Готовый перевод Hell Difficulty Tutorial / Обучение Адской Сложности: Глава 323

Глава 323 - Осталась неделя

План, который придумал мой дубликат, заключается в том, чтобы передать Веге один из его глаз, что, скорее всего, даст ей ослабленную версию нашей [Мановидящей Радужки]. Конечно, это не весь план.

Дубликат лучше меня разбирается в надписях и пришёл к выводу, что нанесение надписи на его глаз и передача его Веге — лучший вариант. Это может сработать лучше, чем пытаться надписать какой-то случайный мана-камень или другой материал, тем более что у нас есть большой опыт создания конструктов.

Но есть проблема: он не может создать отпечаток личности. Даже после недель практики он далёк от этого. Это чертовски сложно.

Так что его план — заручиться помощью того придурка из Запределья, скучающего намерения, чтобы справиться с этим.

Передача глаза Веге тоже часть плана, поскольку она скоро покинет Обучение. Вне Обучения ему должно быть безопаснее, чем внутри, где он постоянно беспокоился бы о том, что его удалят при переходе между этажами.

Интересный план, и я не совсем понимаю, как, чёрт возьми, это может быть лучшей идеей, которую он смог придумать. Но он потратил кучу времени на размышления и теории, так что в этом что-то есть.

Он умный парень, хоть и немного чокнутый.

Однако остаётся последний кусочек пазла — убедить это скучающее намерение помочь сохранить отпечаток его личности в глазу, который он хочет отдать Веге. Когда я его расспрашивал, дубликат лишь сказал, что знает, на что давить. Намерение кажется скучающим, так что, возможно, удастся заключить какую-то сделку или поспорить.

Я не буду его останавливать, я уже решил, что это не подвергнет Вегу опасности. В худшем случае дубликат провалится, и Вега получит ослабленную версию моей черты. Я уверен, что она может унаследовать мою черту так же, как Мин-Джей сделал это с глазом, который мы нашли на четвёртом этаже.

Пока я обдумываю всё это, я парю в воздухе и наблюдаю, как десятки людей из Святилища устремляются в Бастион, который приземлился неподалёку, раздавив небольшой холм.

Вдалеке вспыхивает мана — это Хранительница сражается с большой группой Крикунов Покрова. Тем временем мой дубликат бьётся в воздухе с группой покровязателей — летающей разновидностью этих монстров. Хотя они и похожи на людей, вместо рук у них два набора жутких крыльев, а ноги сливаются в единый хвост или конечность с шипом на конце.

Я же держу рядом с собой дюжину сильно сжатых снарядов и запускаю их по необходимости. Иногда я наполняю их [Кинетической Энергией], иногда [Тепловой Энергией], а иногда просто сжимаю ещё сильнее, делая их невероятно прочными, чтобы запускать на сверхзвуковой скорости. Я быстро совершенствуюсь в этом.

Под моим обстрелом ни один монстр не добирается до людей, заходящих в Бастион, и я даже повышаю уровень.

Уровень 231
Сила: 111
Ловкость: 109
Телосложение: 266
Мана (Стадия 1/3 — Обширная Мана): 897 + 897

Когда все на борту с тем, что смогли унести, я наблюдаю, как импульс маны проходит через барьер Бастиона и устремляется вниз. Снизу острова взрывается ударная волна, и огромные надписи, покрывающие его основание, загораются.

С глухим гулом Бастион поднимается в воздух, и я смотрю, как он взлетает.

Никогда не надоест смотреть, как эта огромная масса просто парит. Как, чёрт возьми, такое может надоесть? Представьте остров размером с маленький город, парящий в воздухе. Представьте весь его вес. А затем смотрите, как он парит, словно лёгкий, как воздушный шар.

Разобравшись с монстрами, которых хотел, я лечу к Хранительнице и парю над её позицией, затем выпускаю сжатый поток пламени толщиной с палец, пронзающий монстров впереди, разрезая их на части и оставляя за собой серию обугленных кусков. Я провожу им по площади, добивая оставшихся монстров, прежде чем приземлиться рядом с ней.

Она опускает защиту, позволяя мне коснуться её плеча, и я телепортирую нас к якорю, который оставил в Бастионе. Мой дубликат появляется рядом в тот же момент.
Хранительница откидывает волосы с лица, на её губах та же улыбка, что всегда появляется, когда она сражается. Но даже сейчас она не выглядит так, будто её заставили выложиться на полную.

Когда она уходит, я поворачиваюсь к дубликату, и мы резонируем нашу ману вокруг, создавая барьер, который не даёт никому подслушать наш разговор.

— Барьер Бастиона снова немного изменился, — говорю я ему.

— Оружейник просто не сдаётся, — отвечает дубликат, оглядываясь.

— Ну, давай продолжать делать вид, что не заметили. Этот парень думает, что он хитрый, и ему мы явно не нравимся. Если он в деле, то, скорее всего, остальные тоже.

— Хранительница, похоже, нет, но Дворецкий и Садовник могут присоединиться к нему, чтобы нас подставить.

— Скорее всего, — соглашаюсь я. — В худшем случае убьём его. Мне не нравится, как он на меня пялится.

— Он такой с тех пор, как ты выжег себе глаза, передавая ману в ядро. «Великолепный разум», так он сказал? Может, хочет тебя препарировать.

— Пусть попробует. Если попытается, я его прикончу, и мы захватим Бастион. Но пока приятно, что он его водит и отбивает атаки, чтобы мы могли заниматься своими делами.

— До конца этажа недолго, так что давай пока держаться, — говорит дубликат, соглашаясь со мной. — Я собираюсь встретиться с бабулей и Ирвином. Они, кажется, готовы помочь, но я уточню детали и продолжу работать над глазом.

— Когда собираешься связаться с намерением?

— Оно сказало, что поговорит со мной за день до моего исчезновения, чтобы снова предложить убить Вегу, так что я спрошу тогда. В любом случае, я продолжу тренироваться. Помогу тебе надписать ещё одно оружие ночью в обмен на помощь позже.

— Договорились, — говорю я, и в тот же момент дубликат исчезает, а я чувствую, как он присоединяется к Веге, которая тоже к нему приближается.

Некоторое время я стою на стене и наблюдаю за постоянным шквалом атак, обрушивающихся на барьер, пока Бастион парит в воздухе. Атаки исходят от орды летающих монстров уровней от 100 до 200.

Ни одна из атак не наносит барьеру вреда, и их единственная награда — ответные острые лучи, которые с лёгкостью разрывают монстров. Даже Страж Покрова, которого я вижу вдалеке, следящим за нами, не решается атаковать, продолжая нас преследовать.

Полностью заряженный и парящий Бастион достаточно грозен, чтобы справляться с этими монстрами. Даже спустя сто лет, с повреждёнными функциями и механизмами.

Это заставляет задуматься, что могло свалить его в расцвете сил, с лордом выше 300-го уровня, защищавшим его.

Проходит несколько дней, и моё управление чёрной маной становится всё лучше, и я всё больше доволен покупкой нового эпического пассива.

Я также разбираюсь с предметами верхнего редкого ранга, которые взял на Станции Зажигания Покрова, и завершаю их надписи, превращая в эпическое оружие, которое затем продаю.

Работая с дубликатом, мы даже смогли создать несколько предметов среднего и почти верхнего эпического ранга.

На четвёртом этаже я превратил два эпических предмета в верхний эпический, но тогда мне сильно помогла Гильдия Ремесленников. Очень сильно. Похоже, мне ещё далеко до того, чтобы самому создавать эпические предметы, но я доберусь до этого.

Просто глядя на повреждённый Арканный топор, принадлежавший отцу Невана, я чувствую себя скромнее. Оружие, несмотря на повреждения, вызывает у меня восхищение и показывает, как многому ещё предстоит научиться. И Арканное оружие, вероятно, даже не вершина.

Но это не деморализует меня, а разжигает соревновательный дух.

Ещё на Земле я преуспевал во всём, к чему прикладывал усилия. Неважно, были ли другие дети талантливее или имели больше возможностей. Я всегда думал больше, всегда был более осознанным и всегда тренировался агрессивнее. У меня есть голод, которого часто не хватает более талантливым людям.

А если я встречу кого-то с талантом на уровне гения и голодом, равным моему?

Что ж, в таком случае я буду давить ещё сильнее. Я поставлю на кон свою жизнь. Я пожертвую конечностями. Я буду страдать и истекать кровью. Люди могут звать меня сумасшедшим. Но я буду давить ещё дальше.
Савант? Этот чудак, что начал в Запределье? Плевать.

На вершине буду я.

Осталась неделя, и я продал всё, что мог. Металлические слитки, низкокачественные сплавы, мана-камни, которые не могу использовать, и многое другое. Я продал все предметы, которые не смог надписать, и надписал всё, что мог. Я обошёл Бастион и незаметно продал кучу предметов из их складов.

Всё это принесло мне достаточно осколков, чтобы довести их количество до 49 725.

Мы с дубликатом также поохотились на нескольких Стражей Покрова, и я продал пару своих клинков пустостали.

Возвращаясь в Бастион после охоты, я заметил, как изменились взгляды Дворецкого и Хранительницы. Их поведение тоже изменилось.
Хранительница кажется более заинтересованной, и я замечаю, как она держит руку ближе к оружию каждый раз, когда я прохожу мимо.
Дворецкий постоянно держит один разлом открытым, чтобы быстро его активировать.
Садовник проводит большую часть времени в своём саду, где у него полно защитных механизмов.
Оружейник с каждым днём проявляет всё больший интерес. Я чувствую его взгляд на своей спине. Я ощущаю его чувства внутри парящего острова, пока он продолжает за мной наблюдать. То немногое сотрудничество, что у нас было, похоже на карточный домик, готовый рухнуть. Они против меня, дубликата и Веги.

Между нами оказались бабуля-Виталист, её отец Ирвин и Нина.
Нина, кажется, меня ненавидит, но не осмеливается ничего сделать. Думаю, это отчасти потому, что она знает, что ничего не сможет, а отчасти потому, что понимает, что в основном виноват её отец.

Бабуля и Ирвин проводят много времени с Вегой и дубликатом. Они теоретизируют, обсуждают и планируют.
Вега взволнована мыслью о новом глазе, но этот глаз может исчезнуть, как только дубликат пропадёт. Это похоже на то, что может сделать система.

Так что в итоге многое зависит от намерения и от того, сможет ли дубликат достаточно его развлечь, чтобы заключить сделку. Логика в том, что даже намерение, вероятно, не сможет спасти дубликата без предоставления ему какого-то более постоянного «статуса», а на этом этаже это значит я или Вега.

Я не соглашусь. Неважно, насколько я считаю себя виноватым, жалею его или сожалею. Я не сделаю этого.

Что до Веги, дубликат этого не сделает.

В итоге план прост. Глаз, будучи частью тела, даёт дубликату надежду, что он будет менее подвержен удалению, чем мана-камень. Он также сказал, что с ним легче работать. Это часть его тела с мановыми цепями, несущая его пассивы и ману.

Я не до конца это понимаю, но он потратил больше времени на размышления, так что я не спорю. Что-то подсказывает мне, что он надеется, что даже если провалится, то сможет убедить намерение сохранить глаз Веги. Последний подарок нашему ученику.

На всякий случай мы сохраним и оригинальный глаз Веги. Было бы обидно, если дубликат провалится, и Вега останется без глаза.

Тут и помогут два целителя. Они также, кажется, планируют ещё больше ослабить глаз, чтобы он пробуждался постепенно. [Мановидящая Радужка] — мощная черта, и мы не хотим, чтобы наш миньон расплавила себе мозг, используя её слишком рано.

В целом, всё идёт хорошо. Я прогрессирую с чёрной маной, и управление глазами улучшается. Я заработал кучу осколков. И Вега с каждым днём становится сильнее.

Но всё кажется неправильным, и я не думаю, что этот этаж закончится хорошо для дубликата. Неважно, сколько он планирует, тренируется и надеется. Его поставили в паршивое положение, и единственный выход, кажется, — убить меня или Вегу и заключить сделку с тем, кому он даже не может доверять.

Я многого достиг благодаря нашему сотрудничеству, и я думал, что знаю, что почувствую, если дойдёт до этого, но… это паршивое чувство.

И тогда я решаю никогда больше не делать ничего подобного.

И мне жаль.

Я не скажу это вслух, и, думаю, мне не нужно. Уверен, он знает.

http://tl.rulate.ru/book/116353/7572615