Судьба порой устраивает очень злые шутки.
Пока Мерлин восстанавливался и готовился вернуться, в Адской Кухне произошло важное событие. Нельзя сказать, что оно было уж очень масштабным – о нем узнал лишь узкий круг людей. Но до Мерлина оно дошло совершенно неожиданным образом.
Речь шла о церкви Святого Матфея, одной из визитных карточек Адской Кухни. Раньше Мерлин не уделял особого внимания этому месту, за исключением того раза, когда он привел туда Эрика. Он не был верующим и не посещал церковь. Несмотря на хорошие отношения с отцом Полом, добрым священником, тот не любил наставлять окружающих. Казалось, он был человеком очень спокойным, возможно, истинным служителем церкви. Видимо, он хорошо понимал, что вера – это скорее обуза для тех, кто потерялся, и не является необходимостью для жизни, за исключением особых случаев. А раз не является необходимостью, зачем навязывать?
Последние несколько дней после того, как он пришел в себя, Мерлин стал частым гостем в церкви. Нет, он не стал внезапно религиозным. Просто после всего произошедшего у него накопилось много вопросов, но он не знал, где найти ответы. В минуты душевного смятения всегда хочется уединения. И церковь Святого Матфея отлично подходила для этого. Жители Адской Кухни не отличались особой набожностью. По сути, кроме дней богослужений, мало кто приходил в церковь за утешением.
Мерлин обычно приходил днем и уходил почти к полуночи. Он, опираясь на трость, сидел в одиночестве на задних скамьях. Он не платил церкви, просто сидел и наслаждался редким за последние годы спокойствием. Его жизнь изменилась.
Те, кому когда-то доверял, теперь полны тайн.
Сомнения, словно темные семена, поселились в сердце Мерлина, словно ядовитая змея грызли его душу. Он не знал, стоит ли начинать расследование, и боялся, что его друзья, эти всегда загадочные старые агенты, уже замешаны.
Если жизнь готовит жестокую схватку, как ему спокойно встретить все это?
Фьюри… Почувствовал ли он тьму, скрывающуюся под светом?
Он должен был заметить.
Но подготовил ли он план на этот случай?
Когда он начал считать Щ.И.Т. семьей, и когда это незаметно испортилось? Самое важное – где источник этой расползающейся тьмы?
Неужели организация, только что распространившая свое влияние по всему миру, уже прогнила изнутри? На эти вопросы, кажется, нет ответов, если только Мерлин не решится шагнуть вперед и попытаться раскрыть правду, скрывающую все. Но он никак не мог принять решение.
– Кажется, у тебя много сомнений и проблем, Мерлин.
Ласковый голос раздался за спиной Мерлина. Отец Пол, одетый в черную рясу, держал в руках книгу Писаний. Похоже, он только что вернулся со службы. Он вошел через церковную дверь и увидел Мерлина, тихо сидящего в последнем ряду.
– Тебе стало лучше?
Хотя Мерлину действительно стало гораздо лучше, бледность на его лице все еще не скрывалась. Он все еще не полностью восстановился. Трость и немного неудобное положение, в котором он сидел, не могли скрыть этого от священника.
– Гораздо лучше.
Мерлин подвинулся, освобождая место для священника. Отец Пол естественно сел рядом с ним.
– Я редко вижу тебя таким, – сказал он.
– Каким? – спросил Мерлин.
– Я имею в виду, спокойным, когда ты о чем-то ломаешь голову. Волнение всегда делает людей уязвимыми.
Священник улыбнулся и сказал:
– С того момента, как мы познакомились, и до сих пор ты в моих глазах был человеком, который действует быстрее, чем думает.
– О, неужели я настолько плох в твоем представлении, отец? – сказал Мерлин.
– Все равно мы друзья, и мне будет грустно, если ты так говоришь.
– Нет, я не критикую тебя, Мерлин.
Священник покачал головой. Он положил Писание на колени и сказал Мерлину:
– Решительные действия – это своего рода похвала, и делать добрые дела похвальнее десяти тысяч молитв. Я знаю, ты многим помог в этом квартале. В конце концов, я видел, как ты помогал детям из приюта.
– Ты редкий хороший человек, Мерлин, у тебя доброе сердце.
– Эта оценка...
Мерлин поджал губы и посмотрел на священника. Он сказал:
– Немного завышена, настолько, что мне кажется, вы льстите мне, священник. Думаю, вам, похоже, нужна моя помощь.
То, что Мерлин угадал его мысли, немного смутило отца Пола. Он несколько раз кашлянул, стараясь скрыть смущение, и сказал:
– Ну, у тебя все еще острый ум, действительно есть одна вещь, одна печальная вещь.
Священник перекрестился и сказал Мерлину:
– Помнишь Джека?
– Джэк Мердок?
Мерлин кивнул, он сказал:
– Этот грубый боксер, я его помню, и его бедного сына. Что случилось? С ним что-то не так?
Лицо священника стало печальным, услышав вопрос Мерлина. Хотя несколько лет назад у него с Джеком был конфликт, и грубый Джек его избил, этот старик явно не был мстительным человеком.
Он тихо сказал Мерлину:
– Три дня назад Джек умер.
– У?
Мерлин издал вопросительный звук и спросил:
– Как он мог вдруг умереть? В последний раз, когда я его видел, он был силен как бык. Он боксер, и намного крепче обычного человека. Ему же лет тридцать?
– Джек умер на боксерском ринге.
Отец Пол открыл Писание и сказал:
- Подноготной не знаю. Я слышал, люди говорят, что в последние годы из-за того, что Джек кормил сына, оплачивал его учебу, водил к врачам, он задолжал местной банде приличную сумму денег. За долгом пришли "Кулаки", а Джек все скрывал. Но три дня назад он, кажется, принял какое-то непонятное решение.
Голос священника стал тише:
- Я слышал, что на игре перед смертью Джек вдруг, совершенно не свойственно себе, поставил на свою победу и, кажется, почти все деньги.
- И потом он выиграл и умер после победы, так? - предположил Мерлин, угадав концовку этой истории.
Как государственный служащий, часто имеющий дело с темными сторонами Нью-Йорка, хоть он и не занимается надзором за делами подпольных банд, в таких местах, как ЩИТ, он видел немало подобных случаев.
В ответ на догадку Мерлина Отец Пол кивком подтвердил:
- Джек умер в переулке рядом с рингом меньше, чем через пятнадцать минут после окончания боя. Но проблема в том, что он заранее отправил Мэтта младшего к сестре Мэгги, и у Мэтта все ещё было достаточно денег, чтобы закончить университет, он даже купил на огромную сумму дом.
- Дай угадаю, - Мерлин потер лоб, закрыл глаза и произнес: - Бандиты пришли к вам?
- Да, - смутно ответилОтец Пол. - Мы не можем отдать Мэтта младшего. Это противоречит нашим убеждениям. Но бандиты действуют безжалостно, и я очень обеспокоен. Если так будет продолжаться, монастырь и приют окажутся в опасности.
- Вы хотите, чтобы я решил этот вопрос? - Мерлин достал телефон, посмотрел на Отца Пола и сказал: - Ничего страшного, священник, это моя район, и я не хочу видеть, как здесь случаются трагедии. Будьте уверены, эти бандиты могут напугать только обычных людей. Обещаю, скоро у них будут проблемы.
- Нет, Мерлин, - священник покачал головой, посмотрел на Мерлина и сказал: - Я хочу, чтобы ты усыновил Мэтта младшего.
- Что? - Удивленный, Мерлин посмотрел на священника и произнес.
- Вы должны знать, что я усиновил Эрика и являюсь временным опекуном еще одной девочки. А еще у меня есть работа, и у меня нет времени заниматься 9-летним ребенком с непростыми глазами... Я не ненавижу маленького Мэтта. На самом деле, когда ребенок самоотверженно бросился спасать других, я тоже огорчился из-за того, что с ним случилось.
- Но в моей нынешней ситуации я действительно... бессилен.
- Но Мерлин, это не только моя просьба.
Отец Павел вынул из своих священных книг короткое, засаленное и перепачканное кровью письмо, и протянул его Мерлину вместе с потрепанной открыткой.
Почерк на бумажной салфетке был некрасивым, кривым, с несколькими ошибками – сразу видно, что писал человек не особо грамотный.
«Господин Мерлин,
Я Джек. Я не знаю, кому верить, и принял решение, которое, возможно, заставит меня попрощаться со своим Мэттом навсегда. Но это неважно, я давно понял, что с таким отцом, как я, мой маленький Мэтт всю жизнь будет прикован к настоящему аду – Адской Кухне.
Я извиняюсь за свое прежнее плохое отношение к вам, и собираюсь отправить Мэтта обратно к его матери, но я знаю Мэгги – она очень упрямая женщина. Если она будет настаивать на том, чтобы не принимать Мэтта, тогда мне останется только просить вас помочь мне позаботиться о моем ребенке.
Из всех людей, с которыми я общаюсь, только вы – действительно порядочный человек, и мое чутье подсказывает, что вам можно доверять. И Мэтт сказал мне, что вы отправили его в больницу, подбадривали его, утешали и успокаивали.
Я знаю, это наглая просьба, но я никого больше не могу найти, кто бы помог мне. Я заплачу, и Мэтт станет очень богат. У меня только одна просьба – пожалуйста, господин Мерлин, пожалуйста, помогите мне вывезти моего сына из Адской Кухни… пусть у него будет светлое будущее, пусть он будет достойным человеком, как вы.
Не дайте ему стать таким же, как я.»
- Это?..
Прочитав письмо, Мерлин посмотрел на отца Павла, тот кивнул:
- Это письмо полиция нашла на теле Джека. Он уже предвидел свою смерть и заранее подготовил все.
- Я не из тех, кто будет насильно заставлять кого-то совершать добрые дела, Мерлин. За последние несколько дней несколько семей хотели усыновить малыша Мэтта, но я всё никак не решался. В конце концов, это последняя просьба Джека.
- Я позволил себе обратиться к вам, движимый навязчивой идеей умершего человека. Но если вам это действительно неудобно, я могу отправить Мэтта к кому-нибудь другому.
Мерлин не спешил с ответом.
Разум подсказывал ему проигнорировать эту ситуацию и продолжать жить своей жизнью.
Он не был знаком с Джеком, да и чувств к этому грубому человеку не испытывал. Проблема была в том, что этот человек обращался к Мерлину с предсмертной мольбой.
Наверное, в тот момент он был в отчаянии, иначе не решился бы отправить сына к совершенно незнакомому человеку.
Мерлин, должно быть, представил боль и разочарование боксера в тот момент, когда тот принимал это решение. Возможно, он был плохим человеком, плохим мужем, но он определенно был отцом, который ради будущего сына столкнулся лицом к лицу со смертью.
Это тронуло Мерлина.
Он посмотрел на корявые строки записки. Спустя мгновение он сказал священнику:
- Я хочу увидеть ребенка.
- Да, следуйте за мной.
Священник поднялся и сказал Мерлину:
- Мы еще не рассказали ему об отце, так что…
- Я понял, отче.
- Я умею хранить секреты.
Отец Пол провел Мерлина через проход церкви Святого Матфея в приют. К этому времени дети уже готовились ко сну. Они молились под присмотром монахинь. Многие из них при виде Мерлина начинали выкрикивать его имя.
Они знали этого дядю, этого мужчину, который вместе с братом Эриком часто приносил в приют вкусную еду и проведывал их.
В сердцах этих наивных детей Мерлин был очень добрым старшим братом.
Мерлин тоже помахал детям, и они со священником вошли в спальню приюта.
У дверей Мерлин встретил сестру Мэгги.
Монахиня бросила на Мерлина боязливый взгляд, а затем поспешно удалилась.
Это был не страх перед жестокостью, а глубинный стыд и ужас, вызванный тем, что их тайны могли стать известны другим.
Похоже, Сестра Мэгги тоже приняла непростое решение.
– Мэгги не бессердечна, – сказал священник, – Ей тоже больно.
– Я понимаю.
Мерлин смотрел вслед удаляющейся монахине, чей облик казался таким одиноким.
– Для слабых вера – последнее убежище, – тихо произнес он. – Она слабая, но не злая.
Священник, казалось, не расслышал крамольных слов Мерлина. Он проводил его до третьего этажа, к самым дверям общежития. Мерлин остановился на пороге, осматривая комнату.
У окна сидел Мэтт в темных очках. Полумрак комнаты ничуть не мешал ему. В руках он держал книгу, написанную шрифтом Брайля, и читал, погруженный в тишину. Рядом со стулом стояла немного потрепанная трость.
Мерлин кивнул священнику и медленно, опираясь на свою трость, вошел в комнату. Священник не стал задерживаться, не желая мешать им, и вскоре ушел.
Мерлин осторожно сел на кровать рядом с Мэттом. Он молча смотрел на спокойного мальчика.
Но едва священник вышел, Мэтт резко повернулся и точно "взглянул" туда, где сидел Мерлин.
– Мистер Мерлин? – спросил он. – Это вы?
http://tl.rulate.ru/book/113635/6636698
Готово:
