Я не успел уточнить, действительно ли он не намерен возвращаться домой, учитывая его несовершеннолетний возраст, как Киён внезапно исчез в глубине репетиционной комнаты.
Вспомнив интервью Spark для журнала, я понял, что состояние этого парня всегда было за пределами возможного.
『В: Есть анекдот о том, что ты отвечал за выключение света в репетиционной комнате?
Сонбин: Это делали не только я, но и все участники коллектива. Казалось, что всегда кто-то из нас занимался дополнительными репетициями после основного времени. Мы все были очень усердными и горели желанием добиться успеха. Самое главное, мы страстно хотели дебютировать. (смеётся)』
Перед тем как погрузиться в воспоминания, я вспомнил обзор Job Planet, в котором упоминалась Hanpyeong Industries.
Если попытаться кратко выразить суть того разговора, то…
«Они заметили, что это было похоже на маяк, чей свет никогда не затухал, я полагаю».
Hanpyeong Industries снаружи, для кого-то, действительно была лучом света в тёмном царстве, однако репетиционная комната, расположенная под уровнем парковки, была скрыта от посторонних глаз.
Даже если молодые стажёры пели и танцевали всю ночь, снаружи ничего не было заметно.
Несмотря на успех, достигнутый благодаря упорным тренировкам, Spark не могли занять первое место более трёх лет после дебюта.
Это казалось невероятным, но таковы были реалии.
Мир айдолов, в котором дебютировали Spark, оказался настолько сложным и полным препятствий, что сравнивать его с импровизированным ужином в понедельник вечером было бы неуважительно.
Если они начали свою карьеру в таких непростых условиях, то им следовало бы действовать более агрессивно.
Как профессионал, отвечающий за мониторинг, я был рад, что Spark не проявляли чрезмерного энтузиазма в продвижении.
Однако для поклонников это могло выглядеть не лучшим образом.
Какая группа осуществляет только одну прямую трансляцию в рамках промопериода?
«Ну... сейчас не время думать о других».
Я сразу же взял себя в руки. Мне предстоял долгий путь…
Сколько времени прошло? Я словно очнулся…
— Как думаешь, может, ещё остаться?
Я сражался с отражением в зеркале, когда Кан Киён выключил музыку и обратился ко мне:
— Ты всё ещё здесь? Уже одиннадцать…
— Одиннадцать? Ты серьёзно?
Часы действительно показывали одиннадцать вечера.
У меня возникло ощущение, что за мной кто-то следит.
Я не испытывал ничего подобного с тех пор, как менеджер Нам попросил меня переставить офисные столы к завтрашнему дню. В тот день я почти сдох от напряжения.
Уйти домой в такой ситуации, безусловно, повысило бы мою карму.
Когда я повзрослел и научился предвидеть события хотя бы на один шаг вперёд, я решил остаться ещё на некоторое время ради завтрашнего дня.
Тогда я задал вопрос Кан Киёну.
— А ты не хочешь домой? — спросил я Киёна.
— Ещё немного, нужно добить ещё чуток.
— Шёл бы ты домой пораньше. Иначе не вырастешь…
После изнурительных тренировок лицо Киёна выглядело неважно, ведь ему пришлось терпеть нагоняи от праздного новичка.
Ну уж извини. Всё потому, что я знаю: в будущем твой рост не превысит 180 см.
Я очень волновался за Киёна, думая о будущем.
Хотя фанаты называли его «King Cute Gyeoni», гигантским щенком ростом 173 см, Киён, по-видимому, особенно беспокоился из-за того, что в группе было так много высоких участников.
Я тоже сильно переживал, ведь этот парень был единственным пострадавшим.
Чтобы объяснить, насколько болезненным было редактирование моего заголовка в SNS из-за Киёна, понадобилось бы больше 140 символов.
Я был так раздражён, что хотел полностью запретить вертикальные фотографии.
Но я не мог оставить ребёнка, который только что окончил среднюю школу, идти домой одному посреди ночи, особенно с травмированной лодыжкой.
Я прибрал своё место, оставив позади тревожные чувства.
Снаружи здания после четырнадцати часов дул пронизывающий ветер.
Погода не сулила улучшений; с каждым выдохом изо рта вырывался белый пар.
— Как твоя лодыжка?
— Ты часто об этом спрашиваешь, хён.
— Твоё тело — это твой капитал, не так ли?
Кан Киён, услышав мои слова, открыл рот, словно намереваясь что-то сказать, но затем тут же закрыл его.
Эти молодые люди, кажется, не осознают опасности получения травм.
Им, по всей видимости, не приходит в голову, сколько может стоить лечение в больнице.
Похоже, всем стажёрам срочно требуется программа обучения по технике безопасности и гигиене труда.
Если заставить их прослушать двадцать лекций, они будут внимательнее относиться к своей безопасности, нравится им это или нет.
Тем не менее я почувствовал укол совести за то, что ворчал на Киёна из-за того, что он поздно ложится спать и это мешает его росту.
Разве каждое слово начальника не звучит для любого сотрудника как лай собаки?
Даже если моё присутствие больше напоминало мышеловку, чем настоящего руководителя, я всё равно ощущал свою вину.
…
Из непонятных мыслей меня вырвал яркий свет вывески уличного магазина.
— Киён, может, зайдём в круглосуточный? — предложил я, указывая на мигающую вывеску «24 часа».
Не дожидаясь ответа, я подтолкнул парня внутрь. Осторожно, учитывая его лодыжку.
— Выбирай, что пожелаешь, — я широким жестом указал на витрины в магазине.
— Зачем? — удивился Киён.
— Я же тебя ругал, не так ли? Это мой способ извиниться.
Говорят, искренние извинения всегда сопровождаются денежным вознаграждением.
Киён, с покрасневшим от ветра носом, посмотрел на меня с нерешительным выражением лица:
— Когда... А, ты сказал мне пойти домой пораньше?
— Ну да.
Я аккуратно подтолкнул Киёна к холодильной камере, заметив его нерешительность.
Подумав немного, юноша взял ионный напиток.
Я чуть не сказал ему взять что-нибудь дорогое, но потом вспомнил, что этот парень — фанат здорового образа жизни, который даже не добавляет заправку в салат, поэтому тихо заплатил за покупку.
Хотя всё моё состояние представляло собой кровавые деньги в 15 миллионов вон.
Я решил, что моя сестра поймёт, если я просто куплю напиток студенту, который до позднего вечера занимался физическим трудом.
В любом случае, я не мог позволить себе оплатить учёбу в университете этими деньгами.
Получив оплаченный напиток, Киён склонил голову:
— Спасибо.
— Это всего 1200 вон. По идее, я должен благодарить за то, что помогаешь мне тренироваться.
— Это не помощь, а спасение.
— Ну, практически одно и то же.
После короткого разговора мы молча пошли к месту проживания.
Наша прогулка напоминала изнуряющую поездку домой в компании коллег.
Пройдя через переулок, тёмный, как моё будущее, мы наконец достигли входа в виллу, где мы жили.
Я жестом показал Кан Киёну, чтобы он шёл вперёд.
— А ты?
— Пойду в караоке-бар. Я заранее получил разрешение от менеджера.
— Почему в караоке?
— Чтобы попрактиковаться.
Киён задумался:
— Точно, ты наверняка разочарован, что репетиционная комната тоже не работает круглосуточно.
Я ясно осознавал это ощущение — для меня предпочтительнее провести ночь без сна, чтобы завершить все дела, чем позволить работе накапливаться.
У меня впереди ещё множество задач, и караоке было лишь одним из пунктов в списке.
— Ну, я не просто так собрался в караоке, имей в виду.
Скрывая свои чёрные намерения, я жестом пригласил Кан Киёна войти.
http://tl.rulate.ru/book/119253/8062969
