Яо Тао слегка отодвинула разделочную доску, повернулась и посмотрела на Вэнь Цзимина, который стоял у двери камеры.
– Зачем ты здесь? – спросила она.
Вэнь Цзимин растерянно уставился на разделочную доску перед Яо Тао. На ней лежали две тарелки и миска...
– Я... я пришёл проведать тебя, – наконец выдавил он. – Ты в порядке?
– Не очень, – Яо Тао слегка покачала головой. – Думала, что в тюрьме хоть с едой помогут, но в итоге приходится всё делать самой.
У Цзюнь подозвал охранника и отчитал его:
– Разве ты не должен был проверить, вооружена ли она? Ты что, ножа не видел?
Охранник испуганно заморгал:
– Мы тогда обыскали её сумку, у неё не было оружия. Я не знаю, откуда взялся этот нож.
У Цзюнь продолжал ругать охранников, но Яо Тао вела себя так, будто ничего не произошло. Она протянула нож:
– Ладно, забирайте и уходите. Не шумите, это раздражает.
У Цзюнь: «...»
Охранник быстро схватил нож и поспешно удалился.
В пространстве Яо Тао были сотни таких дешёвых кухонных ножей, и она не переживала из-за потери одного.
Она достала из рюкзака портативную электроплитку, ловко нашла розетку на стене и подключила её.
У Цзюнь: «...»
Вэнь Цзимин: «...»
Яо Тао размышляла вслух:
– Хорошо бы ещё одну розетку найти, чтобы аварийный фонарь зарядить.
Бесплатное электричество в лагере для переселенцев не пропадало зря.
У Цзюнь был действительно зол.
Впервые в жизни он столкнулся с таким.
Человека, которого задержали, спокойно использовал электричество в тюрьме, да ещё и готовил, нарезая овощи!
У Цзюнь снова подозвал охранника и отчитал его:
– Кто разрешил ей здесь готовить?
Охранник выглядел обиженным:
– Капитан, у нас тут с едой каждый сам за себя. Либо родственники приносят, либо люди берут с собой сухой паёк на несколько дней. Мы же не можем запретить им есть, правда?
У Цзюнь:
– Но готовить здесь нельзя!
– У вас нет правила, запрещающего готовить, – вмешалась Яо Тао. – Я проверяла ваши правила, когда заходила. Там такого нет.
У Цзюнь: «...»
Он был зол, но ничего не мог поделать.
Менять правила прямо сейчас?
Он не мог позволить себе потерять лицо.
Яо Тао воспользовалась моментом, налила масло в сковороду, добавила лук и начала медленно обжаривать его до золотистого цвета.
В коридоре разнёсся аромат жареного лука.
Люди из других камер начали подходить к дверям, выглядывая в её сторону.
– Ааа, больше не могу! Этот запах просто сводит с ума!
– Кто это такой богач, что в тюрьме жареный лук готовит?
Стоя у двери камеры, Вэнь Цзимин вдруг почувствовал себя немного жалким.
Он думал, что Яо Тао будет грустить и бояться, оказавшись за решёткой, но в итоге... всё обернулось так?
К тому же он не успел поужинать. После этого аромата он почувствовал себя ещё голоднее.
Но он не мог настолько обнаглеть, чтобы попросить у Яо Тао еды прямо здесь.
У Цзюнь всё ещё стоял рядом...
Он украдкой посмотрел на У Цзюня.
Горло капитана двигалось вверх-вниз, будто он что-то глотал.
Вэнь Цзимин с сожалением отвернулся.
Лучше поскорее обсудить с Яо Тао дело и уйти отсюда.
Вэнь Цзимин рассказал, что хочет найти мутировавших летучих мышей за пределами лагеря.
Яо Тао слушала внимательно, но её руки не останавливались.
Когда лук был готов, она выловила золотистые кусочки и взяла миску, стоящую рядом.
Только тогда Вэнь Цзимин и У Цзюнь заметили, что в маленькой миске лежал нарезанный сырой фарш.
Свежее мясо имело румяный оттенок, и когда его выложили на сковороду, оно зашипело в масле, издавая приятный звук.
Люди из других камер закричали:
– Я больше не могу! Хочу мяса!
Охранники снова и снова кричали, чтобы утихомирить шум.
– Что ты только что сказал? – спросила Яо Тао, помешивая мясо на сковороде. – Они слишком шумели, я не расслышала.
Вэнь Цзимин: «...»
Он пожалел, что вообще сюда пришёл.
http://tl.rulate.ru/book/112955/5329685
Готово:
