Глава 381. Фейерверк
Хао Жань вздохнул, изображая смущение:
— Слишком хорошо знакомы — неудобно делать первый шаг! А если не сложится, то и друзьями не останемся.
Хотя у Хао Жаня просто ни к кому не было чувств, его слова были верны: сейчас им всего по восемнадцать, в будущем всё может измениться, и никто не может гарантировать, что останется верным раз и навсегда.
Однако когда Хао Жань говорил это, Му Кэ бросил взгляд на Юй Миси, в глубине глаз мелькнула едва заметная горечь — похоже, он тоже был согласен с этими словами. Юй Миси ничего не заметила, а Гу Нин это подметила и слегка опешила.
Неужели Му Кэ питает чувства к Юй Миси?
В любовные дела она не вмешивается, да и не может вмешаться — пусть развиваются сами. Но если они нравятся друг другу, она не хотела бы, чтобы они упустили свой шанс, поэтому в нужный момент решила дать намёк:
— Твои слова верны, но когда ты действительно кого-то полюбишь и захочешь с этим человеком будущего, то перестанешь так много думать. Ведь никто из нас не может предсказать, как всё сложится в дальнейшем.
Услышав это, в глазах Му Кэ прояснилось. Что у него на уме, Гу Нин не знала, и эта тема была исчерпана.
— Ладно, уже почти десять, пойдём обратно на площадь!
И компания направилась к площади.
Из-за произошедшего Хао Жань с компанией намеренно отделили Цзинь Кэсинь от Лэн Шаотина и остальных. Даже понимая, что Цзинь Кэсинь не сможет заполучить Лэн Шаотина, после того как они узнали о её нечистых намерениях, одно её приближение к Лэн Шаотину и Гу Нин казалось им осквернением.
Цзинь Кэсинь прекрасно видела, что задумали Хао Жань и остальные. От злости её лицо потемнело, но поскольку никто ничего ей не делал, она не могла ничего сказать и чувствовала себя крайне униженной.
Компания подошла к площади, где народу стало уже в несколько раз больше, чем раньше.
Место для фейерверков было огорожено, потому что близко подходить было опасно — можно пострадать от падающих искр, на всякий случай.
На открытой площадке уже расставили фейерверки, рядом ждали рабочие. Как только наступит время, можно будет зажигать.
Ровно в десять часов рабочие начали поджигать фейерверки. Но не все сразу, а по порядку.
— Бах!
С оглушительным грохотом одна за другой «маленькие ракеты» взмывали в небо. Пышные залпы фейерверков распускались в ночном небе, словно гигантские зонты, сияли, как яркие фонари, и расцветали, как букеты цветов, рассыпая золотую пыльцу. Огни фейерверков распускались один за другим, и в конце концов, словно бесчисленные кометы с длинными хвостами, нехотя скользили по ночному небу.
— Ух ты! Как красиво!
Восторженные возгласы не умолкали.
Ночное небо напоминало разноцветный сад, переливающийся фейерверк сиял, как драгоценные камни, красочные огни переливались, подобно шёлковым лентам.
Формы фейерверков становились всё разнообразнее: небесные лестницы, танцующие драконы и фениксы, надписи «С Новым годом» и многое другое.
Фейерверк продолжался полчаса. После того как зрелище закончилось, все отправились ужинать.
До самого конца ужина у Цзинь Кэсинь так и не появилось возможности приблизиться к Лэн Шаотину. Это было досадно, но поделать она ничего не могла.
После ужина Лэн Шаотин отвёз Гу Нин домой. Чу Пэйхань и Хао Жань, у кого были машины, развезли остальных. Су Анья и её компания приехали сами, так что за них можно было не беспокоиться.
Проводив Гу Нин до района G и с тоской глядя, как она заходит, Лэн Шаотин отправился в квартиру Сюй Цзинчэня.
Так как был Новый год, Гу Нин не могла остаться на ночь.
Вернувшись домой, Гу Нин получила от Юй Миси сообщение в WeChat с вопросом, что подарить Су Анье на день рождения.
Гу Нин задумалась: Су Анья всё-таки наследница крупной семьи, дарить слишком дешёвое было бы нехорошо. Но Юй Миси — ещё студентка, нет смысла дарить что-то слишком дорогое.
Поэтому, подумав немного, Гу Нин предложила купить кошелёк Chanel. У Юй Миси сейчас кое-какие деньги есть — потратить одну-две тысячи на кошелёк не проблема.
Что касается платья, то можно надеть то же, что и в прошлый раз, когда ходили в семью Цинь. Гу Нин тоже так сделает. То платье надевали всего один раз. Они ещё студентки, и незачем соревноваться, так что тратить деньги на смену наряда не стоит.
*
На следующий день Гу Нин под предлогом пойти поздравить с Новым годом одноклассницу вышла с Лэн Шаотином и снова вернулась очень поздно.
Когда Гу Нин пришла, Гу Мань ещё не спала. Гу Нин вспомнила, что хотела осторожно выведать у матери, и спросила:
— Мам, я скоро уеду в университет. Мне неспокойно оставлять тебя одну. Ты уже так долго одна — не пора ли найти спутника? Как думаешь?
Гу Мань на мгновение опешила, но в её глазах было спокойствие — явно не было ни малейшего интереса к этому:
— Ниннин, не волнуйся за меня, мама. Мне хорошо одной, я привыкла.
— Мама, у тебя в сердце ещё живёт мой биологический отец? — спросила Гу Нин.
Тело Гу Мань напряглось, в глазах мелькнули тоска и боль, но она ничего не ответила.
По этой реакции Гу Нин всё поняла: Гу Мань всё ещё хранит чувства к Тан Юньфаню, и спросила:
— Мама, а ты не думала, что если его тело не нашли, то он, возможно, вовсе не умер?
Услышав это, Гу Мань снова вздрогнула и с волнением переспросила:
— Если бы он не умер, почему бы он не пришёл ко мне?
Очевидно, Гу Мань и сама думала об этом, но раз он не пришёл, значит, он мёртв, потому что она не верит, что он — бессердечный человек.
— Ты говорила, что когда вы познакомились, он потерял память. Возможно, после того несчастного случая к нему вернулась старая память, а воспоминания того года, наоборот, стёрлись? — предположила Гу Нин.
— Возможно ли такое? — в глазах Гу Мань мелькнула надежда, но тут же исчезла, сменившись разочарованием и отчаянием.
— Если он жив, просто забыл тот год, если он не женат или уже разведён, и если вам суждено встретиться снова, и его чувства к тебе ещё живы, — ты бы приняла его? — спросила Гу Нин.
Гу Мань промолчала, потому что сама не знала. Её мысли сейчас были в хаосе.
Сказать, что чувства к нему угасли, было нельзя, но она не была уверена, относятся ли эти чувства лишь к тому, прежнему нему, или она сможет принять его нынешнего. Поэтому она не могла ответить Гу Нин.
Гу Мань не хотела отвечать, и Гу Нин больше не спрашивала. Она тоже понимала, что сейчас говорить о чём-то бессмысленно — лучше дождаться встречи и тогда уже смотреть.
В эту ночь Гу Мань всё думала о словах Гу Нин, вспоминала тот год и не могла уснуть.
Хотя её отношения с «А Нин» продлились всего год, но за тот год она получила больше заботы и тепла, чем когда-либо в семье Гу, поэтому она погрузилась в эти чувства глубоко и безнадёжно.
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1313330
Готово:
