье все хорошие, отношения гармоничные, ко мне относятся отлично, совсем как к своей, — сказала Гу Нин, намеренно с ноткой зависти в голосе, чтобы создать у Гу Мань впечатление, что она хочет такой жизни.
Гу Мань снова замолчала.
На следующий день в полдень Гу Нин позвонил Му Кэ. Едва она взяла трубку, как услышала его жалобный голос:
— Шеф, в вашем магазине случилось такое большое дело, а вы нам не сообщили! Это не по-товарищески! Как сейчас тётя?
— Уже всё в порядке. А ты откуда узнал? — с любопытством спросила Гу Нин. Неужели эту историю выложили в интернет?
— Тьфу, — при упоминании об этом Му Кэ не удержался от презрительного смешка. — Мне Цинь Чжэн сообщил. Он узнал, что магазин ваш, и пришёл ко мне просить заступничества. Представляешь? У него ещё хватило наглости просить! Когда я услышал об этом, чуть сам не пошёл крушить этот «Мэйянь», а он ещё просит за него! Хочется, чтобы ему дали побольше!
Говоря это, Му Кэ начал заводиться — от злости.
(Конец главы)
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1448185
qqq111 (ветеран рулейта/культиватор основы ци)
23 сентября 2025 в 06:12
0
Готово:
