— Результат истощения чакры — только смерть! — вздохнул Какаши, чувствуя, как ужасная сила Мудо (Деревянной Мудрости) скрывается за ее изумительным обликом. На первый взгляд, она полна жизненной энергии, но при ближайшем рассмотрении оказывается поистине жуткой. Мудо обладает способностью поглощать чакру; его действия напоминают деревянного скорпиона original Хокаге, который, как только запутает, начинает стремительно высасывать чакру. Полное её истощение, как правило, заканчивается лишь одним — смертью.
— Какаши-сэнсэй, вы помогите очистить поле боя, а я пойду отдохну немного, — произнесла Сакура, делая неуверенные шаги к комнате. Её дыхание было прерывистым, а фигура слегка тряслась от волнительных эмоций.
— Наруто, Сасuke, вам двоим надо помочь Сакуре, — Какаши бросил быстрый взгляд на ученика и его друга. Он понимал, что сейчас Сакура переживает нечто настоящее и глубокое — типичную психологическую травму. Созданная им картина страха могла привести в ужас даже закаленного в боях ниндзя.
— Так, мне нужно сначала починить мост. Цунами, тоже помоги! — произнес Дазна, взяв себя в руки и поднимаясь с земли, где он упал от страха. С ободрением он потянул Цунами за собой.
Ина, который всегда смотрел на Сакуру с неприязнью, теперь испытывал лишь крайний страх. Даже тащимый Дазной, он чувствовал, как ноги подкашиваются, а запах крови, который все еще витал в воздухе, вызывал у него тошноту.
— Бл… — Сакура лежала рядом с раковиной, погруженная в рвоту. Она давно знала, что адская резня — это зверство, но то, что пришлось пережить, оказалось слишком ужасным для неё.
Наруто легонько похлопал её по спине, его лицо было полным заботы. Сасuke стоял у двери, глядя на Сакуру, бледную и немую, и произнес:
— Видеть кровь — это то, через что должны пройти все ниндзя. Если ты даже это не в силах вынести, то не стоит быть ниндзя!
— Я просто немного отвратительно себя чувствую, всё в порядке! — Сакура сделала пару глубоких вдохов, стараясь успокоиться. Она была просто обычным человеком до того, как пересекла этот мир. Хотя с убиением кур и рыб ей не было страшно, она никогда не испытывала на себе ужаса убийства. Первый же опыт оказался столь чудовищным, что, если бы не это проклятое умение, она наверняка бы закрыла глаза.
— А что вообще было такого ужасного в том, что ты увидела? — недоуменно спросил Сасuke, хоть и старался не показать, что внутри него тоже шевелятся тёмные образы. Он не мог позволить себе раскрываться, когда выступает в роли опоры.
— Эй, разве вы оба не чувствуете отвращение? — с недоумением спросила Сакура. Семья Дазны чуть не умерла от страха, а они ведут себя как ни в чем не бывало.
— Ха, отвращение? Какая ты смешная! Я в семь лет пережил, как меня мучил брат. Я столько раз видел, как моя семья была уничтожена, ты действительно думаешь, что я буду чувствовать отвращение из-за такого?! — лицо Сасuke сразу потемнело. Эти воспоминания о полном разрушении своего рода до сих пор терзали его разум, и подобные сцены уже не казались ему чем-то удивительным.
— А как же ты? — Сакура, смутившись, быстро перевела взгляд на Наруто. Этот парень, казалось, не обладал таким страшным бременем, почему он тогда сохранял спокойствие?
— Ну, я как раз сейчас пытаюсь научиться контролировать чакру Курамы. Каждый раз, когда я практикуюсь, вся эта злоба, что заключена в его чакре, словно обрушивается на меня. Я постоянно вижу, как множество несчастных душ проклинают меня. Спустя время, уживешься, — Наруто самодовольно потеребил затылок. Несмотря на то, что Девятихвостый вёл себя с ним покорно, именно Наруто приходилось тратить время на изучение контроля своих способностей. В его чакре действительно была таинственная энергия, полная ненависти, и каждое соединение с ней вызывало нарастагирующую внутреннюю борьбу.
— Я одна только прячусь от ветра и дождя, будто роза под стеклянным колпаком! — складывая руки в таз, Сакура принялась умываться, её лицо окрасилось в тонкое смущение. Внутри неё бурлили силы, но она не держала в руках способностью справляться с ними. Именно поэтому никогда не проявляла свойственная ей дерзость, ведь слишком великая сила может изменить человека, и, не обладая крепким духом, можно утратить контроль над тем, что рождает только хаос.
— Сакура, ты как нераскрывшийся цветок вишни. Однажды твои лепестки распустятся, и тогда это станет самым прекрасным моментом для вишни! — произнес Наруто с серьёзным видом.
— Цветы вишни распустятся? Этот день не так уж далек… — улыбнулась Сакура. Как и самоцвет, который может засиять только после долгой обработки, так и цветы меняются лишь через испытания. Как бы хороши ни были переживания, именно они наполняют жизнь своими яркими красками во всей их противоречивой красоти.
После того, как Сакура продемонстрировала свою жестокую сторону, Дазна почти потерял к ней всякое уважение. Теперь, стоя рядом обомлелого Ины, она заставляла его чувствовать себя как мышь перед хищной кошкой, он внимательно следил за её движениями, тщетно пытаясь сохранить самообладание.
Им не оставалось ничего, кроме как изо всех сил спешить закончить мост. За считанные дни строительство шло полным ходом благодаря напряженной работе, и скоро мост будет завершён. Рабочие день и ночь трудились, и на лицах видно было истощение, особенно у Дазны, который выглядел так, словно потерял всё.
— Простите, не мог бы я вас попросить придумать название для моста? — вкрадчиво спросил он, надеясь, что его потуги не были напрасными, ведь именно стремление завершить цель приносило ему облегчение. Все вздохнули, о чем-то переглянувшись, не зная, какое имя выбрать.
http://tl.rulate.ru/book/116457/4600623
Готово:
