Иногда его также приглашали помогать Чжао Инчжэню, Ши Хуацзиню и другим в очищении целебной силы для их божественных пилюль высокого ранга, повышая вероятность их успешного изготовления. Благодаря помощи Ли Хао в Очищении, успешность создания высококачественных эликсиров значительно возросла, поднявшись с ничтожных тридцати процентов до уверенных семидесяти процентов. Это сделало Ли Хао весьма востребованной фигурой в алхимических кругах Святилища Предка Меча, принеся ему широкую известность.
...
Дни сменяли недели, прошёл ещё один месяц.
Ли Хао полностью укрепил своё Царство Истинного Человека Пути Просветления, восстановив свою силу до прежнего уровня. Точнее, его нынешняя сила даже превзошла прежний уровень.
Преобразование Силы Дао в Земле Мудрецов происходило гораздо быстрее, чем в Мире Смертных. Всего за пять дней его тело полностью наполнилось Силой Дао. В течение оставшихся двадцати дней Ли Хао не отдыхал, продолжая совершенствовать и укреплять свою силу.
Теперь его Физическое Тело было даже твёрже, чем Сокровище Святого Сердца. Сила Дао пронизывала всё его тело, делая его самого величайшим сокровищем. Каждое его движение несло в себе огромную разрушительную силу.
Более того, его Дао Меча достигло восьмой стадии, и он освоил Инерцию Меча и Намерение Меча. Если бы он снова атаковал, его удары были бы ещё более грозными и ужасающими.
Однако после битвы с Воплощением Виртуального Мудреца Ли Хао полностью осознал существование Царства Мудрецов. Он понял, что, несмотря на свою нынешнюю силу, ему всё ещё предстоит преодолеть значительный разрыв, чтобы достичь уровня Мудреца. В это время Ли Хао также расспрашивал Линь Шаньхая, получив более чёткое представление о Мудрецах.
Царство Мудрецов было общим термином, но внутри него существовали различные уровни. Мудрец должен был пережить Три Бедствия, и каждый раз, когда он преодолевал бедствие, его сила переходила на новый уровень.
Когда Мудрец успешно преодолевал самое сложное Небесное Испытание, он становился Высшим Мудрецом.
Это были существа на вершине Царства Мудрецов, истинные правители Земли Мудрецов.
По словам Линь Шаньхая, существовало всего около десяти Высших Мудрецов, каждый из которых обладал Силой, способной затмить Небо и Землю, не имеющей себе равных в Поднебесной.
Ли Хао также расспрашивал о Виртуальном Мудреце, который пытался его убить. Хотя мир Цанлань и Мир Облачного Тумана были далеко друг от друга, имена Мудрецов были хорошо известны во всех Тридцати Трёх Царствах, всем известные.
Линь Шаньхай знал о Виртуальном Мудреце, но тот не был Высшим Мудрецом.
Процесс преодоления Небесных Испытаний Мудрецом был грандиозным событием, и Высшие Мудрецы, как правило, были весьма известными фигурами.
...
"Алхимик Цинфэн, вот сегодняшние Печень Огненного Дракона, Линчжи Сотни Ароматов и Роса Пурпурного Коралла..." На Травяной Горе Ли Хао сидел в павильоне возле Алхимической Комнаты, праздно играя камнями Го. Цзян Сяохуэй, личная ученица Ши Хуацзинь, почтительно передала различные алхимические ингредиенты Ли Хао. Она была крайне скромна и вежлива по отношению к молодому человеку, стоящему перед ней. В алхимических кругах Святой Земли имя Алхимика Цинфэна было хорошо известно. Хотя Ли Хао и не занимал официальной должности Алхимика, многие относились к нему как к таковому, даже считая его равным Старшему Алхимику. В конце концов, у Ли Хао было слишком много связей в мире Алхимии. Помимо Ши Хуацзинь и её круга, другие Алхимики также обращались за помощью к Ли Хао, многократно отправляя подарки только для того, чтобы он очистил их целебную силу и помог им изготовить высококачественные Божественные Пилюли.
"Хорошо, можешь положить их туда." Ли Хао ответил ей небрежным кивком.
Цзян Сяохуэй искоса взглянула на Ли Хао, завидуя его легендарному мастерству в Очищении Целебной Силы, которое, как она слышала, было тайным искусством, передаваемым в его семье, и которое, несмотря на его демонстрации, явно не могло быть освоено за короткое время и потребовало бы его тщательного руководства для изучения. Но такая высшая техника не будет передана посторонним без значительной выгоды.
Вскоре из Алхимической Комнаты донёсся металлический лязг. Ли Хао взглянул, уловив необычный целебный аромат, указывающий на готовность пилюль. Вскоре после этого дверь Алхимической Комнаты открылась, и внутренний звуконепроницаемый барьер был снят. Этот барьер был предназначен не для того, чтобы Ли Хао не подглядывал, а для того, чтобы не допускать других учеников-алхимиков, даже прямых учеников Ши Хуацзинь.
Сегодняшняя задача состояла в очищении высококачественных Божественных Пилюль, что было одним из фирменных навыков Ши Хуацзинь. Даже её прямых учеников нелегко обучали этой технике, поскольку она требовала тщательного учёта их характера и других факторов. Это был строго охраняемый секрет, предназначенный для передачи следующему поколению.
"Чистый Ветер, иди и посмотри." Ши Хуацзинь толкнула дверь и увидела Ли Хао, который праздно отдыхал в павильоне. Она улыбнулась, вспоминая, как Ли Хао ранее отказался от её приглашения войти внутрь, заявив, что там слишком душно, отчего ей чуть не стало дурно. Её ученики, услышав отказ Ли Хао, все уставились широко раскрытыми глазами, не понимая его мотивов. Неужели он набивает себе цену?
"Хм." Ли Хао бросил камни Го обратно в шкатулку и встал, войдя в алхимическую комнату. Там он увидел нефритовый поднос, на котором лежали семь эликсиров, каждый из которых излучал мягкую, мистическую ауру.
"Это Пилюли Конденсации Дао. Даже те, кто находится в Царстве Четвёртого Предела, могут принимать их, чтобы конденсировать частицу Силы Дао в своих телах, позволяя им подавлять сверстников того же царства!" Ши Хуацзинь улыбнулась, представляя свою специализированную формулу эликсира Ли Хао. "Меня пригласили очистить их для Святой Девы, которая находится в Царстве Просветления. Для кого-то на этом уровне, приём одного из этих эликсиров ценнее, чем годы усердной Культивации!"
Ли Хао не мог не присвистнуть от изумления. Действительно, высокий статус алхимиков был вполне заслужен.
Один эликсир мог позволить культиватору Царства Четвёртого Установления конденсировать Силу Дао, давая ему преимущество над сверстниками. Это делало как природный Талант, так и упорный труд почти смехотворными.
Однако это было основой и накоплением великой Силы.
В Великой Божественной Династии Юй старый мастер-алхимик из Алхимической Академии обладал лишь умеренным мастерством. Тем не менее, эликсиры, которые он очищал, считались божественными пилюлями в Мире Смертных. Помимо снабжения Императорского Клана, другие фракции должны были предлагать всевозможные услуги, чтобы заставить его очистить что-либо хотя бы один раз.
Пять Поместий Небесных Генералов должны были полагаться на сильные связи, чтобы получить шанс пройти вне очереди.
Если бы эти Пилюли Конденсации Дао были доставлены в Великую Юй, они, вероятно, свели бы с ума всех культиваторов Царства Четвёртого Предела, и статус Ши Хуацзинь был бы неоспорим.
"Если хочешь научиться, я могу тебя научить," — Ши Хуацзинь сказала Ли Хао с полуулыбкой.
Ли Хао покачал головой. Он мог учиться и очищать эликсиры для других, но ингредиенты этого эликсира он уже запомнил. Используя свои кулинарные техники, он мог создать похожий эффект, хотя и немного слабее. Преимущество заключалось в том, что его блюда не содержали пилюльного яда и могли потребляться ежедневно.
Однако ингредиенты для этого эликсира были редки. Даже Ши Хуацзинь почувствовала бы укол боли, если бы однажды потерпела неудачу. Вот почему она пригласила его помочь с процессом очищения, чтобы увеличить вероятность успеха.
В Мире Смертных было бы почти невозможно собрать эти ингредиенты, поэтому, даже если бы он выучил формулу, он был бы как искусный повар без ингредиентов.
"Ты беспокоишься, что я тебя проверяю? Я искренна." Ши Хуацзинь мило улыбнулась. "Если ты научишься, тебе нужно будет только согласиться стать моим учеником."
"Старшая Сестра, не дразни меня. У меня действительно нет интереса к алхимии," — сказал Ли Хао с беспомощным вздохом.
Ши Хуацзинь закатила глаза. Если бы кто-то другой услышал это, он бы уже дрожал от волнения.
"Я тебя действительно не понимаю. Мне что, умолять тебя?"
Она чувствовала себя ещё более беспомощной, чем Ли Хао. Формула эликсира, которую алхимики так ценили, была тем, за что другие готовы были убить, но она умоляла Ли Хао взяться за это, надеясь, что он продолжит их наследие и станет Великим Мастером Дао Пилюль. Но Ли Хао просто не мог утруждать себя, что было абсурдно.
"Ладно, я сегодня немного устала от алхимии. Это Пилюли Конденсации Дао, которые я очистила для Святой Девы Сюэ'эр. Отнеси их вместе с Маленькой Хуэй и доставь их для меня," — Ши Хуацзинь сказала, с оттенком усталости в глазах. Алхимия была чрезвычайно утомительной, и если бы не волнение от успешного очищения, она бы давно уснула.
"Хорошо." Видя её состояние, Ли Хао согласился.
За дверью Цзян Сяохуэй услышала их разговор, и её губы задрожали. Ей хотелось закрыть рот Алхимика Цинфэна и крикнуть: "Я научусь, я хочу научиться!"
Ши Хуацзинь поместила Пилюли Конденсации Дао в драгоценную тыкву и передала её Ли Хао, затем устало махнула рукой.
Ли Хао молча взял тыкву и жестом показал Цзян Сяохуэй идти впереди.
Цзян Сяохуэй знала, что её учитель не доверяет ей такой ценный эликсир, и она горько улыбнулась. Несмотря на то, что она была личной ученицей своего учителя много лет, казалось, что её учитель больше доверяет Алхимику Цинфэну.
"Алхимик Цинфэн, пожалуйста." Цзян Сяохуэй подавила свои мысли и почтительно пригласила Ли Хао.
Вскоре они вдвоём поднялись с Травяной Горы, направляясь к Области Учеников Святилища Предка Меча.
Это был первый раз, когда Ли Хао покидал жилую зону алхимиков, чтобы посетить места, где культивировали ученики.
Святилище Предка Меча было огромным, и область Культивации учеников занимала значительную его часть.
Пролетев несколько тысяч миль, они вошли в горный хребет с волнистыми вершинами. Большинство этих вершин были украшены массивами, излучающими сияющую ауру, и на них можно было видеть множество учеников.
Пролетев более десяти тысяч миль, они, наконец, прибыли к возвышающейся горной вершине.
Эта вершина взмывала к небесам, её величие затмевало окружающие горы.
Реки окружали гору, а несколько меньших вершин образовывали пятиугольную форму, напоминая некий массив. Этот массив, казалось, собирал и передавал энергию Неба и Земли к возвышающейся горной вершине. Это явно не было естественным образованием, а результатом преднамеренных изменений земных вен для формирования массива.
Вложенные в это усилия и ресурсы указывали на то, что человек, проживающий на горе, не был обычного статуса.
Цзян Сяохуэй повела Ли Хао быстрым полётом, приземлившись у ступеней сторожки на вершине горы, где дежурили слуги.
"По приказу моего учителя я пришла доставить лекарство Святой Деве." Цзян Сяохуэй предъявила жетон Ши Хуацзинь.
Увидев его, ранее суровые выражения лиц слуг тут же смягчились в любезные улыбки. Один из них торопливо сказал: "Это уважаемый ученик Мастера-Алхимика. Спасибо за ваш труд."
Цзян Сяохуэй слегка кивнула, отказавшись от формальностей, и попросила проводника.
Они пересекли площадь и вскоре прибыли к величественному и великолепному комплексу зданий на вершине горы.
Ли Хао посмотрел на центральное здание и слегка удивился.
Структура этого здания была чем-то похожа на вход в Поместье Небесного Генерала.
"Святая Дева ждёт внутри. Пожалуйста, следуйте за мной," — почтительно сказал слуга у двери.
Войдя в ворота, взгляд Ли Хао скользнул по округе, и он на мгновение оцепенел.
Длинная дорожка и внутренняя структура были ему знакомы.
Следуя за слугой, они вскоре прибыли во двор.
Войдя во двор, Ли Хао заметил, что он был устроен как Двор Гор и Рек.
Пруды с лотосами, катальпы, главный зал, боковые павильоны и даже дровяной сарай — всё было расположено одинаково, без существенных изменений в размере.
Павильон во дворе находился в том же положении, как и каменная дорожка.
Взгляд Ли Хао метнулся, и он огляделся. Затем он увидел знакомую фигуру в белом, медленно практикующую техники меча.
Её движения были похожи на движения Линь Цинъин, изящные и плавные, как танец.
Но Ли Хао мог сказать, что это была культивация Намерения Меча.
Когда она изредка поворачивалась боком, глаза Ли Хао слегка расширялись, и он понял почему.
Он не ожидал увидеть здесь знакомое лицо.
Прежде чем спешить в Императорский Дворец Имперского Города, он встретил смертного Святого Меча, Цзянь Удао, который упомянул, что она была выбрана Мудрецом и приведена в мир внутри Врат Бессмертия.
Значит, она была здесь.
Мудрец Святилища Предка Меча был известен как Святой Меча.
Это был истинный Святой Меча, и только такой человек заинтересовался бы тем, кто владел мечом, как Бянь Жусюэ.
Цзянь Удао сказал, что у неё была Пыльная Кость Меча, которую Мудрец обнаружил...
"Святая Дева, Алхимик пришёл доставить ваше лекарство," — сказал слуга, почтительно поклонившись женщине.
Фигура в белом прекратила практику меча, слегка подняв голову, чтобы взглянуть на Ли Хао и Цзян Сяохуэй.
Время оставило свой след на её внешности, но знакомые черты всё ещё были на месте.
Ли Хао не ошибся; это действительно была Бянь Жусюэ.
Однако она больше не была той девушкой с мечом, которую он помнил. Теперь она излучала спокойную и неземную ауру, красоту изысканной утончённости.
Её глаза были как озёра на заснеженной горе, спокойные и глубокие, отражающие необыкновенное чувство умиротворения.
Этот покой часто проистекал из глубокой внутренней уверенности.
"Приветствую вас, Святая Дева," — Цзян Сяохуэй подошла, почтительно поклонившись.
Хотя она была личной ученицей Ши Хуацзинь, она была лишь одной из многих. Святая Дева же занимала положение даже немного выше, чем её учитель. Что ещё важнее, Святую Деву готовили к тому, чтобы потенциально стать Мудрецом.
Поднимется ли она, было неизвестно, но по крайней мере у неё был потенциал.
Из миллионов Мастеров Боевых Искусств в Поднебесной ни у одного не было даже крупицы такого потенциала.
"Хм? Кто он?" Взгляд Бянь Жусюэ скользнул по женщине перед ней, и слабый травяной запах от неё слегка вызвал у неё дискомфорт, хотя она и не показала этого. Затем её глаза остановились на мужчине лет двадцати, стоявшем за ней.
Она уже заметила, как он на неё смотрит, что её немного озадачило.
Его взгляд отличался от скрытой жадности и восхищения, которые она обычно видела в глазах других. Это было чувство, которое она не могла полностью описать, но оно казалось знакомым.
"Он Алхимик Цинфэн. Он пришёл со мной, чтобы доставить лекарство Святой Деве," — быстро объяснила Цзян Сяохуэй.
"Ты Высокопоставленный Алхимик? Почему ты не поклонился Святой Деве? Как ты смеешь смотреть прямо на неё! Хочешь, чтобы тебе выкололи глаза?"
Служанка-проводник, которая ранее улыбалась им, теперь казалась другим человеком, когда она сердито отчитывала Ли Хао.
"Чистый Ветер здесь новенький и не знает правил. Пожалуйста, простите его, Святая Дева," — быстро сказала Цзян Сяохуэй, потянув Ли Хао за рукав, чтобы он поклонился и извинился перед Святой Девой.
Ли Хао отвёл взгляд. Услышав гневный упрёк служанки, он не мог не найти это забавным. Люди, которые ведут себя как собаки перед своими хозяевами, оскаливая клыки и выставляясь напоказ, могут так быстро менять свои лица, что это поразительно.
"Чистый Ветер приветствует Святую Деву." Ли Хао слегка поклонился, признавая её.
В данный момент он не собирался раскрывать свою истинную личность, чтобы избежать проблем.
Кроме того, та маленькая девочка с тех пор уже не была той "маленькой хвостиком", которую он знал. Прошло семь лет с тех пор, как он покинул Меч-Хижину, изменив всё. Теперь прошло более десяти лет, и было невозможно сказать, остался ли тот человек, которого он когда-то знал, прежним.
"Ваше отношение неприемлемо..." Служанка, увидев простой поклон Ли Хао, собиралась отругать его, но Бянь Жусюэ жестом приказала ей остановиться. Затем она повернулась к Ли Хао и спросила: "Мы встречались раньше?"
Глаза Ли Хао метнулись, и он ответил: "Почему вы так говорите, Святая Дева?"
"Вы очень похожи на кого-то, кого я знаю." Бянь Жусюэ мягко сказала, хотя и не понимала, почему у неё возникло это чувство. Человек перед ней выглядел совсем иначе, чем тот, что был в её памяти, и его аура полностью изменилась. Тем не менее, она не могла не думать о том человеке.
"В Поднебесной много людей, и многие похожи друг на друга. Святая Дева, должно быть, ошибается," — сказал Ли Хао.
Бянь Жусюэ на мгновение посмотрела на него, затем замолчала.
Да, человек, которого она знала, был в Мире Смертных, в то время как её мастер привёл её в эту Землю Мудрецов. Теперь их разделяла огромная пропасть между священным и обыденным.
Вспоминая их последнее прощание, слова у костра, её губы сжались. Теперь у неё, наконец, появился шанс достичь вершины Дао Меча и увидеть, что лежит на её вершине.
Если бы она смогла постичь высшую технику меча, она хотела бы показать её ему, как они и договаривались.
Но действительно ли он был бы поражён этой техникой меча?
При этой мысли Бянь Жусюэ вздохнула про себя. Вершина Дао Меча была лишь роковым притяжением для мечников. Точно так же, как тот брат всегда выделялся, предпочитая бесполезные искусства и пренебрегая своим Талантом.
Даже если бы она продемонстрировала это, он мог бы не понять.
Он мог бы не оценить тонкости и редкость достижения такой техники меча.
Такое деление было обречено быть односторонним, как и их отношения. Она не могла понять, чего он хотел или желал, а он не понимал её любви к Дао Меча.
Однако, что бы ни случилось, она обещала подняться на вершину и рассказать ему, что она там увидела.
"Вы алхимик?" — мягко спросила Бянь Жусюэ.
"...Полагаю, да."
Бянь Жусюэ отвела взгляд, зная, что человек перед ней не мог быть Ли Хао. Когда её мастер привёл её в Землю Мудрецов, он всё ещё был на Небесном Горном Перевале.
Теперь прошло более десяти лет, а в Мире Смертных пролетел век.
Подумав об этом, она тихо вздохнула. "Оставьте эликсир. Спасибо вам обоим за ваши старания."
С этими словами она повернулась, подняла свой меч и снова начала танцевать.
Ли Хао наблюдал, как она демонстрировала Намерение Меча Льда и Снега.
Её первой культивацией высококачественной Техники Меча была Техника Меча Падающего Снега.
Продолжала ли она совершенствоваться на этом пути?
Ли Хао подумал об упоминании Линь Цинъин о Битве Богов Меча. Столкнутся ли они тогда друг с другом?
Одна владела Высшим Мягким Намерением Меча, другая — Намерением Меча Льда и Снега. Их Намерения Меча были схожи, но одно было нежным, другое — холодным и острым. Было неясно, кто выйдет победителем.
Ли Хао также отвёл взгляд, не желая по привычке её поправлять.
Но та маленькая девочка больше не была прежней "маленькой хвостиком". У неё был свой учитель, свой путь, и он больше не имел права предлагать ей руководство.
Достав драгоценную тыкву, Ли Хао передал её служанке-проводнику и ушёл без единого слова.
Во дворе две фигуры из Мира Смертных постепенно отдалялись друг от друга, ни одна из них не оглядывалась.
Вернувшись с пика Святой Девы, Ли Хао начал свою собственную культивацию.
По мере того как его Истинная Энергия продолжала конденсироваться, однажды Ли Хао внезапно почувствовал слабую силу, дрейфующую в воздухе и входящую в его тело.
Эта сила отличалась от энергии Неба и Земли, таинственной и неуловимой силы.
После некоторых размышлений Ли Хао понял, что это было Благовоние.
http://tl.rulate.ru/book/119372/6835739
Готово:
