— Мой господин, — Себас сложил руку на груди и наклонился вперед в формальном приветствии, за его спиной боевые горничные Плеяды присели в реверансе, стоя на песке арены перед своим господином. Неподалеку стояли ревнивые Шалти и Альбедо, наблюдая за происходящим, в равной степени испытывая трепет от возможности обнять своего владыку и злясь, что им не удастся пойти с ним.
— Я лично отправляюсь из Назарика, и мне нужно, чтобы один из вас сопровождал меня, — сказал Аинз, бросив быстрый взгляд из-под своего шлема.
У горничных вырвался вздох, и они инстинктивно подняли глаза, чтобы посмотреть на скрытое забралом лицо. В то время как лицо Сизу всё также оставалось бесстрастным.
«Её постоянно нейтральное лицо красиво, но определённо недостаточно человечно. Маскировка могла бы это исправить, но вот с поведением всё сложнее, людям будет явно не по себе при общении с ней».
— Будьте уверены, даже если вас не выбрали сегодня, это не является отражением вашей неудачи, а лишь то, что вы были созданы для выполнения другой задачи, и когда я обращусь к вам за этим, мне нужно, чтобы вы выложились полностью, — Аинз говорил так мягко, как только мог, обращаясь к горничным, и хотя некоторые немного надулись, все они быстро ответили:"Конечно, владыка". Или что-то в стиле: "Что бы вы ни выбрали, конечно, будет правильным решением".
— Во-первых, знайте, что вам придётся взаимодействовать с людьми. Если у вас есть особая ненависть к их виду, пожалуйста, выйдите из строя прямо сейчас, — сказал Аинз, а затем подумал:
«Возможно, стоило приказать, а не просить? Нет... да, я должен был это сделать, но просто трудно командовать детьми моего друга».
Нарберал Гамма и Солюшн Эпсилон немедленно сделали шаг назад.
— Далее, поскольку я путешествую среди преимущественно человеческого общества, вы должны быть настолько способны слиться с ним, насколько это возможно. Если у вас нет таких навыков или ваш создатель не дал вам средств для маскировки, пожалуйста, выйдите из строя сейчас, — Аинз снова сузил выбор.
CZ2128 Дельта и Энтома Василисса Дзета сделали один шаг назад.
Остались только Юри Альфа и Люпус Регина Бета. Аинз оглядел оставшуюся пару, которая стояла со скромно склоненными головами справа и слева от Себаса, их руки были изящно сложены на талии.
Он попытался вспомнить их настройки:
«Разве её создатель не назвал ее "Улыбающейся садисткой" или как-то так?» — спросил себя Аинз. — «И разве создатель Юри Альфы не сделал её трудоголиком?» — у обоих были недостатки, но первый казался потенциально более проблематичным.
Аинз указал на Люпусрегину:
— Сделай шаг вперед, Люпусрегина. Кажется, я припоминаю, что ты наслаждаешься человеческими страданиями, это звучит так же, как неприязнь к ним. Или я ошибаюсь? Ты ведь не скрываешь свою ненависть, чтобы сопровождать меня, не так ли?
Люпусрегина вздрогнула как от пощёчины. Она покачала головой с диким отрицанием:
— Владыкадаябыникогданепосмела! — выдав словесную очередь из пулемета, её глаза наполнились слезами.
— Мой создатель создал меня, чтобы я наслаждалась страданиями моих друзей, независимо от того, люди они или нет. Чем больше они мне нравятся, тем больше мне нравятся их страдания. Но я не ненавижу людей или кого-либо ещё! Я клянусь! — она сложила свои руки в молитвенном жесте, глядя на него. — Пожалуйста, поверьте мне, господин, я бы никогда не солгала вам!
«Значит, он наделил её извращенной личностью». — размышлял Аинз и подавил свою дрожь, переведя взгляд на Юри Альфу. Затем он снова перевел взгляд на Люпусрегину, когда ему пришла в голову мысль. — «Я не хотел заставлять её плакать, отлично, теперь я чувствую себя ужасно».
— Я верю тебе, — сказал Аинз. — но значит ли это, что ты будешь более терпимой и с большей готовностью подружишься с ними?
Словно желая сгладить вину за свой характер, она кивнула с той же энергией, которую использовала, когда отрицала предыдущий вопрос.
— Давладыка! — снова выпалила она скороговоркой свою фразу.
«Нет! Это не решение! Нет! Нет! Нет! Нет! Что бы я ни сделал, кому-то из них будет больно, а я этого не хочу! Но я должен выбрать кого-то… По-хорошему, я должен был обдумать это самостоятельно и потом просто послать за одной из них, но… Мне нужно было отвлечься от этих двоих». — он бросил косой взгляд в сторону Альбедо и Шалти. — «Я ужасный босс и ужасный отец». Депрессия охватила его, когда он посмотрел на Юри Альфу...
— Юри Альфа, — Аинз спросил. — Как ты думаешь, кто лучше подходит для того, чтобы сопровождать меня в этой миссии?
— Люпус Регина Бета, мой господин. Она садистка, — она поправила очки, когда рыжеволосая горничная посмотрела на свою сестру и высунула язык, — Но она дружелюбна, общительна и является способным клириком. Её способность исцелять может быть очень полезна в ваших путешествиях.
«Она знает?!» — тревога прогнала кратковременную депрессию, а затем он холодно остановил эту мысль. — «Нет, она имела ввиду то, что нам придётся иметь дело с другими людьми, это разумная мысль».
— Очень хорошо, Люпус Регина, ты будешь сопровождать меня. Собери походное снаряжение и встретимся здесь через час, — приказал Аинз, когда они почти скрылись из виду, он мог поклясться, что услышал протяжное: "Е-е-е-е!" от удаляющейся рыжеволосой красавицы.
***
— Значит, это и есть Э-Рантел, — пробормотал Аинз, когда увидел, что он появился вдалеке.
«Как странно, я видел старые фотографии средневековых европейских крепостей, и он очень похож на них. Но также и не совсем, или, может быть, это только мне кажется. Он просто выглядит таким ”настоящим”». В некотором роде это было очень волнующе, у Аинза пробежали мурашки по коже, когда они подошли еще ближе.
Солдаты на стенах носили дешёвые полу-пластинчатые доспехи и держали стальные алебарды. Там были двойные ворота, на которых контролировался въезд, где солдаты, экипированные аналогичным образом, проверяли товары и следили за проходом. Аинз увидел, что никто все проходят без каких либо проблем, и быстро пришел к выводу, что это была простая формальность.
— Выглядит не впечатляюще, да, господин? — спросила Люпусрегина. Вместо своего привычного огромного крозиуса (посох-булава), она носила зачарованную булаву, которая висела у неё на боку. Её дорожная одежда была тёмно-зелёного и коричневого цветов, отличного качества.
Аинз посмотрел на неё сверху вниз, когда он шел рядом с ней.
— Так и есть, — он признал. — Но, пожалуйста, будь вежливой, пока мы на миссии, — он похлопал по своим доспехам и указал на её дорожную одежду. — Не называй меня "господин" или "Владыка Аинз", или "сэр", или "сир", и в таком духе. Сейчас мы с тобой на равных. Я искатель приключений "Момон", а ты просто... — он остановился.
«Погоди, я не придумал для неё имя... черт!» — он молча выругался. Аинз застыл посередине фразы, продолжая показывать на неё пальцем, и эта тишина начала становиться неловкой.
— Люпу! — воскликнул он, хватаясь за первое имя, которое пришло ему в голову.
Она буквально сияла, а её щеки покраснели.
— Мне нравится, мой- ах, Момон, да, мне нравится, — её улыбка озарила его, и они продолжили свой путь к городу, хотя у "Люпу" шаг стал ощутимо пружинистее.
Самый дальний от центра район был полон запахов немытых тел, гниющим, зловонным мусором и редко осушаемыми сточными канавами. Они прошли мимо многочисленных больших пустых зданий, которые служили казармами для солдат и складами для припасов во время войны. Момон и Люпу с легкостью пробирались через улицы, но Люпу не могла не выразить своего отвращения.
— Я завидую тому, что ты не чувствуешь этого запаха, Момон, — её нос сморщился от отвращения. — Это действительно отвратительно.
«Поверь мне, я знаю». — подумал про себя Аинз, но ответил:
— Я могу сказать, что даже без обоняния было бы легко сделать вывод, — сказал он, когда они проходили мимо забитого канализационного стока, где кусочки человеческих и животных отходов плавали в токсичной воде.
Когда они добрались оттуда до жилого района, в поле зрения появилось ещё больше женщин и детей. Аинз испытал знакомое потрясение, увидев детей, действительно выбегающих на улицу, это было так не похоже на его родной дом. Люди действительно задерживались, чтобы поговорить на углах улиц, хотя они были бедно одеты, он видел их по-другому.
«Они богаче самых богатых японцев, они действительно могут выходить на улицу, без куполов, без дыхательных аппаратов, без фильтров, без яда ... если не считать запаха сточных вод».
Осознания реальности происходящего было достаточно, чтобы поднять ему настроение, так что он бодро шагал так же, как и его спутница, всю дорогу до внутреннего района. Это было облегчение, административный центр города, а также главный торговый район, люди кричали, рекламируя свои товары с прилавков, где продавались фрукты, овощи и мясо с кровью. У Люпу невольно потекли слюнки при виде этого зрелища, её взгляд задержался немного дольше, чем следовало, но она вновь сосредоточилась, когда длинные шаги её господина пронесли их мимо торговцев.
Более чистый, чем край города, и отделенный от него вторичной внутренней стеной, качество одежды местных также менялось по мере того, как они углублялись внутрь. Лучше экипированная охрана, лучше одетые люди и, вместо простой коричневой или тёмной хлопковой ткани, богатые краски и более сложные аксессуары, особенно широкополые шляпы.
Однако выделялись именно Момон и Люпу. На полторы головы выше среднего мужчины, одетый в свои тёмные ониксовые доспехи с двумя клинками за спиной, каждый длиной с человеческий рост и шириной с локоть, он представлял собой внушительное зрелище. Шеи вытягивались, чтобы посмотреть на него, дети останавливались, чтобы показать пальцем, и, поскольку внутри было меньше людей, чем в бедных районах, люди не только не пробирались сквозь толпу, но и расступались с его пути.
"Тёмный воин" - эта фраза не раз доходила до его ушей. Момон предпочел игнорировать их, но сияющая рыжеволосая Люпу, хотя ей и не было какого-либо дела до людей, наслаждалась желанными взглядами тех, кто мельком видел ее.
«Мой создатель сделал меня прекраснее, чем большинство смертных. Даже я не могу винить их за то, что они это заметили, если уж на то пошло, то, что они замечают - это первое, что их хоть немного искупляет». — подумала она и сложила руки за головой, чтобы насладиться прогулкой.
Она притворилась, что не замечает их взглядов, несмотря на то, что наслаждалась ими. Однако что действительно заставляло её сердце петь, так это её фантастическое везение.
«Я в огромном долгу перед Юри Альфой… благодаря ей я могу проводить всё это время с владыкой Аинзом! Сёстры будут так завидовать!» — она сдержала смешок и краем глаза посмотрела на своего хозяина и, конкретно сейчас, "напарника".
Они некоторое время шли через город, но Люпу показалось, что прошло всего несколько минут, когда они вошли в простое, но функциональное большое деревянное здание, построенное на каменном фундаменте. Она заметила вывеску, когда они вошли, хотя что это было на самом деле, ей было неясно, так как местное письмо ей было незнакомо.
Как только Момон подошел к регистратору, он положил руки на грубую, неотшлифованную стойку. Перед ним стояла женщина с простыми чертами лица в шапочке из красной ткани с белой оборкой поверх.
«Он большой...» — подумала она про себя, только её непревзойденный профессионализм не позволил её глазам вылезти из орбит, когда она увидела не только замечательный образец высокого тёмного воина, но и лучезарную красоту рыжеволосой женщины с булавой.
Когда он прямо сказал глубоким, благородным голосом:
— Я бы хотел зарегистрировать себя и мою напарницу в качестве искателей приключений, — улыбка секретарши вышла довольно натянутой.
— Конечно, я просто должна сначала задать несколько вопросов... — сказала она, вытаскивая несколько бланков.
Взгляды разных искателей приключений впивались им в спины, пока Аинз врал сквозь зубы секретарше.
Как бы ей ни нравилось видеть своего хозяина за работой, бумажная волокита была не интересна боевой горничной, и она остро чувствовала желание и внимание, которое были на них направлено. Завистливые взгляды, обращённые на её хозяина, похотливые взоры на контуры её тела, которые было хорошо видно из-за облегающего дорожного снаряжения.
«Следующая покупка - плащ, не то чтобы я возражала против явно хорошего вкуса людей к таким красивым служанкам, как я, но… они просто слишком ничтожны, чтобы быть пригодными для чего-либо, кроме пыток». — Люпу мысленно вздохнула, соглашаясь с этой мыслью, и повернулась лицом к грубо выглядящим фигурам. Большинство из них носили дешевые железные или медные пластины на шее, и ни у одного из них не было полного комплекта доспехов, хотя выглядели они достаточно уверенно.
У многих были шрамы или бритые головы, хотя у некоторых были более длинные волосы, которые спускались чуть ниже шеи. В голову пришла злая мысль, и на лице Люпу появилась озорная улыбка.
— Прости меня, Момон, раз уж ты занят, ты не против, если я немного повеселюсь? — озорная ухмылка Люпу заставила волосы Момона встать дыбом, и какое-то время он молчал.
Но он практически видел, как хвост виляет у нее за спиной, её милое личико выглядело таким нетерпеливым, как у щенка, жаждущего поиграть, что он не мог не смягчиться. Он махнул в сторону столов.
— Главное не перестарайся, и не играй с едой.
Ее улыбка превратилась в смех, когда она плавной походкой направилась к ближайшему столику. — Ты выглядишь сильным, — она сказала о человеке с комплекцией бегемота, который сидел с кружкой пива перед ним.
Он хмыкнул:
— А ты выглядишь мило, — он подмигнул, и на мгновение она не смогла не воодушевиться от похвалы, даже если она шла от низшей формы жизни.
— Ты наблюдателен, но… Держу пари на твоё пиво, что я не просто симпатичнее, но и сильнее. Меня зовут Люпу, а вон там, - она указала пальцем себе за спину. — Момон, самый сильный человек в мире.
Она говорила немного громче, чем нужно, и мускулистый авантюрист с небритым лицом оглядел ее с ног до головы.
— Ты серьёзно, девочка?
— Ага, — Люпу забарабанила пальцами по столу. — Вполне. Готов поспорить?.— А что получу я, если выиграю, милашка? — его рот расплылся в похотливой улыбке, а с его губ сорвался столь же похотливый смешок.
Люпу отвела взгляд и застенчиво улыбнулась.
— История, которую стоит запомнить, — затем она поставила локоть на стол с поднятой рукой и раскрытой ладонью.
— Давай, мальчик, — она передразнила его предыдущее "девочка", и он с силой опустил свой локоть на стол, расплескав немного золой жидкости из кружки, и вложил свою руку в её.
—На счёт три? — она спросила.
— Мы здесь считаем до пяти, — ответил он, и их громкий разговор, завершившийся вызовом, привлёк к их столу толпу людей.
—...Три... четыре... пять! — прокричал случайный прохожий.
Люпусрегина не сдвинула свою руку с места, аванстюрист начал кряхтеть, надрываясь от усилия.
— Хаах… Гнххх... — он кряхтел и стонал, уставившись выпученными глазами на красавицу напротив него, её рука не сдвинулась ни на миллиметр с начала борьбы.
Пот выступил у него на лбу.
— Что случилось, Йориг! Начинай! Я сказал "пять" минуту назад! — подгонял его кто-то позади.
—Я пытаюсь! — мускулистый мужчина, который, очевидно, был Йоригом, застонал.
Люпусрегина показушно и насмешливо поднесла другую руку ко рту и зевнула.
— Используй вторую руку, если хочешь, всё в порядке, я не против.
Йориг покраснел, затем поднял другую руку, положил её сверху и изо всех сил попытался опустить руку Люпусрегины.
— Могу я... могу я использовать боевое искусство...? — он ахнул.
«Что такое боевое искусство?» — удивилась про себя Лупу, но слегка кивнула. — Давай.
[Меньшая сила] Он хмыкнул и продолжил, но пользы от этого было не много.
— Ты можешь воспользоваться им прямо сейчас, — подбодрила его Люпусрегина. — Я жду.
Открытые рты недоверчиво уставились на него.
— Ну, если это всё... — сказала она, разочарованно надув губы, и в одно движение завершила поединок, опустив его руку.
Она сложила пальцы буквой V в знак победы, схватила деревянную кружку и выпила её залпом.
— Спасибо! — она подмигнула мужчине, который захныкал, пытаясь одновременно справиться с ушибом конечности и ударом по своему самолюбию.
Она хлопнула кружкой по столу.
— Не расстраивайся. В конце концов, он мой напарник, и у меня нет ни шанса против него, — Люпусрегина подмигнула. — Ты не выиграл, но все равно получил свой приз.
— Ааа? — это было всё, что он смог спросить.
— Ты сразился с Люпу, спутником Момона, сильнейшего человека в мире. К тому же, довольно скоро все будут знать его имя, и эта история должна стоить нескольких бесплатных кружек пива, — возможно, эти слова могли быть просто издёвкой, но когда тёмный воин приблизился, возвышаясь над ней и положил руку в ониксовой перчатке на хрупкое, но сильное плечо Люпу, Йориг не мог не подумать…«Я думаю, она права… Я боролся на руках с легендой, прежде чем она стала легендой...»
— Мы здесь закончили, пойдем, Люпу, мы идём в гостиницу, нам просто нужно сначала забрать кое-какие припасы, — сказал Момон, и она, с явным энтузиазмом, кивнула.
— Конечно, пока, мальчики, — насмешливо сказала она, игриво махнув рукой.
«Его запястье, вероятно, будет болеть несколько дней, если он не найдет целителя, это не совсем пытка, но начало положено. Но считается ли это за игру с едой?.. может, мне следует спросить?» — задумалась Люпу, но в конечном итоге решила этого не делать.
«Нет, владыка Аинз знаёт всё, если бы он был против, он бы что-нибудь сказал или не позволил бы мне этого сделать. Всё в порядке». — сказала она себе и последовала за ним из здания с мимолётной мыслью. — «Пиво на вкус было как вода, надеюсь, кто-нибудь в этом мире умеет делать что-то действительно стоящее».
http://tl.rulate.ru/book/115841/4555126
Готово:
Использование: