Глава 277. Ты довольна тем, что видишь?
— Посмеешь только попробовать — я тебя прикончу, — сквозь зубы процедила Янь Шуя. Она дошла до крайней точки, поэтому и решилась на такое.
— Ты… — Ван Синьянь чуть не задохнулась от злости и в самом деле немного опасалась, что Янь Шуя сгоряча что-нибудь ей сделает. В конце концов, семья Янь Шуя держала школу боевых искусств, она с детства занималась единоборствами — не сравнить с ней, ей не справиться.
— Пошли… — сказала Янь Шуя и потянула Гу Нин вперёд. Гу Нин не стала вырываться и пошла следом.
Когда они отошли от той компании на достаточное расстояние, Янь Шуя остановилась и, взглянув на Гу Нин, поблагодарила:
— Спасибо, что пришла на помощь.
— Ты вроде не хотела с ними драться, это я появилась — и ты ввязалась. Тебя теперь запомнили как врага. Ты не винишь меня? — спросила Гу Нин.
Она осознавала, что своим появлением доставила Янь Шуе неприятности, и чувствовала себя виноватой.
— Ты тоже желала добра. К тому же я больше не могла терпеть. Ну и что, что мы разругались в пух и прах? — невозмутимо ответила Янь Шуя, но в глазах у неё мелькнула тревога.
Гу Нин достала свою визитку и протянула её Янь Шуе:
— У нас общий враг. Если она действительно начнёт тебе досаждать, можешь обратиться ко мне, я смогу за себя постоять.
Раз уж это дело её касалось, Гу Нин, разумеется, не могла просто так бросить Янь Шую. Напротив, если бы Ван Синьянь стала ей досаждать, Гу Нин была намерена вмешаться.
— Спасибо, — Янь Шуя не отказалась, но не собиралась в случае проблем обращаться к Гу Нин за помощью. Не то чтобы она не верила Гу Нин — считала, что та обладает способностями, — просто не хотела доставлять ей хлопот.
После этого они разошлись.
Вернувшись в гостиницу, Гу Нин приняла душ и уже собиралась ложиться — было почти двенадцать, — но новостей от Лэн Шаотина всё не было. Неизвестно, вернётся ли он сегодня вообще.
Когда Гу Нин уже собиралась заснуть, зазвонил телефон — звонил Лэн Шаотин. Она тут же взяла трубку.
— Открой дверь, я за дверью, — сказал Лэн Шаотин.
Услышав это, Гу Нин поспешно спрыгнула с кровати и, не успев поправить немного сбившийся халат, бросилась к выходу. Скорость была такая, будто она убегала от погони.
Она и сама не заметила, как ей не терпелось увидеть Лэн Шаотина.
Едва дверь открылась, Гу Нин и стоявший за ней Лэн Шаотин встретились взглядами. В тот миг, словно двое влюблённых после долгой разлуки, в глазах обоих читалась радость от встречи.
Но в следующую секунду взгляд Лэн Шаотина вдруг сузился, стал глубоким и тёмным, с каким-то особым блеском, остановился на её груди. Халат на Гу Нин слегка распахнулся, грудь почти наполовину обнажилась.
Заметив это, Гу Нин сильно покраснела, обеими руками прикрыла грудь и развернулась, чтобы убежать в спальню.
Лэн Шаотин тут же вошёл, закрыл дверь, запер её и быстрым шагом направился за ней в спальню…
Гу Нин уже запрыгнула на кровать и укрылась одеялом с головой. Она знала, что Лэн Шаотин вошёл, но не смотрела на него.
Лэн Шаотин бросил папку с документами на тумбочку, скинул пальто и швырнул его прямо на кровать, а затем… (дальше следует сцена, которую невозможно описать, так что придётся вам самим пофантазировать…)
Гу Нин вдруг вспомнила высказывание, которое читала в интернете: чего хочет женщина, выходя замуж? Не того ли, насколько толст кошелёк мужчины? Ведь от этого зависит сексуальное благополучие женщины во второй половине жизни.
Вспоминая всё, что было прошлой ночью, она понимала — Лэн Шаотин просто идеален. Кажется, даже чересчур, потому что от него её тело едва не развалилось от усталости…
Однако надо признать, фигура у Лэн Шаотина была просто великолепной.
Хотя Гу Нин отводила взгляд, она не могла удержаться и украдкой поглядывала на него…
Лэн Шаотин заметил это и не удержался от лёгкой усмешки, спросил двусмысленно:
— Ты довольна тем, что видишь?
Гу Нин сначала отвлеклась на его улыбку — уж очень красиво он улыбался, — но в следующую секунду его слова заставили её вздрогнуть. Она тотчас отвернулась, и лицо её вспыхнуло ещё сильнее.
А затем… (а затем, конечно, снова произошло нечто неописуемое. Раз неописуемое — значит, не будем описывать. Так что вам снова придётся пофантазировать…)
После любовных утех Лэн Шаотин обнял Гу Нин и уснул…
На следующий день около семи утра Лэн Шаотин встал, чтобы приготовить Гу Нин завтрак. Его движение разбудило Гу Нин, и она тоже проснулась.
— Ещё рано, поспи немного, — вспомнив, как утомлена Гу Нин прошлой ночью, Лэн Шаотин пожалел её и хотел, чтобы она ещё отдохнула.
— М… — Гу Нин тоже не хотелось вставать — она всё ещё чувствовала усталость.
Лэн Шаотин поцеловал Гу Нин и вышел, а она перевернулась на другой бок и снова уснула…
Чтобы не мешать Гу Нин отдыхать, Лэн Шаотин занимался готовкой очень тихо.
Примерно через час к носу Гу Нин донёсся аромат мяса, от которого у неё заурчало в животе, и она проснулась от голода.
Раз уж проснулась и проголодалась, Гу Нин, конечно, встала, приняла душ, оделась и вышла.
Лэн Шаотин почти закончил готовить завтрак — обильный и питательный.
— Мужчин, умеющих готовить, почти не осталось. Похоже, мне повезло, — не удержалась от похвалы Гу Нин. Она не впервые пробовала то, что приготовил Лэн Шаотин, и знала, что у него отличные кулинарные способности, пожалуй, даже лучше, чем у неё.
Услышав похвалу, Лэн Шаотин невероятно обрадовался:
— Если тебе нравится, я буду готовить для тебя всегда.
— Хорошо, беру твоё питание на себя, — не стала церемониться Гу Нин. Кто откажется, когда о тебе заботятся?
— Договорились. — Для Лэн Шаотина это было честью, как же он мог отказаться?
После завтрака Лэн Шаотин передал Гу Нин толстую папку — все документы на компанию.
— У тебя сегодня есть другие дела? — спросила Гу Нин.
— Нет, побуду с тобой, — ответил Лэн Шаотин.
— Хорошо, — отозвалась Гу Нин.
После завтрака Гу Нин и Лэн Шаотин вышли.
Однако едва они оказались за дверьми гостиницы, как их окружили пятеро-шестеро полицейских в форме, с дубинками в руках — выглядели они грозно.
Один из полицейских достал фотографию и показал её Гу Нин:
— На вас поступила жалоба за нападение. Пройдёмте с нами в участок. Вас задерживаем.
На снимке была как раз Гу Нин, избивающая людей, — скриншот с видеорегистратора. Её лицо было запечатлено очень чётко, так что отпираться было бесполезно.
Впрочем, Гу Нин и не собиралась отпираться.
— А кто позволит? — Лэн Шаотин тут же встал перед Гу Нин, его взгляд, острый, как лезвие, уставился на приближающихся полицейских. От него исходила такая мощная и давящая аура, что несколько стражей порядка испугались и замерли на месте.
Лэн Шаотин был очень зол. Забрать его Гу Нин? Ни за что.
(Конец главы)
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1069685
qqq111 (ветеран рулейта/культиватор основы ци)
21 сентября 2025 в 14:16
0
Готово:
