«Это дитя, надеюсь, она сможет постичь желаемое в этой жизни…»
Линь Шаньхай наблюдал, как внучка уходит, покачивая головой с лёгким вздохом.
Учитывая Талант Линь Цинъин и её Священную Кость, а также частые случаи появления реинкарнаций и Воплощений Мудрецов за последние тысячу лет, невольно напрашивалась мысль, что она тоже является реинкарнацией Мудреца. Однако было неясно, каким именно Мудрецом она могла быть.
Но Линь Шаньхай не испытывал по этому поводу никакого неудобства. По крайней мере, в этой жизни она была его внучкой, которую он вырастил с младенчества.
Родители Линь Цинъин рано умерли, и он заботился о ней в детстве, успокаивал её плач и дорожил её игривым и послушным нравом, что глубоко запало ему в сердце.
«Старина Линь, почему эти Мудрецы решают реинкарнировать и вновь заниматься культивацией?»
Ли Хао, держа в руках чашку чая, с любопытством спросил.
Линь Шаньхай снова наполнил свою чашку чаем, глядя на плывущие за карнизом белые облака. По двору веял свежий ветерок, создавая ощущение безмятежности и уюта.
Он отпил чаю и с лёгкой улыбкой повернулся к Ли Хао. «Эх, юноша, ты всё ещё утверждаешь, что не знаешь Алхимии!»
«Если бы ты был истинным Боевым Практиком, то знал бы, что эти реинкарнации Мудрецов стремятся достичь высшего совершенства Боевого Дао. Говорят, что достижение вершины каждого царства связано с невероятной великой тайной, особенно Шестое Предельное Царство!»
Я действительно не знаю Алхимии… Ли Хао горько улыбнулся. С тех пор как он продемонстрировал свою технику Обжигающего Очищения, мастер считал его наследником некогда процветающей Алхимической семьи. Его объяснения воспринимались как попытки скрыть свою личность, чтобы не раскрыть слишком многого.
Он, естественно, не стал объяснять дальше, чтобы не вызывать больше неудобства.
«Шестое Предельное Царство? В чём его особое значение?»
Любопытство Ли Хао было возбуждено, и он спросил.
«Откуда мне знать? До сих пор никому не удалось культивировать все Предельные Царства, включая Мудрецов».
Линь Шаньхай покачал головой.
«Что?»
Ли Хао был ошеломлён, его глаза широко распахнулись от удивления.
Мудрецы обладали долголетием, и история Земли Мудрецов была древней, гораздо старше Великой Божественной Династии Ю. Хотя вершина Боевого Дао была труднодостижима, те, кто становился Мудрецами, были, естественно, наделены Талантом и ресурсами. Со временем они могли постепенно совершенствоваться.
И всё же эти возвышенные Мудрецы не смогли постичь все Предельные Царства?
С тех пор как он встретил кого-то, кто постиг несколько Предельных Царств, находясь в Царстве Законов Дао, Ли Хао полагал, что большинство Мудрецов культивировали все Предельные Царства. Теперь же оказалось, что это совсем не так.
«Твои предки были Алхимиками, так что неудивительно, что ты не разбираешься в Боевом Дао. Предельные Царства не так-то просто культивировать».
Линь Шаньхай, видя шокированное выражение лица Ли Хао, терпеливо объяснил: «Если бы это было любое другое Предельное Царство, всё было бы иначе. Но Третье Предельное Царство, Образ Дхармы Небес и Земли, требует сердца Мудреца, мужества бросить вызов самой Поднебесной! Что касается Шестого Предельного Царства, оно повсеместно считается труднейшим для культивации. Оно крайне загадочно. Согласно секретной информации, которой я обладаю, Мудрецы реинкарнируют и вновь культивируют главным образом ради этого».
«Хм…»
Ли Хао был слегка ошеломлён. Шестое Предельное Царство было труднейшим для культивации, даже вынуждая Мудрецов реинкарнировать?
Он внезапно почувствовал благоговение. Неужели его Талант мог превзойти Талант Мудреца?
Когда он культивировал Шестое Предельное Царство, это заняло у него несколько месяцев глубоких размышлений, но оно не казалось значительно отличающимся от других Предельных Царств. Оно просто требовало некоторого Прозрения и понимания Поднебесной.
«Это Шестое Предельное Царство крайне загадочно. Оно не связано ни с Прозрением, ни с амбициями, ни с техниками Культивации. Никто не может внятно объяснить, как его достичь, но Мудрецы предполагают, что это может быть определённый Образ Мышления!»
Линь Шаньхай продолжил: «Но Образ Мышления — это труднее всего постичь. Странно, что в Поднебесной бесчисленное множество Гениев, каждый с разным опытом и образом мышления. Среди тех, кто имеет потенциал прикоснуться к Шестому Предельному Царству, ни одному не удалось постичь этот Образ Мышления. Это поистине удивительно».
Ли Хао был ошеломлён, не ожидая, что Шестое Предельное Царство окажется столь сложным.
Если бы он пришёл в Землю Мудрецов через Врата Бессмертия, это могло бы встревожить всю землю.
Виртуальный Мудрец наверняка атаковал его без колебаний, вероятно, из страха перед его потенциалом.
«Если Культивация достигает Шестого Предельного Царства, зачем Мудрецу реинкарнировать?»
Ли Хао не мог не спросить.
«Конечно, это потому, что Шестое Предельное Царство, как и Третье Предельное Царство, является Предельным Царством, где нельзя вернуться и начать всё сначала!»
Линь Шаньхай объяснил: «Более того, если это вопрос образа мышления, даже мысли Мудреца не способны его постичь. Лучше всего начинать с чистого листа, так как Воля Мудреца иногда может препятствовать. Как только что-то осознано, трудно притворяться, что это не так».
«Опыт и знания иногда могут быть ужасающим вторжением, изменяющим вас до неузнаваемости».
Услышав это, Ли Хао мгновенно понял, что тот имел в виду.
С Волей Дао, несомой в мыслях Мудреца, попытка постичь вещи за пределами их собственного Великого Дао лишь создала бы препятствия.
Начать всё с нуля было бы легче.
Даже если Мудрец притворился бы невинным, как чистый лист бумаги, некоторые вещи, однажды познанные, не могут быть забыты.
«Хочу купить османтус и вино, но это не то же самое, что путешествие юноши…» Ли Хао пробормотал себе под нос, что, вероятно, поэтому Мудрецам необходимо реинкарнировать и культивировать. Только прожив другую жизнь, по-настоящему с чистого листа, они могли бы вернуться в своё юношеское состояние.
Видя, как увеличиваются очки опыта от поэтических книг, Ли Хао проигнорировал это.
Рядом с ним Линь Шаньхай услышал пробормотанный стих Ли Хао и замер, находя его весьма поэтичным.
После минутного раздумья на его лице появилось удивление, когда он осознал, что это идеально передаёт суть необходимости Мудреца реинкарнировать и культивировать.
«С твоим Талантом ты мог бы легко стать литературным чемпионом в Династии Мира Смертных».
Линь Шаньхай сказал Ли Хао.
Ли Хао покраснел; стать литературным чемпионом было не так-то просто. Это не то, чего можно достичь всего лишь парой строк поэзии.
«Не будем об этом. У нас гости, эти парни…» Линь Шаньхай внезапно поставил чашку, стряхнул пыль с рукава и собирался встать, чтобы поприветствовать их. Затем он кое-что вспомнил, взглянул на чайник и кивнул Ли Хао:
«Быстро убери это. А пакетик чая из драконьего женьшеня в ящике под столом спрячь в печи и замаскируй запахом лекарственных трав. У этих парней очень чуткие носы…»
Сказав это, он встал, надел свои простые матерчатые туфли и направился из двора.
Ли Хао был ошеломлён, но не стал медлить. Он быстро собрал чай из драконьего женьшеня из чайника и пакетик из ящика в Пространство Небес и Земли. Затем он взял несколько ароматных лекарственных трав, положил их в чайник и налил по чашке себе и Линь Шаньхаю.
Он слегка согрел ладонь, чтобы ускорить выделение аромата трав, который витал над чашками.
В этот момент из-за двора донеслись серии заливистого смеха, когда несколько старейшин вошли, ведомые Линь Шаньхаем.
«Ребята, почему вы не предупредили меня, что идёте?»
«Это всего лишь небольшое расстояние, не стоило и предупреждать. Мы просто пришли посмотреть на твоего нового Ученика Алхимика, чтобы узнать, какого гения ты приютил».
Четыре фигуры вошли во двор: трое пожилых мужчин и изящная женщина средних лет. Один из мужчин был одет в золото и серебро, излучая благородство, в то время как другие были одеты скромнее, с деревянными заколками для волос.
Однако от всех четверых исходил отчётливый травяной запах.
«Хм? Это тот юноша?»
Войдя во двор, они быстро заметили Ли Хао. Поскольку они были гостями, то не использовали своё Божественное Чувство, чтобы зондировать его. Вместо этого они бросили на него беглый взгляд.
Ли Хао, больше не сидя, быстро встал.
Линь Шаньхай, заметив чайник, всё ещё стоявший на столе, на мгновение остолбенел, но затем увидел лекарственный аромат, доносящийся из чашек. Он не мог не улыбнуться, взглянув на Ли Хао, подумав, что этот парень оказался ещё хитрее, чем он сам.
«Проходите, проходите, пожалуйста, присаживайтесь».
Линь Шаньхай приветствовал их с улыбкой, попросив Ли Хао принести больше чайных принадлежностей и выпечки.
Ли Хао, выступая в роли Ученика Алхимика, принёс заббутоны, чашки и выпечку для всех.
«Старина Линь, вы с этим юношей недавно работали вместе над той партией эликсиров?»
Пожилой мужчина, одетый в золото и серебро, потирая нефритовое кольцо на пальце, спросил с улыбкой.
Линь Шаньхай, почувствовав намерения другого, легко фыркнул: «Даже не думай об этом. Я уже решил передать ему своё наследие».
«Посмотри на себя, так разволновался из-за одной фразы. Кто сказал, что мы пришли забрать его?» — элегантная женщина, Мастер Алхимии, прикрыла рот и рассмеялась.
«Старина Линь, ты всё тот же. Но, кстати говоря, я видел эликсиры, которые ты недавно очищал. Они действительно впечатляют такой высокой чистотой. Это не то, чего ты мог бы достичь в одиночку», — сказал другой старейшина.
Услышав это, Линь Шаньхай не стал ничего скрывать. Он предвидел, что эти старые друзья придут сегодня, и намеревался представить им Ли Хао, помогая ему расширить свой круг знакомств. Он хотел держать Ли Хао рядом с собой, поскольку такой редкий Талант в алхимии, с его исключительными навыками экстракции, уже был достаточен, чтобы квалифицировать его как Старшего Алхимика.
Если бы Ли Хао продолжал усердно изучать алхимию ещё несколько десятилетий, становление Грандмастером в искусстве эликсиров было бы не за горами.
«Да, это всё благодаря Чистому Ветру. В юные годы он упал со скалы и пережил счастливую встречу. Позже его преследовали и атаковали другие, но его спасла Цин Ин. Теперь он наконец-то остепенился».
Линь Шаньхай сказал.
Чистый Ветер — это прозвище, которое дал ему Ли Хао. Хотя они не находились в Мире Облачного Тумана, Ли Хао был не уверен в методах Мудреца и беспокоился, что другая сторона может выследить его по имени. Кроме того, многие люди знали его настоящее имя, и если бы они узнали о его местонахождении через них, это могло бы привести к большим проблемам.
Услышав представление Линь Шаньхая, Ли Хао потерял дар речи. Мастер Цзы продумал его предысторию, чтобы избежать любых зондирований, что показывало, сколько усилий он приложил.
«Понятно…»
Четверо обменялись взглядами, но не стали расспрашивать дальше, так как у каждого были свои секреты.
«Можешь показать нам? Будь уверен, мы не выдадим никакой информации. Мы просто хотим научиться».
Сказал один из старейшин.
Линь Шаньхай раздражённо ответил: «Это его основной навык. Ты не можешь просто так научиться этому. Ты должен хотя бы предложить две Продвинутые Формулы Пилюль в обмен».
«Старина Линь, он ещё ничего не сказал. Почему ты так торопишься?» — возразил старейшина. «Две Продвинутые Формулы Пилюль, я думаю, это ты заинтересован. Если у тебя есть способности, почему бы тебе не обменяться со мной? Или как насчёт дружеского Алхимического соревнования, по одной формуле каждому?»
«Кто хочет соревноваться с тобой? Мне это не нужно», — фыркнул Линь Шаньхай.
«Ладно, вы двое всё ещё не отошли от той последней Пилюльной Дуэли. Не заставляйте молодое поколение смеяться над вами», — беспомощно сказала благородная женщина, Ши Хуацзинь.
Линь Шаньхай прекратил спорить и представил четверых Ли Хао. Все они были Старшими Алхимиками из Святилища Предка Меча и старыми друзьями Линь Шаньхая.
Ли Хао запомнил их имена и поприветствовал каждого из них.
«Юноша, можешь показать нам? Ты уже показал Старине Линю, какие условия он предложил? Я предложу то же самое», — сказал Чжао Инчжэнь, тот, что с нефритовой доской.
«Верно. Если это обмен, я могу предложить тебе одну Продвинутую Алхимическую Формулу», — Ши Хуацзинь, благородная женщина, серьёзными глазами посмотрела на Ли Хао.
Как Старшие Алхимики, они проанализировали эликсиры, которые Линь Шаньхай недавно очищал. В конце концов, эти эликсиры получили широкое признание в Святой Земле. После анализа они поняли, что использованная техника очищения эликсиров была чрезвычайно продвинутой, даже превосходила их собственную.
Только после расспросов они узнали, что Линь Шаньхай нашёл самородок.
Видя завистливые взгляды своих друзей, Линь Шаньхай тайно усмехнулся, спокойно попивая чай. Однако, сделав всего несколько глотков, он нахмурился; лекарственный аромат был слишком сильным, из-за чего чай было трудно пить.
Этот парень действительно не умеет выбирать чай получше… проворчал он про себя, но, подумав о нескольких унциях чая из драконьего женьшеня, которые он собирал более века, его настроение улучшилось.
«Если старейшины хотят увидеть, я покажу вам. Нет необходимости в обмене формулами эликсиров», — сказал Ли Хао с улыбкой.
Четверо были озадачены, не ожидая, что Ли Хао будет таким сговорчивым. Они обменялись взглядами, чувствуя себя немного виноватыми.
«Это… нет такого понятия, как бесплатное обучение, юноша. Просто скажи нам, что тебе нужно, и мы сделаем всё возможное, чтобы помочь тебе», — сказал Чжао Инчжэнь, прекратив возиться с доской, с серьёзным выражением лица.
«Верно».
Старейшина рядом с ним, Сунь Чжэншан, кивнул в знак согласия.
«На данный момент мне ничего не нужно», — Ли Хао покачал головой.
Четверо посмотрели друг на друга, чувствуя некоторое разочарование. В присутствии Линь Шаньхая они не были бы настолько бесстыдными, чтобы воспользоваться младшим поколением. Однако быть должным услугу было ещё более хлопотно.
Линь Шаньхай заметил их дилемму и улыбнулся: «Раз Чистый Ветер готов показать вам, просто посмотрите пока. Если Чистый Ветер столкнётся с проблемами в будущем, просто помогите ему».
Увидев, что Линь Шаньхай сказал это, четверо больше не колебались и сразу же пригласили Ли Хао продемонстрировать.
Ли Хао вошёл в алхимическую комнату, выбрал несколько трав и начал жарить их в воздухе.
Увидев действия Ли Хао, четверо широко распахнули глаза.
Жарка?
Если бы не травы в его руках, они бы подумали, что юноша готовит!
Их ощущение было верным; Ли Хао действительно готовил, извлекая эссенцию трав.
Вскоре извлечение эссенции трав было завершено, и ароматный запах наполнил воздух.
Четверо были ошеломлены и быстро расширили свои божественные чувства, чтобы внимательно наблюдать. Они были немедленно потрясены.
Лекарственные Силы в травах были извлечены так просто путём жарки!
Использование таких мощных лекарственных Сил для алхимии, естественно, приведёт к более высокой чистоте и лучшему качеству. Если бы у них был такой ценный помощник, они могли бы достичь тех же результатов!
«Вот как это работает, уникальная техника экстракции…»
После шока они все поняли. Это было не какое-то секретное искусство, а особая техника экстракции, и она выглядела чрезвычайно трудной для освоения. Одной демонстрации было бы недостаточно, чтобы её изучить.
Неудивительно, что он не возражал показывать её; техника была слишком глубокой, и не было страха, что они её освоят.
«Я никогда не представлял, что существует такая Алхимическая техника. Она действительно расширяет мои горизонты».
Чжао Инчжэнь на мгновение погрузился в размышления, но когда он пришёл в себя, его глаза заблестели от нового вдохновения, как будто его алхимическое мышление было разблокировано.
«Тебя зовут Чистый Ветер, верно? Чистый Ветер, не согласишься ли ты помочь мне в очищении высококачественного Эликсира? Я не буду сдерживаться в процессе. Если ты сможешь научиться, это будет твоей заслугой. Мне нужны твои навыки экстракции, чтобы помочь мне очистить Эликсир…» Ши Хуацзинь пристально посмотрела на Ли Хао, протягивая ему приглашение.
Ли Хао был ошеломлён и не мог не взглянуть на Линь Шаньхая.
Линь Шаньхай, заметив взгляд Ли Хао, тоже удивился. Он сразу понял мысли Ли Хао; Ли Хао спрашивал, стоит ли ему принимать предложение.
Подразумевалось, что если Линь Шаньхай согласится, Ли Хао сделает это ради него. Если Линь Шаньхай проявит безразличие, Ли Хао, скорее всего, откажется…
Это было приглашение от Старшего Алхимика, и она даже была готова поделиться Продвинутой Формулой Пилюль без всяких оговорок. Какая редкая возможность! Неужели этот парень действительно не был заинтересован?
Линь Шаньхай потерял дар речи; он никогда раньше не встречал такого человека.
«Раз Мастер Алхимик Ши приглашает тебя, если ты готов помочь, ты должен согласиться. Это зависит от тебя, но это редкая возможность. Если тебя не интересуют Формулы Эликсиров, ты можешь попросить что-то другое. Мастер Алхимик Ши имеет обширные связи и богатое происхождение…» — сказал Линь Шаньхай с улыбкой.
Ши Хуацзинь была несколько ошеломлена этим. Неужели она действительно показала ему Продвинутую Формулу Пилюль без всяких оговорок, а этот юноша всё ещё не был заинтересован?
«Раз это приглашение от старшей, я приму его».
Ли Хао на мгновение задумался и наконец согласился.
Хотя это задержит его работу по скульптуре, это не займёт слишком много времени.
В конце концов, он был другом Линь Шаньхая, и отказ был бы несколько невежливым. Он уже был в большом долгу перед Линь Шаньхаем.
Более того, он всё ещё не был знаком с этим местом, и завести несколько друзей не повредило бы.
«Что тебе нужно?» — спросила Ши Хуацзинь Ли Хао, в её голосе явно сквозило любопытство.
Ли Хао покачал головой. «Мне ничего не нужно. Если у вас есть какая-либо ценная каллиграфия, картины или Шахматные Мануалы, я был бы заинтересован в них».
«Каллиграфия, картины и Шахматные Мануалы?»
Ши Хуацзинь и другие были удивлены. Эти предметы имели небольшую ценность, и, за исключением некоторых показных торговцев, они были практически бесполезны для культиваторов.
Линь Шаньхай видел, как Ли Хао проводил свободное время за скульптурой и никогда не спрашивал об Алхимии или Культивации, поэтому он уже был знаком с уникальными интересами Ли Хао. Но даже он был ошеломлён этой просьбой.
Ши Хуацзинь была скептична и дважды спросила Ли Хао, чтобы подтвердить, что он действительно хочет только эти вещи. Убедившись, она больше не думала об этом. Какими бы ни были причины Ли Хао, они со временем станут ясны.
«Старина Линь, почему ты завариваешь травы в своём чае? Это очень горько».
Другой старейшина, Лю Дунтин, выплюнул травы из своего чая, явно недовольный.
«Ты не понимаешь чай. Немного трав укрепит твоё тело», — сказал Линь Шаньхай с лёгким смехом.
Они продолжали болтать об Алхимии и задачах по пропорционированию Эликсиров Святой Земли, иногда упоминая внучку Линь Шаньхая, Линь Цинъин, и предстоящую Битву Бога Меча Святой Земли.
В Святилище Предка Меча все ученики, включая Святую Деву, почитали меч. Высшее соревнование Культивации и искусств меча означало, что проигравший будет полностью побеждён, без всяких оправданий относительно различий в оружии.
Ли Хао сидел тихо, внимательно слушая.
Когда они хвалили его, он улыбался и вежливо отвечал.
После некоторого времени непринуждённой беседы Ли Хао познакомился с именами и характерами четверых, и они тоже запомнили этого тихого и уникального юношу.
Когда четверо наконец попрощались, жизнь во дворе вернулась в обычное русло.
Время пролетело быстро.
В последующие дни Ли Хао продолжал помогать Линь Шаньхаю с Алхимическим Очищением. Его также приглашали помогать на Алхимических участках этих четверых, и его частое присутствие постепенно принесло ему небольшую репутацию. Ученики нескольких Алхимиков и те, кто им льстил, все слышали о Помощнике по Очищению Пилюль, который был высоко оценён несколькими Старшими Алхимиками…
Во дворе Линь Шаньхая.
Ночное небо было ослепительным, и Свет Меча танцевал.
Линь Цинъин закончила серию искусств меча, вытерла пот со лба и уловила запах чего-то ароматного.
Она обернулась и увидела Алхимика, которого она подобрала, несущего тарелку выпечки из кухни во дворе.
«Ты голодна? Хочешь немного выпечки?»
Ли Хао улыбнулся, когда увидел, что она смотрит, и поднял тарелку с выпечкой.
Глаза Линь Цинъин оставались спокойными, и она не ответила. Она продолжала практиковать ещё одно движение Искусства Меча.
Проходя через движения, она также чувствовала поток импульса меча.
Грохот…
Возможно, это был аромат, витающий в воздухе. В середине её практики её желудок издал нежный урчащий звук.
Линь Цинъин нахмурилась, прервав свою медитацию Намерения Меча. Она повернулась, чтобы посмотреть на алхимическую комнату, где её дедушка и молодой Алхимик ели и пили, выглядя чрезвычайно довольными.
Эти двое… когда они стали такими близкими?
Линь Цинъин была слегка озадачена, в её глазах мелькнул намёк на удивление. Она знала характер своего дедушки; хотя он казался беззаботным, в юности он пережил много опасностей и всегда сохранял определённую степень осторожности по отношению к другим. И всё же теперь он казался чрезвычайно любезным по отношению к Алхимику, которого они подобрали.
«Цинъин, если ты устала, подойди и немного отдохни. Попробуй стряпню Чистого Ветра; это действительно потрясающе!»
Увидев взгляд внучки, Линь Шаньхай тут же поднял выпечку в руке и позвал её.
Линь Цинъин посмотрела на выпечку, на мгновение замолчала, а затем медленно убрала свой меч, входя в алхимическую комнату.
«Вот».
Ли Хао поднял тарелку и предложил ей, позволяя ей взять самой. Будучи человеком с небольшой гермофобией, он колебался бы есть еду, к которой прикасались другие.
Увидев тонкий жест Ли Хао, глаза Линь Цинъин слегка дрогнули. Она ничего не сказала, но её нежные, тонкие пальцы, белые как лук-порей, осторожно взяли кусочек выпечки и положили его в рот.
Аромат растаял на её языке, и неописуемое ощущение распространилось по ней. Глаза Линь Цинъин слегка расширились, но она быстро вернулась к своему обычному спокойствию, тихо жуя.
Она снова замолчала, как будто наслаждаясь вкусом.
Увидев, как она проглотила, Ли Хао, без колебаний, снова предложил ей тарелку.
«…»
Линь Цинъин замерла, но затем взяла ещё один кусочек, на этот раз медленно жуя его.
Проглотив, она посмотрела на Ли Хао и кивнула. «Довольно вкусно. Спасибо за выпечку».
С этими словами она повернулась и вернулась во двор, продолжая свою Культивацию меча.
Ли Хао не был обеспокоен её уходом. Он пододвинул тарелку к Линь Шаньхаю, и они вдвоём продолжили небрежно есть.
С того дня, как Линь Шаньхай представил Ли Хао, он познакомился с Чжао Инчжэнем и другими. Помимо проведения времени во дворе Линь Шаньхая, он часто помогал им или навещал их для досуга.
Линь Шаньхай интересовался только алхимией и не проявлял интереса к таким занятиям, как шахматы, каллиграфия или рыбалка.
К удивлению Ли Хао, Ши Хуацзинь, эта женщина, обладала значительным мастерством в шахматах.
Поэтому, помимо помощи, Ли Хао иногда навещал пик Ши Хуацзинь в свободное время, чтобы обсудить Го.
Алхимики проживали в центральной части Святилища Предка Меча, где окружающая среда была просторной и окружённой лекарственными горами. Ученикам Святилища Предка Меча было строго запрещено беспокоить их.
Святилище Предка Меча было обширным. Из того, что Ли Хао слышал от Линь Шаньхая и его собственных выводов, одна только Святая Земля была примерно в два раза больше Великой Божественной Династии Юй, что эквивалентно тридцати восьми провинциям!
Площадь, выделенная Линь Шаньхаю для алхимии, была размером с город, с лишь несколькими Учениками Алхимиков, что делало её чрезвычайно тихой и просторной.
То же самое было и с другими, но лекарственная гора Чжао Инчжэня была особенно оживлённой, со множеством Учеников Алхимиков и учеников. Вся вершина была богато украшена, как Имперская Столица Мира Смертных.
«Ты вложил много мыслей в свою игру в Го. Это не то, чего можно достичь, просто проводя время».
В павильоне на лекарственной горе Ши Хуацзинь поставила камень, блокируя белую фишку Ли Хао. После полумесяца общения она всё больше интересовалась этим юношей, который отличался от всех, кого она встречала раньше.
«Это просто времяпрепровождение. Я немного исследовал».
Ли Хао улыбнулся, сосредоточившись на шахматной доске. Её Го было неплохим, около Пятого Ранга. Если бы он был слишком небрежен, даже его Шестой Ранг в Дао Шахмат мог бы быть недостаточным для победы.
Самоуверенность ведёт к поражению, если только уровни мастерства не сильно отличаются.
«Если ты захочешь, я могу порекомендовать тебя в Святую Землю. С нашими рекомендациями, ты мог бы быть напрямую назначен Алхимиком среднего уровня, со статусом, эквивалентным Внутренним Ученикам Святой Земли», — серьёзно сказала Ши Хуацзинь.
Ли Хао слегка покачал головой. Он был здесь только для того, чтобы исцелиться и улучшить свои художественные навыки. Статус Алхимика мало что значил для него.
Видя сосредоточенное выражение Ли Хао, Ши Хуацзинь не стала настаивать и продолжила расставлять свои камни с концентрацией.
На шахматной доске чёрные и белые камни переплетались. Ли Хао был полностью поглощён, и шахматная доска казалась увеличивающейся в его видении, линии сетки бесконечно растягивались, обволакивая его.
Едва заметная нить Духовного Света появилась, и на этот раз Ли Хао удалось её уловить.
http://tl.rulate.ru/book/119372/6835699
Готово:
