```
— Подумаешь, маленький, — произнёс Цзирайя, пытаясь удержать его внимание.
— Не надо, пока, — отмахнулся Цинькун и уверенно направился прочь, не желая слушать его.
Если говорить откровенно, Сараутоби Хирузен мог бы быть неплохим политиком, но никак не лидером. После стольких лет Коноха по-прежнему вертится на старых системах, оставленных вторым Хокаге, Сенжу Тобирама, практически без изменений. Школа ниндзя, организация Анбу, полиция. А медицинская команда? Эту идею также выдвинул Тобирама. Его вклад в развитие Конохи вероятно даже превосходит заслуги его брата Сенжу Хаширамы.
А что сделал Сараутоби Хирузен? На троне, унаследованном от предшественников, он лишь продолжал сотрудничество с Дандзо, выкапывая старые тайны своей семьи. Если бы у него была возможность сделать Коноху сильнее и успешнее, уничтожение кланов Сенжу и Учиха выглядело бы как часть политической стратегии. Но, увы, ему не хватало такого мастерства. Кроме как плести заговоры против своих и промывать мозги, он был совершенно бесполезен в других делах.
Вернувшись домой, Цинькун уселся на диван и больше не двинулся с места. На самом деле, это был лишь один из его клонов — его истинное тело уже покинуло Коноху. До турнира оставался месяц, и пока остальные усердно тренировались, Цинькун не собирался тратить своё время зря.
На этот раз он направился в покинутые земли клана Узумаки. Ему хотелось выяснить, остались ли здесь какие-то сокровища, не найденные другими, вроде маски смерти из оригинальной истории. Он крадучись пробирался среди разрушенных руин, вызывая целую армию комаров, посылая их искать на каждой пяди земли, не упуская ни одного уголка.
И, о чудо! Спустя несколько часов поисков деревня клана Узумаки была перевернута, и ему повезло найти кое-что действительно ценное. В секретной комнате он наткнулся на дюжину свитков, а также различные оружия и чакровые запечатанные тюды. Почему это место не обнаруживалось долгие годы? Всё просто — была обеспечена высочайшая скрытность. Механизмы и тайные проходы скрывали его во всем блеске.
Если бы не помощь миллионов комаров, проверяющих каждую щель, найти эту комнату было бы сложно. Как говорится, чем больше усилий, тем больше плодов. Он собрал всё содержимое, упаковал в тканевый мешок и, превратившись в огромного комара, унес это сокровище.
Цинькун не спешил просматривать свитки и сначала решил заглянуть в храм, расположенный на западном краю деревни. Это здание, частично обрушившееся, украшал знак спирали. Увы, оно уже давно потеряло свою былую величественность. Цинькун покачал головой и настойчиво поднялся по скрипучим лестницам, чтобы войти внутрь.
В полутёмном пространстве его встретила стена, на которой висели десятки масок смерти с разными выражениями лиц.
— Вот оно! — с лёгкой улыбкой отметил он, распуская ещё несколько комаров для проверки среди многочисленных масок.
Первая маска не подошла. Вторая... И лишь третья с конца на первом ряду выдала ледяное дыхание. Это она. Он осторожно снял маску и аккуратно убрал в мешок.
Для подстраховки Цинькун проверил остальные маски. Убедившись, что они не представляют интереса, он вышел из храма. На обратном пути в Коноху он уселся на комара размером с десяток метров и начал изучать свитки, которые нашёл на древнем месте клана Узумаки. Всего их было несколько десятков — в одних содержались заклинания печатей, в других — история клана, а также сведения о боге смерти. Спешить изучать техники печати не имело смысла, времени было предостаточно.
Первое, что он прочёл, касалось бога смерти. Вскоре он понял, что маска бога смерти из храма была лишь инструментом призыва, посредником. Но даже будучи посредником, этот артефакт требовал особых техник и срабатывал только при специфических духовных призывах. Обычные маски не годились. Какое странное ниндзя-искусство!
Закрыв свиток, Цинькун не мог не задуматься о происхождении клана Узумаки и о том, как у них появилась техника печати, связанная с богом смерти. И кто же он, этот бог смерти? Он не бог и не призрак. Это абсолютно не похоже на обычные ниндзя-методы, слишком запутанно. Или же он является порождением тех злых созданий, что обучили чудовища из Земли Демонов, и парадигмы из города Призрачного Фонаря? Является ли он также особой формой жизни, созданной какой-то техникой ниндзя? Хотя свитки клана Узумаки и объясняли, как призвать бога смерти, о его происхождении там ничего не говорилось — Цинькун мог лишь гадать.
Конечно, слепые догадки ни к чему не приведут. Цинькун планировал выделить время, чтобы посетить Землю Демонов и город Призрачного Фонаря, чтобы узнать, насколько эти тайны связаны с богом смерти.
Вернувшись в Коноху, он сначала положил находки в базу Леса Смерти. С несколькими свитками, содержащими заклинания печатей, Цинькун вернулся к себе в деревню. Несколько дней пролетели в одно мгновение. Сегодня был день официального турнира. Рано утром в Коноху начали прибывать команды. Но в отличие от остальных участников, Цинькун встал, как обычно, умылся и позавтракал, не испытывая ни малейшего беспокойства. Он дождался момента, когда соревнование почти начнётся, и неспешно направился к трибунам.
— Цинькун, сюда! — закричал Инузука Киба, энергично маша рукой. Хината тоже была там.
Цинькун поднял руку в ответ и шагнул к ним.
— Босс, ты ведь совершенно не нервничаешь, да?
— На что здесь волноваться? — взглянув на толпу зрителей и засматриваясь на Нэдзи, Тентен, Гаару и Темари, он не чувствовал ни капли тревоги.
— Хорошо, просто забудь, что я сказал, — развёл руками Инузука Киба, не зная, что добавить.
Всё-таки он понимал, что сила Цинькуна заметно превышала уровень обычного Джунина.
```
http://tl.rulate.ru/book/116641/4613709
Готово:
