План раскрытия потенциала? План раскрытия потенциала Мангекё? Услышав эти слова, зрачки Учихи Фугаку расширились, но вскоре его лицо приняло неприятное выражение. Подобный план вызывал у него крайнее отвращение, ведь в истории клана Учиха уже были похожие планы. Вернее сказать, эксперименты — это слово больше подходило к тем событиям.
То была эпоха, стёртая из исторических хроник. Ни единой записи о тех временах не сохранилось. Хоть тогда и пропало без вести или погибло при загадочных обстоятельствах множество элитных шиноби клана Учиха, никто не желал вспоминать об этом. Даже устные рассказы о той кровавой и преступной поре вызывали ужас. Снадобье, которым Учиха Кай когда-то принудил Учиху Исаму пробудить Шаринган, было наследием той эпохи.
Фугаку не понимал, почему Кай вдруг захотел возобновить этот план. Неужели у него возникли проблемы с глазами? Или, может, его душу охватило беспокойство?
«Зачем?» — Фугаку мрачно взглянул на Кая. — «Ты и так невероятно силён. Зачем тебе это?»
«Хм?» — Кай озадаченно посмотрел на Фугаку, но быстро догадался, о чём тот думает. — «Послушай, ты же не решил, что я, как некоторые идиоты, собираюсь насильно пробуждать Мангекё у одарённых шиноби?»
Лицо Фугаку вдруг приняло странное выражение: «А разве нет?»
«Учиха Осаму, Учиха Исаму — я сам заставил их пробудить Мангекё, но я уже говорил, что такие методы неприемлемы», — Кай слегка усмехнулся. — «Раз уж я сам считаю это неправильным, с чего ты взял, что я снова пойду по тому же пути?»
Очевидно, Фугаку думал, что Кай хочет повторить старые методы клана. Однако Кай, уже знавший, как пробуждается Мангекё, вовсе не собирался идти этим путём. У него не было техники Котоамацуками, да и те, кого насильно заставляли пробудить Мангекё, все как один были на грани психического срыва — непредсказуемые и опасные. Даже если Кай уже почти достиг Вечного Мангекё Шарингана, он всё равно мог оступиться, столкнувшись с неизвестной глазной техникой. Он вовсе не хотел, чтобы с ним случилось такое несчастье.
Когда дело касалось Мангекё, без знания его особенностей слишком легко было попасть впросак. Пусть Кай и держался уверенно перед Фугаку, это лишь потому, что он прекрасно знал возможности глаз, которыми тот сейчас пользовался. К тому же, эти глаза изначально не принадлежали Фугаку, поэтому при их использовании неизбежно возникали мелкие недочёты. Если бы Фугаку использовал собственные глаза, Каю, возможно, было бы не так легко.
«В чём же заключается твой план?» — поколебавшись, тихо спросил Фугаку.
План раскрытия потенциала Мангекё — Фугаку не мог отрицать, что эта идея его заинтересовала. Он знал, какие глаза были сильнейшими в клане Учиха, но основой всему служил Мангекё Шаринган! Появление в клане ещё нескольких обладателей Мангекё стало бы огромным подспорьем. Если план Кая окажется действенным и не будет таким же безумным, как эксперименты прежних старейшин клана, то его вполне можно было бы воплотить в жизнь.
«Всё очень просто — мы будем развивать эмоциональные связи», — Кай сел и, взяв чашку чая, налитую Фугаку, слегка покачал её. — «На самом деле, развитие эмоциональных связей — это лишь один из способов. Я считаю, что пробуждение Мангекё — это проявление крайних эмоций, будь то отчаяние или гнев. Но я всегда думал, что отчаяние — лучшее лекарство для пробуждения Мангекё».
«Развивать эмоциональные связи, чтобы вызвать чувство отчаяния?» — услышав это, Фугаку странно посмотрел на Кая. — «Это слишком жестоко. К тому же, эмоциональные связи не так-то просто развить, да ещё нужен талант... Постой-ка, ты что, хочешь использовать детей?»
«Не стоит употреблять слово "использовать"», — вздохнул Кай. — «Скажем так, это эксперимент. К тому же, мои цели — люди, чей талант не вызывает сомнений».
Сказав это, Кай загадочно улыбнулся, глядя на Фугаку.
Кажется, Фугаку тоже догадался, и его лицо помрачнело: «Итачи? Или Саске?»
Очевидно, Фугаку понял намерения Кая. Этот негодяй собирался использовать его детей для своего плана. Хоть идея и казалась заманчивой, как только дело коснулось его собственных детей, его любимой семьи, это уже выходило за рамки того, что он мог принять! Такая позиция могла показаться лицемерной, но Фугаку действительно был человеком, который любил свою семью больше всего на свете, хоть и не показывал этого явно.
«Обоих», — Кай, не обращая внимания на взгляд Фугаку, прямо заявил.
«У меня есть полноценный план. Хоть он и полон лжи и обмана, а его реализация займёт много времени, но если всё правильно контролировать, в клане Учиха появятся три новых обладателя Мангекё, а может даже ещё один пользователь Вечного Мангекё».
«План?» — хотя лицо Фугаку всё ещё выражало недовольство, он не рассердился, а терпеливо спросил: «Можешь рассказать подробнее?»
«Конечно, ведь для этого плана действительно необходимо твоё участие», — Кай улыбнулся.
То, что Фугаку не разозлился, было хорошим знаком. Это означало, что всё ещё можно обсудить. К тому же, Кай был уверен, что Фугаку согласится. Ведь речь шла о трёх членах клана Учиха, способных пробудить Мангекё Шаринган. А судя по словам Кая, была высока вероятность появления ещё одной пары Вечных глаз.
Сейчас единственное, что заставляло Фугаку колебаться — это способ пробуждения Мангекё, а также тот факт, что двое из этих трёх были его сыновьями. Насколько сложно пробудить Мангекё и какую боль при этом приходится терпеть, Фугаку, сам пробудивший эти глаза, знал как никто другой. Такие страдания не каждый мог вынести, и он совсем не хотел, чтобы его дети испытали подобное.
Но Каю было всё равно, о чём там думает Фугаку. Судя по оригинальному сюжету, эти трое, вероятно, были самыми перспективными членами нынешнего поколения Учиха. Особенно Учиха Саске — хоть его талант и не казался таким выдающимся, возможно, из-за отсутствия должного обучения, у него была невероятно важная роль. Ведь он был реинкарнацией Индры!
Кай не мог точно сказать, когда пробудится чакра Индры. Но чтобы подготовиться ко всем возможностям, ему необходимо было, чтобы Саске пробудил Мангекё Шаринган. Ведь только обладатель Мангекё мог считаться началом качественных изменений в клане Учиха.
Стоя у входа в резиденцию Фугаку, Учиха Шисуи колебался, стоит ли ему стучать. Он бывал здесь не впервые — они с Итачи были очень близки, и раньше он часто приходил сюда навестить друга. Даже когда он стал учеником Третьего Хокаге, он по возможности старался обучать Итачи.
По мнению Шисуи, Итачи был совершенно особенным, талантливым шиноби клана Учиха, который вполне мог заслужить признание Кая. У такого шиноби было неизмеримое будущее, и он точно не повторил бы ошибок самого Шисуи.
Глубоко вздохнув, Шисуи шагнул вперёд и постучал в дверь. Раз уж он пришёл, не было смысла отступать. На самом деле, он пришёл не для того, чтобы увидеться с Итачи или обсудить что-то с Фугаку. Его целью был Учиха Кай.
Утром Шисуи видел возвращение Фугаку, и именно тогда он многое для себя прояснил. Он твёрдо решил и очень разочаровался в действиях Третьего Хокаге и других. Шисуи понимал, что заслужить признание Кая будет крайне сложно, но он также знал свои сильные стороны.
Ведь сейчас он находился в лагере Третьего Хокаге, и об этом почти никто не знал. Пусть он был лишь пешкой и не мог заслужить настоящего доверия Третьего, по крайней мере, пока, но его преимущество заключалось в том, что он мог получать немало информации. Пусть не самые важные сведения, но и они могли оказать Каю немалую помощь!
Конечно, он мог сделать и многое другое. Шисуи уже решился идти до конца. Отношения между деревней и кланом всегда были самым болезненным и сложным вопросом для него. Однако теперь он понял, что многие его мысли и действия на самом деле не имели особого значения. Возможно, как и говорил Кай, его кругозор определял его пределы, и с самого начала он был лишь пешкой, которую использовали другие.
Но даже если ему суждено быть пешкой, Шисуи теперь больше верил Каю! Пусть руки Кая были в крови, пусть он был коварен и жесток. Но результаты его действий полностью соответствовали интересам клана и всей Конохи!
В этом Шисуи никак не мог сравниться с ним. Он понимал, насколько ужасной была его наивность, и осознавал, насколько глупыми были его прежние мысли.
«Я не спаситель, я просто глупый идиот», — с горечью подумал Шисуи. — «Так что такому глупому идиоту, как я, лучше делать то, что ему по силам».
Пока Шисуи размышлял об этом, дверь внезапно открылась. Вышла красивая женщина, и Шисуи тут же почтительно поклонился. Это была мать Итачи, жена главы клана Учиха — Учиха Микото.
«Твой план оказался таким масштабным», — у небольшого пруда Фугаку ошеломлённо смотрел на Кая, даже его речь, казалось, стала немного сбивчивой. Сейчас он был потрясён, ведь он и представить не мог, что Кай разработал такой план.
План, охватывающий двух его сыновей, Учиху Шисуи, и даже затрагивающий Третьего Хокаге и других! Долгосрочный план, но с невообразимо большой выгодой!
Честно говоря, этот план был сопоставим с тем, когда они полагались на Четвёртого Хокаге, чтобы спасти Учиха и заново интегрировать клан в Коноху. Если прошлый раз был спасением клана, или, можно сказать, самоспасением Кая, то на этот раз речь шла о повышении силы клана. С другой стороны, это можно было рассматривать как попытку Кая усилить своё влияние и право голоса!
Клан Учиха действительно получит выгоду, и два сына Фугаку, возможно, смогут пробудить Мангекё. Но тот, кто почти ничего не теряет — это Кай, ведь его цель — нанести удар по оставшимся силам в руках Третьего Хокаге, особенно по медицинскому отделу! Однако здесь была одна большая проблема, и эта проблема заключалась в главном герое этого плана — Учихе Шисуи.
На самом деле, не так важно, сможет ли он справиться с этой задачей, потому что роль, которую он играет в этом плане — это его собственная роль. Самое главное — на чьей он стороне!
«Учиха Шисуи, как ты планируешь решить его проблему?» — Фугаку долго размышлял, прежде чем медленно спросить. — «Его позиция и его выбор, кажется...»
«На самом деле, его позиция уже склоняется ко мне», — Кай слегка улыбнулся. — «Конечно, есть вещи, в которых я не могу быть уверен, например, на его языке всё ещё есть печать проклятия. Мне нужно хорошенько подумать, стоит ли с ним встретиться, и, похоже, Фугаку, тебе тоже нужно будет кое-что подготовить».
«Мне нужно что-то подготовить?» — Фугаку на мгновение растерялся, но тут же понял, что имел в виду Кай. — «Кажется, я тебе ещё не дал согласия?»
«Пусть это и болезненно, но ты действительно хочешь, чтобы твои дети в будущем жили только под твоей защитой?» — Кай холодно посмотрел на Фугаку. — «Мы создаём такую среду, неужели после нашей смерти ничего не останется? Глава клана — это всего лишь глава клана, но он несёт ключевую ответственность за преемственность клана. Если будущий глава клана не испытает нужной боли, не научится тому, чему должен, сможет ли он быть компетентным? Сможет ли он оценить ситуацию и принять правильное решение? Сможет ли он защитить деревню и клан, столкнувшись с огромными переменами?»
Услышав это, Фугаку замолчал. Ему очень хотелось сказать, что он может отдать свои глаза детям. Но он вынужден был признать, что слова Кая имели смысл. Чужие глаза всегда остаются чужими, даже способности принадлежат другому, и при их использовании всегда будет много проблем. Взять хотя бы его самого — его глаза обладали невероятной силой, но поскольку они не были его собственными, в его контроле над этими способностями всегда оставались некоторые проблемы.
«Эх, я понял», — вздохнул Фугаку. — «Ты хочешь использовать мои собственные глаза, чтобы контролировать его с помощью гендзюцу?»
«Действительно, есть такая мысль, но это также зависит от тебя и твоих способностей», — Кай кивнул. — «Верно, у молодого поколения есть свой выбор, но для главы клана всё будет иначе. Разве что ты не хочешь, чтобы он нёс эту ответственность, но это было бы слишком эгоистично».
Фугаку закрыл глаза и, наконец, неохотно кивнул. Но когда он собирался что-то сказать, Учиха Микото вдруг вошла, ведя кого-то за собой.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/112673/4758502
Готово:
