Со слезами на глазах Вань Тяньцан рассказывал о жестокости семьи Цзи и отчаянном положении семьи Вань. Он говорил о том, как неразрывно связаны судьбы семей Вань и Ли — вместе они процветают, вместе приходят в упадок. Его искренние слова настолько растрогали прислуживавшего рядом Ли Е, что даже у того навернулись слезы. Однако Ли Мутянь, опустив брови, невозмутимо отхлебнул чаю и спокойно произнес:
— Неужели положение семьи Вань действительно настолько тяжелое?
— Именно так! — Вань Тяньцан пристально посмотрел на Ли Мутяня, прикусил губу и, поняв, что перед ним человек, который просто так ничего не делает, достал из-за пазухи свиток из звериной кожи. — Перед уходом старший брат особо наказал младшему поколению: раз мы теперь будем пользоваться гостеприимством семьи Ли, то должны преподнести свиток с защитным массивом в знак благодарности вашему клану.
Ли Мутянь махнул рукой, и Ли Тунъя выступил вперед, чтобы принять свиток. Вань Тяньцан продолжил объяснять:
— Этот защитный массив называется Туманная Преграда. Дед приобрел его сто лет назад на рынке культиваторов. Для развертывания защиты достаточно использовать специальные флаги массива. Дед очень любил защитные массивы — горный массив вокруг нашего поместья был создан его руками. Этот он купил, чтобы проверить свое понимание искусства массивов. После его ухода в клане не осталось никого, кто бы разбирался в них.
Тяжело вздохнув, Вань Тяньцан неохотно передал свиток из звериной кожи Ли Тунъя обеими руками. Увидев, как тот кивнул, Ли Мутянь наконец позволил себе улыбку:
— Вы слишком любезны. Семьи Вань и Ли обе находятся под управлением Цинчи, и, конечно, мы должны помогать друг другу. Раз семья Вань сейчас в затруднительном положении, как может семья Ли наживаться на чужой беде? Мы возьмем всего полторы десятых от урожая!
Что еще мог сказать Вань Тяньцан? Он лишь горько усмехнулся и ответил:
— Благодарю вас, почтенный!
Ли Мутянь легко кивнул, и Ли Тунъя повел Вань Тяньцана и Ли Е прочь. Едва выйдя за ворота, гость с надеждой посмотрел на сопровождающего:
— Не подскажете, где расположены духовные поля вашего клана? Хотелось бы взглянуть на их состояние.
— Разумеется, — кивнул Ли Тунъя и, шагая по дорожке из зеленого камня, продолжил. — У нашей семьи Ли есть две деревни вдоль тракта Гули. Первая — застава Лидао, откуда пришел брат Тяньцан, вторая — ущелье Личуань у озера Ванъюэ. Арендуемые духовные поля как раз находятся в ущелье Личуань. Я уже распорядился построить там небольшой двор. Поля довольно целостные, годовой урожай около семидесяти цзиней.
Вань Тяньцан кивнул, показывая, что понял, и принялся оценивать окрестности деревни Лицзин:
— Дорога здесь неплохая. Удивительно видеть, как несмотря на постоянное движение простых людей, путь остается таким чистым и ухоженным — поистине редкость.
— Брат Тяньцан слишком добр, — тихо рассмеялся Ли Тунъя и продолжил. — Говорят, где-то поблизости есть рынок Бессмертных, но наша семья Ли только обосновалась здесь и не очень хорошо разбирается в местных делах.
— Брат Тунъя все пытается выведать у нас побольше сведений! — Вань Тяньцан расхохотался, подшучивая над собеседником, но затем посерьезнел. — Я достиг лишь чакры Таинственного Пейзажа и никогда не бывал на рынке. Старший брат и глава семьи ходили туда вместе и многое рассказывали. Рынок находится на маленьком острове посреди озера Ванъюэ. Его основал бродячий культиватор, достигший пика стадии Конденсации Ци. В полнолуние большие лодки курсируют между берегом и островом, перевозя бродячих культиваторов и совершенствующихся из малых кланов вроде нас. По словам главы, лучше отправляться на остров, лишь достигнув чакры Нефритовой Столицы, чтобы избежать неприятностей в пути.
Последнее Вань Тяньцан добавил поспешно, опасаясь, что семья Ли пошлет кого-нибудь на верную смерть, а потом обвинит в этом семью Вань.
— Мы, конечно, понимаем, — кивнул Ли Тунъя, запоминая эту важную информацию, и непринужденно продолжил беседу.
Вскоре они добрались до ущелья Личуань. Услышав о прибытии Ли Тунъя с культиватором из другой семьи, Чэнь Эрню поспешил навстречу с людьми, осторожно следуя за гостями и тихо переговариваясь с Ли Е.
После того как Вань Тяньцан осмотрел размеры полей, проверил духовную энергию и качество почвы, он одобрительно кивнул Ли Тунъя. Тот улыбнулся и махнул рукой:
— Брат Вань, должно быть, устал с дороги. У меня есть еще семейные дела, так что позвольте откланяться.
Поручив Ли Е и Чэнь Эрню уладить все детали с новоприбывшим, он направился обратно в деревню Лицзин.
На задней горе деревни Лицзин теперь царило оживление. Деревенские стражники называли ее горой Лицзин, а среди густого леса на склонах появилось множество маленьких дворов из зеленого кирпича. Серые черепичные крыши, разбросанные там и сям, создавали приятный глазу пейзаж.
Извилистая дорожка из каменных плит вела от подножия до вершины горы. У подножия дежурили деревенские стражники, которые, увидев Ли Тунъя, почтительно приветствовали:
— Приветствуем, Бессмертный мастер.
Небрежно кивнув, он прошел по каменной дорожке вверх. Спустя время, равное сгоранию одной палочки благовоний, показался небольшой двор, где учитель Хань Вэньсюй как раз вел занятия. Во дворе сидели подростки, около ста двадцати человек, все чинно расположившись под деревьями и внимательно слушая его урок.
Не только из деревень Лицзин и Цзинъян, но даже из дальних заставы Лидао и ущелья Личуань приходили дети учиться. Лишь зажиточные семьи могли позволить себе отправить одного-двух детей на учебу, и, конечно же, все стремились в деревню Лицзин.
Глядя на читающего среди других Ли Сюаня, Ли Тунъя погрузился в размышления: «Через несколько месяцев ребенку исполнится четырнадцать лет, тело сформируется, и можно будет проверить его духовные точки. У зеркала осталось еще три семени таинственной жемчужины, так что нечего бояться, если у Сюаня не окажется духовных точек. Если считать дни, то через несколько месяцев Тянь Юнь должна родить».
Неожиданно в его голове всплыл образ Лю Жосюань. Испуганно замотав головой, он на несколько мгновений застыл на месте, затем горько усмехнулся и продолжил подниматься в гору.
Миновав школу, он поднялся по двумстам пятидесяти двум ступеням. На площадке возвышались большие ворота, выкрашенные красным лаком, у которых сидел седой старик.
— Дядюшка Тянь! — поздоровался Ли Тунъя, глядя, как Тянь Шоушуй с явным удовольствием мастерит деревянную лошадку, орудуя маленьким молоточком.
— А, Тунъя вернулся, — Тянь Шоушуй улыбнулся, кивнул и, немного смущенно почесав голову, указал на лошадку в руках. — Юнь скоро родит, вот думаю сделать ребенку игрушку.
В молодости старик получил много ран, отчего старел быстрее. Хотя он был ровесником Ли Мутяня, выглядел лет на десять старше.
— Хорошо, не спешите, — с глубоким уважением попрощался Ли Тунъя с этим человеком, ставшему ему близким родственником, и вошел во двор.
Ли Сянпин как раз выходил из медитации. Выдохнув застоявшийся воздух, он посмотрел на Ли Тунъя и спросил:
— Второй брат достиг чакры Небесного Вихря?
— Да, — тот приподнял брови и с улыбкой ответил.
— Опять на шаг впереди меня, — Ли Сянпин изобразил досаду, но не смог сдержать улыбку и потянулся.
Рассказав о делах с Вань Тяньцаном и положив на стол свиток с массивом, Ли Тунъя поднял чашку с чаем и отпил. Заметив, что Ли Сянпин нахмурился и погрузился в раздумья, он спросил:
— Что такое?
— С Вань Тяньцаном сложнее иметь дело, чем с Вань Юанькаем, — спокойно произнес Ли Сянпин, подняв голову.
Ли Тунъя тихо рассмеялся и хотел что-то сказать, но тут Тянь Шоушуй заглянул во двор и крикнул:
— Линьфэн пришел!
Они удивленно переглянулись и увидели, как запыхавшийся Лю Линьфэн торопливо вошел во двор, вытер пот и сообщил:
— Внизу прибыл Бессмертный мастер, говорит, что он с пика Цинсуй.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/116805/5205070
Готово:
