В стране Дождя, в крайне скрытой пещере, истощенная фигура была зафиксирована в странном устройстве. Его тело было пронзено черными стержнями, а позади возвышалось похожее на деревянную статую чудовище высотой в несколько десятков метров. У этого человека были длинные рыжие волосы, но по какой-то причине они выглядели такими же безжизненными, как и он сам.
Он держал глаза закрытыми, словно размышляя о чем-то важном, пока в пещеру не вошел кто-то еще.
«Нагато», — мягко произнес вошедший. Это была женщина с длинными синими волосами.
«А, Конан», — хрипло отозвался Нагато.
Он открыл глаза, и в его глазницах появились странные фиолетовые глаза с концентрическими кругами. Риннеган — глаза, обладающие невероятной силой. Но также глаза, которые постоянно поглощали жизненную силу Нагато.
Нагато и сам не знал, почему обладает этими глазами. Но он твердо верил словам Джирайи о том, что обладатель этих глаз должен положить конец хаосу в мире шиноби. Он хотел принести миру мир, вечный мир! А не тот фальшивый мир, при котором маленькие страны страдают, как только крупные державы начинают войну!
Для Нагато мир, построенный на страданиях других, был лицемерным миром. Говорить о мире, но при этом строить свое счастье на чужих страданиях — разве это мир? И существует ли вообще мир между великими державами?
Третья мировая война шиноби закончилась совсем недавно, а Облако уже вступило в бой с Конохой. Самое главное, что местом их сражений фактически стала территория страны Горячих Источников! Облако стремилось продвинуться к границам страны Огня, но разве Коноха позволила бы им это сделать? Поэтому бои постоянно велись на территории страны Горячих Источников.
А страна Горячих Источников не могла отказать этим двум сверхдержавам и стала полем боя для них. Потери Облака и Конохи неизвестны, как неизвестны и потери среди мирного населения страны Горячих Источников. Но если такая война полностью разразится, это, несомненно, станет невообразимой катастрофой!
«Все еще думаешь о войне в стране Горячих Источников?» — Конан посмотрела на Нагато и вздохнула.
«Эти великие державы всегда остаются неустранимой угрозой», — голос Нагато звучал безразлично, но не был лишен эмоций.
Конан снова вздохнула: «Но мы ведь не можем их уничтожить, верно?»
«Конечно, нет. Но мы также не можем больше верить в такую глупость, как взаимопонимание между людьми», — Нагато поднял голову, глядя в направлении неба, хотя над ним была лишь каменная толща. Казалось, что эти камни не могли помешать его взгляду.
«Сейчас мы все еще собираем силы. Когда у нас будет достаточно сил и мы их продемонстрируем, мы сможем заставить их бояться, успокоиться и не осмеливаться так легко начинать войны!»
Собрать девять хвостатых зверей, объединить их в Десятихвостого, сделать их своей силой, силой, которая будет держать в страхе эти великие державы! Этот план был рассказан Нагато таинственным человеком, предположительно Учихой Мадарой.
Хотя Нагато совершенно не доверял этому человеку, возможно Учихе Мадаре, сам план полностью одобрил. Только обладая силой, недостижимой для других, можно устрашить всех и заставить их не действовать опрометчиво.
«У меня есть новость, невероятная новость, которую я хочу тебе сообщить», — Конан покачала головой.
Она понимала, что имеет в виду Нагато, но в глубине души не очень верила в этот план. Однако Нагато был единственным человеком, которому она могла доверять и на которого могла полагаться. Какой бы выбор ни сделал Нагато, она безоговорочно поддержала бы его, даже если бы им пришлось противостоять всему миру.
«Какая новость?» — Нагато отвел взгляд и с легким любопытством спросил.
«Война между Облаком и Конохой закончилась», — спокойно сказала Конан. «Ее прекратил один человек».
«Вот как?» — Нагато на мгновение замер, но затем вернулся к своему спокойному состоянию.
Окончание войны — это хорошо, а что касается того, что ее прекратил один человек? Нагато подумал, что, вероятно, было достигнуто какое-то соглашение. Войны между этими великими державами всегда велись ради так называемых интересов, при этом жизни других людей не принимались во внимание.
Наверное, одна из сторон либо действительно не хотела продолжать войну, либо уже не могла ее поддерживать, поэтому решила чем-то пожертвовать? Или, может быть, кто-то убедил обе стороны и прогнал эти две страны, подобные диким зверям, постоянно сеющим ненависть?
Хотя в словах Конан прозвучало «прекратил» эту войну, Нагато не думал, что это было прекращение в буквальном смысле. Обычно прекращение войны означало победу над обеими сторонами с помощью ужасающей, сокрушительной силы. Заставить их испытать мучительную боль, понести невыносимые потери и тем самым положить конец войне.
Но он не верил, что кто-то способен на такое, кроме него самого! Нагато, обладатель Риннегана, был горд, особенно после того, как убил Ханзо, прозванного полубогом — человека, которого он когда-то безмерно уважал, но который в итоге разочаровал его и даже вызвал ненависть.
Можно сказать, что в отношении силы он был чрезвычайно уверен в себе. Он считал, что обладание Риннеганом — это дар небес, что небеса хотят, чтобы он положил конец этому хаотичному миру. Он был представителем небес на земле, он был богом, ходящим среди людей!
Конан взглянула на Нагато и сразу поняла, о чем он думает. Они были настолько близки, что достаточно было одного взгляда, чтобы понять многое. Она безнадежно покачала головой и решила все-таки рассказать правду. Независимо от того, хотела ли она предупредить своего единственного близкого друга о том, насколько опасен этот таинственный Учиха, или просто дать ему понять правду о случившемся, она чувствовала, что должна сказать все как есть.
«Да, верно», — кивнула Конан. «Один человек разгромил Четвертого Райкаге и в одиночку сразился с джинчурики Восьмихвостого, нанеся ему тяжелые ранения».
«Вот как?» — услышав эти слова, Нагато сразу стал серьезным. «Похоже, этот парень весьма способный».
«Кроме того, джинчурики Восьмихвостого — совершенный джинчурики, он может полностью трансформироваться в Восьмихвостого», — спокойно продолжила Конан. «Ударная волна от их сражения практически уничтожила более восьми тысяч шиноби Облака в окрестностях их лагеря».
«Что?!» — услышав эти слова Конан, Нагато изменился в лице! Боевой отряд в восемь тысяч шиноби — что это значит? Можно сказать, что если бы эти восемь тысяч человек полностью вторглись в какую-нибудь страну, они, вероятно, могли бы мгновенно уничтожить ее!
В скрытых деревнях шиноби не так уж мало, но и не слишком много. Отряд в восемь тысяч человек уже можно считать огромным войском. И такой отряд был уничтожен ударной волной от сражения двух людей? Как такое возможно? Как кто-то мог достичь такого уровня?
«Действительно, их сражение полностью вышло за пределы человеческих возможностей», — хотя в глазах Конан тоже читалось некоторое недоверие, она сохраняла спокойствие. «Один из них был в полной форме Восьмихвостого, другой — гигант из чакры высотой более ста метров. Место их битвы полностью изменилось: горы раскололись, реки изменили течение, земля обрушилась. Они... словно настоящие боги!»
Нагато замолчал. Эта новость была действительно трудной для восприятия. Честно говоря, если речь шла об уничтожении врага, он, возможно, считал, что сам смог бы сделать все это. Но судя по описанию Конан, этот гигант из чакры высотой сто метров, эта ужасающая разрушительная сила — такое ему сейчас не под силу. По крайней мере, пока!
Глубоко вздохнув, Нагато спросил своим хриплым голосом: «С кем сражался джинчурики Восьмихвостого?»
«С одним из Учих», — тихо сказала Конан. «Судя по разведданным, похоже, это был тот самый...»
«Тот, кто нашел нас... Учиха Мадара».
«Господин Цучикаге, с передовой пришло донесение», — в кабинете Цучикаге в деревне Камня страны Земли АНБУ поспешно положил документ на стол Ооноки.
Ооноки кивнул, но не стал сразу читать отчет. Видя это, АНБУ тактично покинул кабинет, и в комнате снова воцарилась тишина.
Прошло некоторое время, прежде чем Ооноки закончил с документами, которые нужно было обработать. Он невольно помассировал свою ноющую поясницу. С возрастом появились различные недуги.
Честно говоря, Ооноки действительно хотел найти подходящего преемника, чтобы передать ему пост Цучикаге. Но, к сожалению, до сих пор он не нашел подходящего человека, что очень его беспокоило. Он даже подумывал о том, чтобы просто найти кого-нибудь молодого, талантливого и легко обучаемого, и воспитать его по образцу Каге.
«Дейдара неплох, но его характер...» — незаметно для себя Ооноки подумал об этом чрезвычайно талантливом мальчишке. У парня был отличный потенциал, да и мозги работали неплохо. Конечно, это «неплохо» касалось только боевого мышления и тому подобного. Его характер заставлял его мозг работать крайне полярно, иногда этот мальчишка ставил Ооноки в тупик.
Но в целом этот парень определенно стоил того, чтобы его обучать. Ооноки безнадежно вздохнул и невольно подумал о своем сыне. Кицучи изначально тоже был неплохим вариантом. Хотя его характер был слишком простодушным, но для Цучикаге это можно было постепенно отшлифовать. Ооноки считал, что даже если Кицучи потерпит неудачу и получит какой-то урок, ничего страшного, пока он сам рядом, многое можно исправить.
К сожалению, Кицучи был искалечен — его руку отрубил этот ублюдок Учиха Кай. Более того, его разум был травмирован гендзюцу, использованным этим ублюдком Учихой Каем. Можно сказать, что лучший вариант просто исчез, и этот лучший вариант был его собственным сыном! «Этот проклятый мальчишка, только попадись мне на глаза во время одиночной миссии, тогда...» — подумав об этом, Ооноки не смог сдержать злобную усмешку на своем еще не совсем старом лице.
Учиха Кай нанес Кицучи слишком большой урон, практически лишив его возможности продолжать карьеру шиноби! Кицучи не был похож на Четвертого Райкаге, у которого была невероятная психологическая устойчивость, и который даже потеряв руку, все еще мог проявлять невероятную боевую мощь.
Хотя, по мнению Ооноки, Четвертый Райкаге был просто сумасшедшим, да и вся семья Райкаге была безумцами. Но у этих безумцев было немало достоинств.
«Ладно, я еще не настолько стар», — вздохнул Ооноки. «К тому же, мой боевой стиль не зависит от физической формы, так что будем двигаться постепенно».
Встав, Ооноки слегка размял мышцы. Вскоре его внимание привлек документ, лежащий на столе. Кажется, этот документ принес кто-то из АНБУ, когда он был занят и не мог сразу его просмотреть.
Подумав об этом, Ооноки с любопытством взял документ. Первое, что бросилось в глаза, были слова «Ситуация в стране Горячих Источников».
Страна Горячих Источников? Война между этими безумцами из Облака и ублюдками из Конохи? Ооноки, будучи старым и хитрым лисом, сразу раскусил серию действий Облака. Но он не высказывал никаких комментариев, наблюдая за Четвертым Райкаге, словно за клоуном, который различными способами зарабатывал политические очки, улучшая свой политический имидж.
Он знал, что, вероятно, как только этот парень закончит все приготовления, он начнет демонстрировать свою силу и нападет на Коноху, чтобы нанести ей удар и получить больше выгоды. Но какое ему до этого дело? Потери в Третьей мировой войне шиноби были огромны, и деревня Камня до сих пор полностью не оправилась.
А этим ребятам из Облака действительно повезло — у них были минимальные потери, и они восстановились очень быстро. Сейчас они, вероятно, уже считаются фактически сильнейшей страной в мире шиноби? Раз так, то, естественно, они хотят получить еще больше прав и выгод. Например, растоптать Коноху, которая формально считается первой, и взобраться на вершину.
Ооноки презирал такой подход. Хотите драться — деритесь, только бы огонь войны не перекинулся на Камень! Если Облако победит, у них тоже будут немалые потери, и, возможно, Камень сможет воспользоваться ситуацией. А если проиграют, то и говорить нечего — они смогут с шумом предъявить им претензии и заодно отхватить часть миссий.
К тому же, у Ооноки не было никакой симпатии к Конохе. Старая вражда, оставленная Учихой Мадарой, и все, что Учиха Кай сделал с его сыном — он все это помнил!
«Как ни крути, все сводится к этим Учихам, чертовы ублюдки», — проворчал Ооноки, открывая отчет и внимательно его изучая.
Через мгновение его лицо изменилось, став мертвенно-бледным! Читая в отчете описание чакрового гиганта высотой в сто метров, видя впечатляющие результаты — тяжелое ранение Четвертого Райкаге, разгром Восьмихвостого — он словно что-то вспомнил.
В его сознании возник образ одинокой гордой фигуры. Фигуры, окруженной отчаяние вызывающей чакрой, чей один лишь взгляд лишал его воли к сопротивлению!
«Учиха Мадара... Учиха Мадара...»
«Невозможно... невозможно...»
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/112673/4758474
Готово:
