— Где?
— Это озеро Черной Воды, о котором упомянул молодой господин. Оно находится примерно в двух тысячах ли к востоку от города, — с уважением ответил охранник.
Не раздумывая, Ли Тяньган тут же отправился в путь, но вдруг нахмурился и спросил: «Почему этот ребенок рассказал тебе об этом месте?»
— Молодой господин мимоходом упомянул об этом. Он часто отправляет старому маркизу пирожные и торты, а путь неблизкий, поэтому молодой господин беспокоится, что еда может остыть...
Услышав это, лицо Ли Тяньгана помрачнело. «Вместо того чтобы усердно культивировать, он занят тем, что льстит людям и хитрит. Неудивительно, что его второй дядя так защищает его!»
Взмахнув рукавом, он взмыл в небо и в одно мгновение покинул город Цинчжоу.
Вскоре Ли Тяньган прибыл к озеру Черной Воды. Его огромная гладь простиралась до самого горизонта, темные воды бурлили.
Фигура, стоявшая у озера, инстинктивно обернулась, услышав его приближение. На ее лице начала расцветать улыбка, он хотел сказать: «Хао...»
Но, увидев холодное и суровое выражение лица Ли Тяньгана, он быстро пришел в себя, и улыбка сменилась разочарованием.
— Второй дядя.
Несмотря на свой гнев, Ли Тяньган сначала поклонился, приземлившись, а затем подошел к этой фигуре. Он посмотрел на озеро и спросил: «Ты рыбачишь здесь?»
Рыбалка... Лицо Ли Мосю стало холодным, он слегка дернул уголками губ. Он пришел сюда, чтобы посидеть в тишине и очистить свой разум, а не для того, чтобы рыбачить.
— Как ты узнал, что я здесь, и что тебе нужно? — равнодушно спросил Ли Мосю.
Ли Тяньган не был настроен на любезности, поэтому сразу перешел к делу. — Второй дядя, я знаю, что ты заботишься об этом ребенке, но разве ты не думаешь, что вредишь ему тем, что делаешь?
Ли Мосю повернулся к нему и спросил: «Как я могу навредить твоему сыну?»
— Ты попросил своего друга присматривать за Хао Эром и тайно защищать его. Разве ты не пытаешься заставить меня полностью разорвать с ним отношения? — сердито сказал Ли Тяньган.
Ли Мосю на мгновение опешил, а затем все понял.
В тот день, когда Ли Хао ушел, он почувствовал присутствие Фэн Бопина в тени. Фэн Бопин коротко поговорил с ним, сказав, что будет сопровождать Ли Хао.
За это Ли Мосю выразил ему свою благодарность, но он также чувствовал противоречие.
Если бы не поддержка Фэн Бопина, этот ребенок, возможно, не осмелился бы переступить этот порог.
Но Фэн Бопин, вероятно, согласился помочь, потому что не мог видеть, как Хао Эр страдает из-за своего собственного отца.
Даже посторонние не могли спокойно смотреть на это, это лишь показывало, каким плохим отцом был Ли Тяньган.
Подумав об этом, Ли Мосю посмотрел на гнев в глазах Ли Тяньгана и не смог сдержать усмешки: «Теперь ты боишься, не так ли? Боишься потерять Хао Эра?»
— Когда ты вернулся в тот раз, я слышал, что ты даже ударил Хао Эра. Разве ты тогда не боялся?
— И я узнал о том, что произошло в тот день. Хао Эр ударил ту маленькую девочку, потому что она оскорбила Цинцин, верно?
— Хао Эр защищал свою мать. Разве это было неправильно?!
Когда он говорил это, спокойствие Ли Мосю снова сменилось волнением, в его глазах мелькнул гнев.
Лицо Ли Тяньгана слегка изменилось, он потерял дар речи.
Позже он тоже расследовал это дело и узнал от Ли Мингуана, Ли Ушуана и других людей, присутствовавших в тот день, что именно дочь Восьмого Брата, Ли Румэн, первой упомянула о Цинцин и грубо с ней разговаривала.
Восьмой Брат ударил свою собственную дочь за ее неуважительное поведение, и они с женой несколько дней спорили об этом, из-за чего в их доме царил беспорядок.
Ли Тяньган не смог отругать их и немного пожалел о том, что ударил своего сына.
— Второй дядя, я знаю, что я не был идеальным отцом, но я всегда хотел научить его всему. Я уже сожалею о том, что все эти годы он не был рядом со мной, что я не мог направлять его и заботиться о нем.
Ли Тяньган продолжил: «Но ты же видел, какой он упрямый. Если твой друг будет продолжать защищать его, он никогда не поймет, насколько жесток и труден внешний мир».
Ли Мосю холодно посмотрел на него и сказал:
— Он твой сын, а не твой враг. Зачем тебе заставлять его познать суровость мира?
Ли Тяньган был ошеломлен.
— У меня нет своих детей. Если бы у меня был ребенок, я бы каждый день держал его на руках и баловал его!
Ли Мосю холодно произнес: «Люди заводят детей не для того, чтобы те страдали от суровости и жестокости мира, а для того, чтобы они чувствовали любовь своих родителей. В прошлом я не мог этого сделать, поэтому так и не женился и не завел детей, потому что знал, что не буду хорошим отцом. Но теперь, похоже, что ты еще меньше подходишь на эту роль!»
Ли Тяньган на мгновение замолчал, а затем сказал: «Второй дядя, ты никогда не был отцом, поэтому ты не понимаешь моих добрых намерений. Я тоже хочу хорошо относиться к нему и компенсировать ему те годы, которые он провел в одиночестве, но всему есть предел, нельзя слишком баловать его!»
— Сколько матерей и жен ждут своих мужей и сыновей, не вернувшихся с поля битвы? Он должен быть благодарен, что я все еще жив. Этого более чем достаточно!
— Но я когда-нибудь умру, и, если он не повзрослеет, как он сможет продолжить дело семьи Ли? Сможет ли он нести то бремя, которое передали нам наши предки?!
Ли Мосю усмехнулся: «Откуда ты знаешь, что он не сможет этого сделать, если ты даже не попытаешься? Хао Эр не такой слабый, как ты думаешь. Ты совсем не понимаешь его, потому что ты никогда по-настоящему не заботился о нем!»
Он протянул руку и поймал снежинку, протянув ее Ли Тяньгану. — Посмотри.
Ли Тяньган собирался возразить, но замолчал, озадаченный. — Что?
— Идет снег.
— Я знаю.
— Не считая того дня, когда этот ребенок ушел, это второй снегопад.
Ли Мосю посмотрел на Ли Тяньгана и сказал: «Во время первого снегопада ты прогнал Хао Эра из семьи Ли. А теперь, во время второго снегопада, ты приходишь и спрашиваешь меня, почему я попросил своего друга защищать его. Боже, если бы кто-то не знал об этом, он бы подумал, что ты и Хао Эр не отец и сын, а заклятые враги!
Он посмотрел прямо в глаза Ли Тяньгану и тихо произнес: «Когда ты видел падающий снег, ты хоть раз думал о том, холодно ли ему, тепло ли ему и сыт ли он на границе?»
Лицо Ли Тяньгана слегка изменилось, он сжал кулак, его голос был тихим и злым: «Под защитой твоего друга он, должно быть, чувствует себя очень комфортно во время своего путешествия. Даже Короли Демонов уровня Четырех Стоек не смеют нападать на него, а, поскольку Ли Хэ и Хунчжуан остались, чтобы заботиться о нем, он окружен любовью и заботой».
— При таком внимании разве имеет значение небольшой снегопад?
Ли Мосю посмотрел на него и спросил: «А твой друг? Ты сказал Ли Хэ, чтобы тот вмешивался, только если жизнь Хао Эра будет в опасности?»
— Конечно, — ответил Ли Тяньган. — В противном случае, как он усвоит свой урок?
Ли Мосю сделал глубокий вдох и больше не стал говорить об этом. — Ты должен уйти сейчас. Не беспокой меня, если в этом нет необходимости.
Ли Тяньган тут же сказал: «Если ты попросишь своего друга уйти и перестанешь баловать его, я больше не буду приходить к тебе».
Ли Мосю усмехнулся: «Ты действительно думаешь, что мой друг делает это из-за меня? Ты думаешь, что он заботится о моей репутации?»
Ли Тяньган приподнял бровь: «Ты хочешь сказать, что Хао Эр подружился с твоим другом? Он эксперт уровня Четырех Стоек. Зачем ему заботиться о ребенке?»
Ли Мосю был зол, но сдержал свои слова.
Было неуместно раскрывать личность Фэн Бопина, иначе это могло бы вызвать еще один скандал.
— Ни один Король Демонов уровня Четырех Стоек не осмелится напасть на него, — добавил Ли Тяньган.
— А что, если они это сделают? — Ли Мосю посмотрел на него.
Лицо Ли Тяньгана дернулось, и он вдруг замолчал.
— Результаты допроса этой Лю Юэрон должны скоро появиться. Вместо того чтобы тратить здесь свою энергию, почему бы тебе не добиться справедливости для своего сына? Что касается инцидента с божественной кровью, ты все еще думаешь, что Хао Эр выдвигал беспочвенные обвинения? — холодно спросил Ли Мосю.
Услышав это, глаза Ли Тяньгана замерцали, но он промолчал. Слегка поклонившись, он повернулся и улетел.
Когда Ли Мосю смотрел на удаляющуюся фигуру Ли Тяньгана, холод в его глазах исчез, и он вздохнул.
Он посмотрел на демоническое озеро перед собой, а затем на небольшое углубление неподалеку.
Недалеко от того места, где стоял Ли Тяньган, было то место, где его сын рыбачил.
— Второй дядя, я поймал еще одну!
— Ха-ха, Второй дядя, иди сюда и посмотри! Кажется, на этот раз она большая!
— Второй дядя, еда готова! Иди и поешь!
Глаза Ли Мосю немного покраснели. Он понял, что с характером этого ребенка он, вероятно, не скоро сможет вернуться домой.
......
......
В имперском городе Святого города, династия Даюй.
Внутри величественного дворца чиновники стояли по обе стороны длинного ковра из драконьей кожи. Они только что закончили докладывать о делах своих государств и теперь вели жаркие споры.
— Ваше Величество, прошло шесть дней. Пора принять решение!
— Этот Маркиз только что вернулся с битвы в Яньбэе и получил титул герцога третьего ранга. Его сын, полагаясь на свой необыкновенный талант, сражался со своим отцом. Это нарушение законов и морали государства!
— Если мы не накажем их сурово, это подаст плохой пример. Если все начнут следовать их примеру, что будет с порядком между монархом и подданными, отцами и сыновьями?
— Ваше Величество, я считаю, что у этого инцидента должна быть причина. Мы должны провести дальнейшее расследование, прежде чем делать какие-либо поспешные выводы.
— Я слышал, что у этого ребенка есть необыкновенный талант. Он вошел на уровень Небесного Человека в возрасте четырнадцати лет, он даже сильнее, чем Девятый Молодой Господин из семьи Ли в то время. Понятно, что он, возможно, немного высокомерен и безрассуден, но маркиз уже наказал его и отправил на перевал Небесных Врат. Это наказание уже достаточно суровое!
— Это просто для вида. Я не верю, что он не отправит людей, чтобы те тайно наблюдали за ним. Хмф, если перевал Небесных Врат падет, посмотрим, сможет ли его сын понести эти последствия!
— Отдавать такое важное место ребенку — это смешно. Если перевал Небесных Врат падет, что тогда? За ним находится Великий Лянчжоу с его миллионами жителей!
— Тех, кто проявляет неуважение, нужно наказывать!
Чиновники яростно спорили. Было две противоположные точки зрения: одни призывали к суровому наказанию, а другие считали, что должны быть смягчающие обстоятельства, и что это дело нужно расследовать дальше или позволить семье Ли самой разобраться с ним. В конце концов, это было их личное дело.
Однако, независимо от того, какой точки зрения они придерживались, всегда находились контраргументы, и поэтому эти споры продолжались несколько дней, не приводя ни к чему.
На троне дракона сидел величественный Император Юй. Казалось, что в его глазах были солнце, луна и звезды, из-за чего другим было трудно смотреть прямо на него.
Слыша эти хаотичные споры, он слегка улыбнулся, вспомнив сцену у ивы и у озера...
«У этого мальчишки действительно есть смелость...» — подумал про себя Император Юй.
Его взгляд переместился на другую сторону, где спокойно стояла группа чиновников, и ему стало интересно. — Что ученые из дворца Ханьлинь думают об этом деле?
Услышав вопрос императора, спорившие чиновники замолчали и повернулись к этой группе ученых. На их лицах читались любопытство и недоумение.
В любой другой день эти ученые мужи первыми бы вмешались и раскритиковали бы любое нарушение этикета и морали. Их острые языки были чем-то таким, чего боялись даже чиновники.
Но в этом деле эти ученые молчали, как простые зрители, словно ничего не слышали.
Они боялись особняка Божественного Генерала? Или семьи Ли?
Это было бы смешно.
Эти ученые мужи осмеливались критиковать даже императорских принцев. Что для них была семья Ли? Они бесчисленное количество раз критиковали Пять Великих особняков Божественных Генералов. Если бы не их тысячелетние заслуги, их бы давно раскритиковали в пух и прах.
Для этих ученых мужей уничтожение лишних правил и ритуалов было равносильно убийству людей во всем мире. Это была их любимая риторика, они всегда приравнивали эти два понятия.
Более того, император очень ценил дворец Ханьлинь, а статус чиновников во дворце был не ниже, чем статус военных чиновников, а, возможно, даже выше, из-за их физической слабости.
Хотя было правдой, что воины были нужны, чтобы убивать демонов и монстров, именно чиновники управляли страной и поддерживали мир.
В этом мире нужно было думать не только о демонах и монстрах, но и о сердцах людей.
А когда дело касалось управления людьми, чиновники были экспертами.
— Ваше Величество, мы считаем, что, хотя Ли Хао, возможно, и молод и безрассуден, он ни в коем случае не распутный и высокомерный человек. У него есть амбиции, он хочет достичь многого, и он любит свою страну и свой народ. У этого конфликта должна быть причина, и мы просим Ваше Величество провести тщательное расследование и вынести справедливое решение!
Спустя некоторое время Великий Наставник из дворца Ханьлинь вышел вперед и высказался от имени своей группы.
Услышав это, чиновники были ошеломлены.
Это действительно был тот дворец Ханьлинь, который они знали?
Это действительно был тот упрямый Великий Наставник?
Его околдовали?
— Великий Наставник, ты понимаешь, что ты говоришь?
Прежде чем император смог ответить, военный чиновник из Лянчжоу, который предложил сурово наказать Ли Хао, вышел вперед и спросил: «Независимо от причины, как сын мог поднять меч на своего собственного отца? Это же его плоть и кровь!»
— Да, если мы позволим это, то что еще люди не осмелятся сделать? — быстро добавил другой чиновник.
В глазах Императора Юй появилась легкая улыбка, но она быстро исчезла, и никто этого не заметил, так как никто не осмеливался смотреть прямо на императора. На его лице не было никаких эмоций, он спросил: «На чем основаны ваши обвинения?»
— Ваше Величество, у нас, конечно же, есть доказательства, — Великий Наставник с презрением посмотрел на военного чиновника из Лянчжоу. Несмотря на то, что он был чиновником, его поддерживал император, поэтому эти военные чиновники не осмеливались обидеть его.
Более того, он знал, почему этот чиновник настаивал на суровом наказании. Это было связано с тем, что маркиз отправил Ли Хао на перевал Небесных Врат, и он боялся, что перевал падет, и ему придется столкнуться с вторжением демонов.
— О? Какие доказательства? — с интересом спросил Император Юй.
http://tl.rulate.ru/book/119372/4960073
Готово:
