Глава 345: Опасайся этого человека больше, чем врага
— Нет, умоляю, пощадите!
Мольба сорвалась с губ вожака Банды Чёрной Змеи сама собой.
Младший из охранников Наследника превратил Чёрного Пса в кровавое месиво и обезглавил его. За всё время боя Чёрный Пёс не успел даже взмахнуть саблей.
Как после такого вообще можно помышлять о сопротивлении?
К тому же, жажда убийства, источаемая телом Пи Са Ина, мертвой хваткой сдавила Чху Гоэна.
Пусть тот и был воином преступного мира, повидавшим немало угроз, эта аура оказалась сильнее любой, что он ощущал прежде. От разъяренного Пи Са Ина исходил густой, удушливый запах крови.
— Значит, твои подчиненные действовали по собственной воле?
Загнанный в угол вожак попытался переложить вину на другого.
— Что, черт возьми, происходит?!
Главарь сорвался на крик, глядя на Сон Чхуна. Неужели в такой ситуации он решил подставить именно его? И это при том, что их взаимная неприязнь ни для кого не была секретом? Нелепица, но сейчас было не до споров о том, чья это вина.
— Я совершенно не подозревал об этом. Чёрный Пёс — человек неотесанный и низкий. Видимо, он творил бесчинства у вас за спиной, господин.
О его грешках знали все в округе, но заявление в духе «он всегда был таким» лишь вызвало бы вопрос: почему же никто его не остановил?
Пи Са Ин отправил телепатическое послание Гём Мугыку.
[— Насколько точна эта информация?]
Раз данные поступили от «Скрытой Луны», сомневаться в их достоверности не приходилось.
[— Эти сведения прислал человек, которому я доверяю больше всего. Можешь считать их равными докладам нашего Павильона Небесной Связи.]
Убедившись в надежности улик, Пи Са Ин обратился к Сон Чхуну:
— Твое имя?
— Сон Чхун.
Пи Са Ин пролистал листы в руках, разыскивая информацию о Сон Чхуне.
Сердце того забилось в бешеном ритме. От написанного в этих бумагах зависело, сохранят ему жизнь или нет. Листки без преувеличения превратились в Книгу Судеб Ямы.
К счастью, клинок в его сторону не полетел. Похоже, грехи Сон Чхуна не были столь тяжки, чтобы карать его смертью.
Тем временем главарь, переведя дух, простерся ниц и поклялся:
— Похищения детей прекратятся. Я лично и жестоко покараю подчиненных за подобные преступления.
Вместо ответа Пи Са Ин подошел к трупу Чёрного Пса. Казалось, он хочет осмотреть тело, но намерения были иными.
Пи Са Ин обнажил меч и окрасил его кончик кровью покойника. Затем этой самой кровью он провел три линии по бумагам, что держал в руках.
Пи Са Ин протянул лист Чху Гоэну.
Три имени были вычеркнуты кровавыми полосами. Это были те члены Банды Чёрной Змеи, чьи преступления оказались наиболее гнусными. Без единого слова вожак понял, что именно Пи Са Ин пытается ему донести.
— Чёрная Ночь, подойди-ка и взгляни на это.
Он подозвал к себе Чёрную Ночь, который до сей поры хранил угрюмое молчание.
Стоило тому приблизиться и сосредоточить взор на бумагах—
Шик—!
Сабля вожака сорвалась в коварной атаке и рассекла грудь воина.
Однако Чёрная Ночь, похоже, почуял опасность заранее и успел уклониться.
— Я так и знал.
— Не держи зла! Твои злодеяния переполнили чашу терпения.
Двое сошлись в смертельной схватке.
Когда двое сильнейших бойцов Банды сцепились в бою, остальных охватил хаос. Люди застыли в нерешительности, не зная, чью сторону занять.
— Убейте Чёрную Ночь!
— Бейте вожака! Он решил вырезать нас всех!
— Ложь! Объедините силы и прикончите предателя! Это приказ!
В мгновение ока место превратилось в сущий вертеп.
Чёрный Третий тихо отступил назад, а затем рванул прочь, пытаясь сбежать. Он прекрасно знал: в такой заварушке бегство — самое мудрое решение.
Однако на пути уже стоял мастер из Тринадцати Волков, получивший приказ от Пи Са Ина.
Не смея и мечтать о том, чтобы пробиться силой, Чёрный Третий попятился. После того как Чёрный Пёс сдох, не успев даже пикнуть, никто не осмелился бы обнажить сталь против Тринадцати Волков.
Остальные Волки также идеально замкнули кольцо, отрезая пути к отступлению.
Пи Са Ин, скрестив руки на груди, молча наблюдал за битвой.
Чёрная Ночь уступал Чху Гоэну в мастерстве, но ярость от предательства заставляла его сражаться с безумной неистовостью. В поединке, где поражение означало смерть, ци меча летала повсюду.
Гём Мугык и Джин Хагун наблюдали за побоищем, стоя за оцеплением Волков.
Шик—!
Джин Хагун дернул Гём Мугыка за край одеяния, утягивая за собой.
Случайная волна энергии меча пронеслась там, где только что стоял Гём Мугык.
— Ты спас мне жизнь!
— Ой, да ты бы и так уклонился. Хоть десять раз подряд, если бы прижало.
— Лидер Джин.
— Чего это ты голос понизил?
— Я искренне надеюсь, что именно ты станешь преемником.
— С чего вдруг такие речи?
— Просто подумал, что так будет правильно. Решил сказать, пока мысль не улетела.
Он произнес это шутливым тоном, но было ясно: слова идут от сердца.
— Думаешь, я могу это контролировать?
Его дед и Владыка Союза, Джин Пэчхон, был человеком суровым. Он без колебаний лишит даже собственного внука прав на наследование, соверши тот хоть одну ошибку.
— И почему же ты хочешь видеть меня на месте Владыки?
«Потому что со мной легко ладить?» — ожидал он подобного ответа, но —
— Потому что я верю: ты справишься лучше других.
Джин Хагун посмотрел на Гём Мугыка.
— Хоть друг, хоть враг — человек должен быть способным. Тогда будет весело и играть, и сражаться.
На этот раз Гём Мугык дернул друга к себе.
Шик—!
И снова шальная энергия меча пропорола воздух там, где секунду назад находился Джин Хагун.
— А теперь я спас тебя! Смотри, не забудь об этом!
Слушая эту перепалку, Джин Хагун невольно задался вопросом: чем в итоге закончатся их отношения? Неужели они и впрямь смогут стать друзьями?
Тем временем битва подошла к концу.
Один остался стоять, другой рухнул замертво.
Чуда не произошло. Победил вожак Банды Чёрной Змеи — чистый перевес в силе расставил всё по местам.
Чёрная Ночь прошел через множество битв, но лишь тех, где победа была предрешена. Жажда резни, не подкрепленная мастерством, не помогла сохранить жизнь.
Но на этом казнь не закончилась. В списке оставалось еще два зачеркнутых имени. Чху Гоэн внезапно атаковал и прикончил Чёрного Двенадцатого и Чёрного Восемнадцатого. Их навыки были гораздо слабее, чем у Чёрной Ночи, так что шансов против внезапного выпада главаря у них не было.
— Теперь всё кончено.
Услышав доклад вожака, Пи Са Ин произнес:
— Итак, из пяти самых гнусных членов Банды Чёрной Змеи четверо мертвы.
— Пятерых? Но в списке было лишь три имени.
Даже если считать Чёрного Пса, выходило четверо. Гадая, кого он упустил, главарь вновь уставился в бумагу.
И именно в этот миг—
Шик—!
Хрясь—
Меч Пи Са Ина рассек шею Чху Гоэна.
Заодно клинок распорол и листок в его руке; по иронии судьбы, часть с именем вожака оказалась отсечена.
Чуть ниже показалась красная черта.
Эта линия, напоминавшая кровавый росчерк на бумаге, на самом деле была разрезом на горле Чху Гоэна.
Брызг—!
Секунду спустя из раны хлынула кровь, и вожак рухнул наземь.
Пи Са Ин не собирался его прощать.
Злодеяний, совершенных при создании Банды, хватало с лихвой, но куда большим грехом было то, что он позволял таким тварям, как Чёрный Пёс и Чёрная Ночь, безнаказанно творить их гнусности.
Оставшиеся воины Банды затрепетали от ужаса. Они были уверены, что сейчас начнется резня.
Но Пи Са Ин не стал их убивать.
— Отныне — не делайте абсолютно ничего. Стойте там, где стоите. Пока не прибудут наши люди, вернитесь в логово и не смейте даже дышать. Ждите!
Все бандиты разом склонились, выкрикивая:
— Благодарим за дарованную жизнь!
Едва избежав гибели, они поспешно скрылись с глаз.
С этого момента по всему преступному миру разлетится весть. Весть о том, что Наследник Альянса Отступников лично вмешался, чтобы раздавить группировку, чья подлость перешла все границы. Кто-то воспротивится этому, кто-то встретит с радостью.
Ясно было одно: какой бы ни была оценка, мир стал иным. Пи Са Ин сделал еще один шаг к вершине.
Пи Са Ин подошел к Гём Мугыку и Джин Хагуну.
— Вы, вероятно, хотели перебить их всех, но это лучшее, что я мог сделать.
— Перебить всех? Ты что, за убийцу меня принимаешь? Пойдем-ка лучше к зеркалу. Посмотрим, чья рожа больше смахивает на мясника.
— Знаешь, такие с виду обычные люди, как ты, обычно и творят самое жуткое.
— Как ни бесит, но крыть мне нечем.
После короткой перепалки озорство исчезло с лица Пи Са Ина. С его губ сорвались слова, которые он медлил произнести.
— Вот такие мы — Мир Отступников.
В этом не было гордости, лишь стыд. По крайней мере, сегодня он чувствовал глубокое самоотвращение.
Джин Хагун хотел было сказать, что как в праведном мире есть подлецы, так и среди отступников встречаются достойные люди.
Но Гём Мугык опередил его.
— Это был мусор.
Пи Са Ин не разгневался. Напротив, услышав правду в лоб, он ощутил облегчение.
Увидев это, Джин Хагун понял: его утешения были бы пустым звуком.
«Как Гём Мугык умудряется так хорошо понимать людей? Ведь он даже младше меня».
— Всё же не стоит падать духом. Ведь это не «твой» мир отступников.
— О чем ты?
— Твой мир не там, в канаве. Разве он не здесь?
Джин Хагун проследил за взором Гём Мугыка, направленным на Тринадцати Волков.
— Разве эти люди не есть твой мир? Они ведь еще даже официально не под твоим началом, верно? Ты ведь пока не Владыка Альянса.
Джин Хагун подумал про себя: «Молодец».
Да, это было именно то утешение, в котором нуждался Пи Са Ин.
Ему был нужен тот, кто назовет вещи своими именами — мусором. Тот, кто напомнит: «Ты еще даже не стал Владыкой».
Но чтобы позволить себе такие слова, Гём Мугык проделал огромный путь: неустанно искал встречи, болтал без умолку и искренне заботился о друге.
Поэтому слово «мусор» превратилось в драгоценный камень, застрявший в сердце Пи Са Ина.
— Лидер Джин, почему бы и тебе что-нибудь не сказать?
Надо же — даже в такой момент Гём Мугык помнил об окружающих.
— Я пока не готов называть людей мусором с такой легкостью.
Гём Мугык улыбнулся Джин Хагуну.
— Вот поэтому тебе и нужно стать следующим Владыкой Союза. Если Владыка будет скучным, как нам всем тогда развлекаться?
— Впервые в жизни меня назвали веселым.
На губах Пи Са Ина, слушавшего их, появилась тень улыбки. Рядом с Гём Мугыком он и сам не замечал, как начинал улыбаться.
Гём Мугык обратился к Пи Са Ину:
— Ты сегодня отлично справился. Я бы на твоем месте не принял столь мудрого решения.
Пи Са Ин знал: это стало возможным лишь потому, что Гём Мугык взял на себя роль Пятнадцатого Волка. Благодаря этому авторитет Наследника перед подчиненными остался непоколебим.
А затем последовал решающий довод.
— Твои Тринадцать Волков… они мне нравятся.
Пи Са Ин не подал виду, но внутри был глубоко тронут. Это ободрило его больше, чем сотня хвалебных од.
Гём Мугык повернулся к Джин Хагуну:
— А тебе?
— Я не из тех, кто может запросто сказать в лицо: «Ты мне нравишься».
Джин Хагун мельком глянул на тела, лежащие вдали.
— Но, по крайней мере, я считаю, что дело с Бандой Чёрной Змеи сегодня было улажено превосходно.
На что Гём Мугык ответил с ухмылкой:
— Теперь видишь, что я имел в виду, говоря о твоем многословии?
Троица рассмеялась.
Гём Мугык вернул ларец с Мечом Солнца и Луны Пи Са Ину.
— Держи, забирай обратно.
Но Пи Са Ин сказал нечто неожиданное:
— Это мой подарок тебе.
— Подарок?
— Памятный дар в честь того, что ты стал самым младшим членом Тринадцати Волков.
Все присутствовавшие знали цену Мечу Солнца и Луны. Легендарный клинок, который не купишь ни за какие деньги — Пи Са Ин тем самым показывал глубину своей признательности.
— Ты наверняка будешь ворочаться всю ночь, жалея, что отдал его мне.
— Возможно.
— И всё равно отдаешь?
Пи Са Ин кивнул.
— Я разве не говорил? Не потому, что ты мне подарок вручил, но лицо у тебя… видное. Король Кулачных Демонов, Командующий Армией и ты. Хоть рожи и жуткие, но чем дольше смотрю, тем внушительнее вы выглядите. Три лика кошмара.
— Ну, раз я подарок вручил, то ты запел соловьем.
Гём Мугык прижал ларец к груди так, словно это была величайшая ценность в мире. Он был так рад, что Пи Са Ин почувствовал гордость за свой поступок.
— Раз я получил такой шикарный дар, нельзя это просто так оставить. С сегодняшнего дня несите весть в массы. О том, что Юный Владыка Демонического Культа когда-то был младшим из Пятнадцати Волков. Пусть об этом знают все.
Тринадцать Волков, уже успевшие узнать нрав Гём Мугыка, восприняли это как очередную его выходку.
— А тебя за такие слухи не вышибут с должности Юного Владыки?
На обеспокоенный вопрос Пи Са Ина Гём Мугык ответил:
— Тогда я приду к тебе. Приютишь меня. Будем тусоваться до конца жизни.
Отогнав безумную мысль о том, что это было бы весьма неплохо, Пи Са Ин повернулся к подчиненным и строго приказал:
— Вы слышали, какими хлопотами это чревато. Не смейте распускать слухи.
— Слушаемся! — раздался слаженный ответ.
Пи Са Ин обратился к друзьям:
— Я планирую вернуться в Главное Отделение Альянса.
Пришло время вырвать с корнем тех, кто тайно плел заговоры внутри организации.
Гём Мугык тут же подхватил:
— Я еду с тобой.
Раз проблема касалась не только Альянса, Пи Са Ин кивнул. Если враги строили козни против всего Мурима, пытаться решить всё в одиночку было бы глупой гордостью.
— С благодарностью приму помощь.
Теперь оставалось услышать решение Джин Хагуна.
— Я возвращаюсь в Союз Боевых Искусств.
По правде говоря, даже его появление здесь в одеянии Тринадцати Волков было за гранью дозволенного. К тому же, он не мог привести весь Отряд Истребления Демонов в ставку Альянса Отступников.
Пи Са Ин выразил благодарность:
— Спасибо.
— Не стоит. Просто опасайся этого человека больше, чем врага.
— Благодарю за совет.
Услышав это, Гём Мугык добавил:
— Ты хоть шепчи, когда такие вещи говоришь!
Так Джин Хагун отбыл.
Бойцы Отряда Истребления Демонов, скрывавшиеся неподалеку, показались и встретили своего командира.
Перед уходом Джин Хагун поднялся на гребень холма вместе с подчиненными. Он долго провожал взглядом повозку, мчащуюся в сторону Альянса Отступников.
Закат, вобравший в себя невысказанное желание Джин Хагуна отправиться вслед за ними, окрасил мир багрянцем и на полной скорости погнался за уходящим вдаль экипажем.
http://tl.rulate.ru/book/118576/12313708
Готово:
