— Записать технику в книгу, разумеется, не составит труда, — задумчиво кивнул Ли Сюаньфэн, помолчав несколько мгновений. — Однако обычному человеку овладеть этим искусством стрельбы из лука будет поистине непросто. Без духовных точек даже годы упорных тренировок могут оказаться напрасными, а если кто и сумеет освоить технику, её мощь будет значительно ослаблена — невозможно будет создать истинную энергию.
— Главная сила моей техники стрельбы заключена именно в этой энергии. Если выпущенная стрела лишится её, боюсь, мощь уменьшится в десять раз, что неизбежно разочарует всех, кто попытается её освоить.
— Вот оно как... — Ли Тунъя слегка нахмурился и, беспомощно покачав головой, произнёс: — Что ж, когда найдётся время, запиши всё. Нужно оставить семье хотя бы основы этого искусства.
— Непременно!
Они приземлились на вершине пика Лицзин. Взглянув на время, оба отметили, что до назначенной встречи с семьёй Юй оставалось больше суток. Ли Тунъя достал из хранилища медвежьи куски и, разложив их на земле, дал указание:
— Отправляйся в округ, продай всё это. Заодно разузнай последние новости о тамошних молодых господах и возвращайся с докладом.
— Слушаюсь!
Лицо Ли Сюаньфэна просияло. Приняв хранилище из рук Ли Тунъя, он почтительно поклонился и, едва сдерживая радость, взмыл в воздух, направляясь на восток. Ли Тунъя остался стоять на месте, с трудом сдерживая улыбку при виде такого воодушевления. Он тихонько хмыкнул и произнёс:
— Экий непоседа...
Глядя, как силуэт Ли Сюаньфэна растворяется в небесной дали, Ли Тунъя на несколько мгновений погрузился в раздумья и пробормотал себе под нос:
— Вот только у Цзина нет наследников. Придётся внимательно присмотреться, у кого из детей родится духовная избранница — её можно будет передать Цзину как наследницу. Нельзя допустить, чтобы эта ветвь прервалась...
————
Ли Сюаньфэн летел вдоль тракта Гули, и, опираясь на прошлый опыт, сразу перемахнул через городскую стену, приземлившись в городке. Хотя душа его рвалась увидеть ту маленькую женщину, он решил сначала заняться семейными делами и направился в аптеку, принадлежащую семье Ли.
В лавке он обнаружил дремлющего молодого человека, который, положив голову на прилавок, покачивался и пускал слюни. Присмотревшись, Ли Сюаньфэн понял, что это должен быть сын дяди Ли Е, которого Ли Сюаньсюань отправил присматривать за лавкой в округе. Негромко хмыкнув, он разбудил юношу. Тот поднял голову с затуманенным взглядом, протёр глаза и удивлённо воскликнул:
— Брат Фэн! Ты... как ты здесь...
Хотя Ли Сюаньфэн был младше годами, в детстве он считался грозой среди ребятни, гоняя старших детей с луком наперевес. Неудивительно, что парень хорошо его помнил и, несмотря на разницу в возрасте, почтительно называл братом Фэном.
Ли Сюаньфэн небрежно махнул рукой и негромко приказал:
— Позови Вань Тяньчоу!
Тот поспешно скрылся во дворе и вскоре вернулся с Вань Тяньчоу.
Одетый в серое, Вань Тяньчоу торопливо вышел навстречу. Его заметно располневшее лицо всё ещё хранило детские черты, а уровень культивации достиг третьего слоя Дыхания Зародыша. Он почтительно произнёс:
— Какие будут указания, молодой господин?
С тех пор как Ли Тунъя уничтожил семью Цзи и швырнул голову Цзи Дэнци к его ногам, Вань Тяньчоу, потеряв всякую надежду, то рыдал, то смеялся. В конце концов он женился и вошёл в семью Ли, но его совершенствование с тех пор не показывало особого прогресса.
«Хорошо, что сегодня не ушёл куда-нибудь, — лихорадочно думал Вань Тяньчоу. — Иначе пропустил бы визит молодого господина, и репутация в семье снова бы пошатнулась. А если бы весть дошла до дома, жена бы заругала до смерти». Его мысли прервал вопрос Ли Сюаньфэна:
— Когда в следующий раз откроется рынок на пике Гуаньюнь?
Ли Сюаньфэн говорил с Вань Тяньчоу довольно вежливо, и тот поспешно ответил:
— Через месяц, молодой господин!
— Понятно.
Ли Сюаньфэн кивнул, окинул Вань Тяньчоу внимательным взглядом и тихо спросил:
— Как идут дела в округе? Никто вас не притесняет?
— Что вы, что вы! Все местные силы, прослышав о семье Ли, держатся в стороне, да ещё и люди клана Сяо помогают — всё идёт как по маслу!
Выслушав рассказ Вань Тяньчоу о последних важных событиях, Ли Сюаньфэн удовлетворённо кивнул и легко удалился.
Покинув аптеку, он с лёгким сердцем направился к маленькому двору и с улыбкой постучал в дверь. Из-за неё донёсся звонкий голос Цзян Юйнюй:
— Кто там?
— Я.
В ответ на его слова послышался торопливый топот ног, и дверь со скрипом распахнулась. На пороге стояла круглолицая девушка, а у её ног важно вышагивал гусь с гордо поднятой головой, уставившись на лицо Ли Сюаньфэна.
— Молодой господин!
— А это что такое...
Ли Сюаньфэн подхватил подпрыгнувшую девушку, не сводя глаз с гуся. Он рассеянно усмехнулся, нежно прикусил её губы в поцелуе и с улыбкой спросил:
— Почему не приготовила его?
— Одной слишком скучно. У этого гуся повреждено крыло, он целыми днями только и делает, что суетится, летать не может. В детстве дома держала гусей, вот и решила его приютить — пусть будет как домашний.
Девушка улыбнулась и тихо ответила. Ли Сюаньфэн, обнимая её, подошёл к кровати и, начав раздеваться, спросил:
— Разве я не говорил тебе купить нескольких слуг?
— Я ходила смотреть! Но они такие дорогие... К тому же я привыкла сама стирать и готовить, не рождена быть молодой госпожой, зачем мне слуги?
Цзян Юйнюй часто дышала, отвечая как в полузабытьи. Ли Сюаньфэн небрежным движением духовной силы обездвижил гуся, который, размахивая крыльями и приняв свирепый вид, пытался его клюнуть, и рассмеялся:
— Какое злопамятное создание.
Насладившись телом Цзян Юйнюй, Ли Сюаньфэн нежно вытер её пот и с улыбкой спросил:
— Как ты жила эти дни?
— Хорошо.
Цзян Юйнюй собрала волосы, и по её белоснежной шее скатилось несколько капель пота. Она обвила руками шею Ли Сюаньфэна, сидя на нём верхом, и её милое круглое личико с миндалевидными глазами пристально всматривалось в его черты. Вдруг Ли Сюаньфэн произнёс:
— В этот раз я пришёл в округ по делам, а когда закончу, мне придётся уединиться для совершенствования. Я провёл два года на первом слое Конденсации Ци — пора совершить прорыв.
— Как долго тебя не будет?
Цзян Юйнюй спросила упавшим голосом, и Ли Сюаньфэн успокаивающе ответил:
— От нескольких месяцев до года.
Цзян Юйнюй закусила губку и погладила его неизменные за этот год черты лица. Она стала ещё усерднее отдаваться ласкам и печально проговорила:
— Ты бессмертный, твоё совершенствование длится годами. Пройдёт несколько лет, я состарюсь, а ты всё так же будешь выглядеть юношей. Это так несправедливо. Через двенадцать лет мне будет двадцать восемь, и ты дашь мне денег, чтобы я спокойно дожила остаток дней...
— О чём ты такое говоришь!
Ли Сюаньфэн крепче обнял её, любуясь её белым, миниатюрным телом, и тихо сказал:
— Через несколько лет мы заведём ребёнка, и я возьму тебя домой. Тогда никто не посмеет смотреть на тебя свысока.
————
Ли Тунъя практиковал Мудру единого потока рек, выпустил лёгкое белое облачко и закончил тренировку. Солнце только поднялось в небо. Прикинув время, он закинул за спину меч Цинфэн и, выйдя за дверь, столкнулся с Ли Сюаньсюанем.
— Дядя!
Ли Сюаньсюань, отрастивший бороду, выглядел теперь весьма солидно. За десять лет управления домом он привёл в образцовый порядок дела большой и малой сект. Он почтительно поклонился Ли Тунъя, и тот, кивнув, сказал:
— Я отправляюсь к озеру. Внимательно следи за всем и не открывай массив Жии Сюаньгуан никому, кроме своих.
— Племянник понял.
Закончив наставления, Ли Тунъя полетел на север, перемахнул через кристально чистые воды озера и приземлился на острове посреди водной глади.
На острове царило оживление. Большой коричневый корабль неподвижно стоял на воде, а за ним выстроилась вереница из более чем десяти лодок, заполненных простыми людьми. Все были связаны верёвками и с растрёпанными волосами и грязными лицами безучастно смотрели в небо, не смея проронить ни слова.
— Двадцать первая!
С большого корабля раздался властный окрик, и с кормы вышло более десяти культиваторов уровня Дыхания Зародыша. Они выстроились на корме, активируя духовную силу, и одна из задних лодок внезапно взмыла в воздух. Люди на ней разразились душераздирающими криками и рыданиями, женские плачи смешивались с детскими всхлипываниями, а проклятия и ругательства наполнили воздух.
Но культиваторы, давно привыкшие к подобному зрелищу, с бесстрастными лицами наблюдали, как лодка поднимается над островом. Когда судно накренилось, простые люди начали падать, вызывая рябь на мерцающем внизу запретном массиве. Молнии и огненные вспышки тут же загрохотали, порождая один за другим магические взрывы.
Крики толпы мгновенно стихли, а кровь и оторванные конечности взметнулись высоко в воздух. Кровавый дождь окрасил воды вокруг острова в багровый цвет. Крокодилы, креветки и крабы устремились к добыче, в безумной ярости раздирая плоть на дне озера.
— Так вот что Лу Сысы называл безвложенным бизнесом!
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/116805/5294952
Готово:
