Шарлотта вышел из дома вместе с Сильвией. Оружия он с собой не взял, только новую трость, специально для него изготовленную по магическим алхимическим канонам.
Трость отличалась простотой и в то же время изяществом. Для её изготовления использовалась редчайшая древесина — лёгкая, прочная и упругая. Вся поверхность была украшена десятками серебряных звёзд, полученных при переплавке старых ножен времён Династии Шерлок. При взмахе они вспыхивали россыпью искрящихся огоньков, что очень нравилось Шарлотту.
Разумеется, трость не была магическим предметом, магия лишь повысила её прочность. Каким бы твёрдым ни было дерево, после того, как в него вставят десятки серебряных звёзд, оно может треснуть, но после обработки магией его гибкость не уступала стальной.
Хорошая трость — это не только роскошное и удобное оружие, но и излюбленный аксессуар любого джентльмена. На Старом континенте трости были очень популярны.
В последнее время Шарлотт не нуждался в деньгах. Переплавив старые ножны, он хотел заказать магический меч, но, узнав цену, отказался от этой затеи и решил потратить флорин и двенадцать септимов на изготовление трости. В конце-концов, фехтованием он особо не владел, так что разницы между тростью и рапирой для него не было.
Покидая дом № 58 на Елисейской сельской улице с бывшим женихом, Сильвия Мартин чувствовала себя немного неловко. Шарлотт выбрал первый попавшийся ресторан, занял столик у окна и, как заправский завсегдатай, сделал заказ.
В Фалесской Империи было принято заказывать не отдельные блюда, как в Китае, а готовые сеты.
Один сет состоял из основного блюда, закусок, гарнира, вина, десерта, супа и так далее. Даже самый простой набор включал в себя не менее пяти наименований, а вино и суп были обязательными позициями.
Ресторан был довольно приличным. Шарлотт заказал себе бараньи ребрышки, круассан, картофель, грибной суп, яблочное игристое вино, а также несколько жареных куриных ножек и овощное ассорти. Порция была довольно большой, как и подобает мужской. Для Сильвии же он заказал сет, в котором основным блюдом был десерт: йогурт, несколько видов печенья и чашка молочного чая — типичный женский набор.
Шарлотт проголодался. Они ели молча, не обменявшись ни словом.
По окончании трапезы он расплатился, заказал ещё несколько бутылок вина — в его новом доме не было ни капли спиртного — и, раз уж выдался случай, прихватил с собой понравившееся игристое яблочное вино.
По своему обыкновению Шарлотт не стал забирать вино сразу, а попросил доставить его позже к себе домой. Выйдя из ресторана, они вскоре наткнулись на лавку, где торговали всякой всячиной.
Купив всё необходимое для Сильвии, Шарлотт также приобрёл двадцать фунтов керосина: в последнее время он часто засиживался за дневником до поздней ночи, поэтому керосина для лампы уходило довольно много.
Расплатившись, он снова попросил доставить покупку и проводил мисс Мартин до дома.
Вспомнив, что сейчас у него, вроде как, развивается роман, и, хотя отношения с Анни Бретон ещё не были прояснены, нужно действовать на опережение, Шарлотт окликнул Сильвию, которая уже собиралась подниматься наверх.
— Хочу вас кое о чём попросить, — с лёгкой улыбкой произнёс он. — Не могли бы вы в ближайшее время называть меня кузеном? Сами понимаете, совместное проживание мужчины и женщины может породить ненужные слухи, которые, в первую очередь, навредят вам.
— Хорошо, кузен Шарлотт, — не дав ему продолжить, согласилась Сильвия и поспешила подняться по лестнице.
Девушка не стала стеснять себя в удобствах и выбрала самую дальнюю и самую большую спальню на втором этаже. В комнате было три окна, выходивших на три стороны света, отдельный туалет, а также огромный встроенный шкаф. Огромная кровать, оставшаяся от прежних хозяев, была очень добротной, но из-за этого — слишком тяжёлой, поэтому её не стали перевозить и оставили в доме. Для молодой девушки эта комната была практически идеальной. Единственное, что её смущало — это лёгкое беспокойство из-за слишком большого пространства.
Стоя у окна, выходящего на юг, и любуясь видами реки Лукаварро, Сильвия почувствовала прилив сил. Девушка тихонько сжала кулаки и прошептала:
— Новая жизнь, я иду!
В сердце юной девушки всегда живут мечты...
Минут через десять Шарлотт легонько постучал в дверь:
— Привезли ваш заказ.
Сильвия открыла дверь. Работник лавки внёс все вещи и разложил их по местам, как она просила.
Шарлотт вёл себя как истинный джентльмен: всё это время он стоял за порогом, не переступая его. Это несколько озадачило Сильвию. Раньше Шарлотт Меклен так себя не вёл. Это было на него совсем не похоже.
Как только посыльные закончили расставлять вещи, Шарлотт вежливо попрощался с Сильвией, проводил их до первого этажа, закрыл дверь на засов и вернулся в свою комнату на третьем этаже. Он выбрал себе апартаменты, расположенные ближе к лестнице, с восточной стороны. В них входили спальня, кабинет, ванная комната и гостиная. Из гостиной можно было попасть на террасу, выходившую на Елисейскую сельскую улицу. Терраса была общей для пяти комнат и тянулась вдоль всего этажа, огороженная невысокой, по грудь, стеной.
С южной стороны террасы не были объединены, и у каждой комнаты имелся свой собственный участок. Сидя на такой террасе, можно было наслаждаться чаепитием, любуясь прекрасным видом на реку Лукаварро.
Шарлотт лежал на старом диване, оставшемся от прежнего хозяина, и мысленно подсчитывал своё состояние. "У меня было пять эскю сбережений, за цеп я выручил семьдесят пять, в прошлый раз выиграл в карты тринадцать, брат прислал ещё пятьсот пятьдесят. Вычтем задаток за дом — пятьдесят… Итого… Пятьсот девяносто три эскю! Немаленькая сумма. В последнее время моё исследование "Лабиринта Агмираса" зашло в тупик. Даже профессора из моего родного Шеффилдского Университета ничего не знают об этих заморских лабиринтах. Нужно будет приобрести литературу или найти подходящего специалиста...".
На следующее утро Шарлотт, как обычно, отправился на работу. Не успел он войти в кабинет, как его посетила некая весьма неожиданная персона — Секретарь Паскаль, которая сообщила ему ошеломляющую новость:
— Ходят слухи, что Госпожу Менельман переведут из Тюрьмы Килмэйнама. Она покинет пост Начальника Тюрьмы и перейдёт на службу в армию.
Шарлотт был крайне удивлён.
После того случая Менельман больше не появлялась в Тюрьме Килмэйнама. Конечно, Первая Роза Империи, Начальница Тюрьмы и по совместительству его старшая сестра по университету, всегда была к нему благосклонна, но Шарлотт, хоть и с некоторым беспокойством, всё же надеялся, что её возвращения в Тюрьму пока не предвидится.
Вот только «временно» и «навсегда» — это совершенно разные вещи. Он был человеком Менельман. Если начальница уйдёт, она больше не будет его покровительницей, а это могло пагубно сказаться на его будущей карьере.
Очевидно, что госпожа Паскаль пришла не просто посплетничать. Она не сводила глаз с Шарлотта, ожидая его ответа. Тот, хоть и не был знатоком офисных интриг, быстро понял, что мадам Паскаль пытается что-то выведать у него. Вероятно, новость о возможном уходе Менельман с поста Начальника Тюрьмы и её переводе — не более чем уловка, чтобы разговорить его.
http://tl.rulate.ru/book/117359/4673812
Использование: