В списке, который Учиха Кай передал Имаи Кенте, на самом деле не было ничего особенного. Однако там были перечислены экспериментальные материалы, необходимые Орочимару, а также количество участников эксперимента. Никаких имен – ни участников, ни подопытных – не было указано. Даже заметки в отчете были напечатаны, так что документ не представлял никакой ценности для хранения. Можно сказать, что Орочимару действовал слишком решительно, настолько, что даже у Учихи Кая дернулся уголок рта. Будь это его лаборатория, он бы никогда не уничтожил ее подобным образом!
Но Орочимару сделал это, причем так легко и небрежно, словно эти вещи совершенно его не волновали. Впрочем, у него не было проблем с таким поступком, ведь его эксперименты были слишком ужасающими. Если бы информация об этих экспериментах просочилась наружу, вся система правления Третьего Хокаге оказалась бы под серьезной угрозой.
Учиха Кай вздохнул, понимая, что эта миссия почти закончилась безрезультатно. Не мог же он попросить кого-то из клана Яманака проверить его мозг? Не говоря уже о том, что Намикадзе Минато вряд ли одобрил бы такой поступок – их сотрудничество не должно выходить на поверхность.
Ладно, посмотрим, как поведет себя Орочимару, – подумал Кай. – В конце концов, эта операция была задумана лишь как катализатор, своего рода подготовка почвы для будущих событий.
Учиха Кай молча направился к выходу из леса. Вскоре он почувствовал присутствие Учихи Фугаку и других, но не придал этому особого значения.
Еще нужно посмотреть, признает ли Имаи Кента свою личность на этот раз. Клан Сенджу, надо же...
Для Учихи Кая клан Сенджу был почти легендой. Возможно, из-за того, что он появился в этом мире довольно поздно, он никогда не встречал ни одного человека с фамилией Сенджу. Даже Сенджу Цунаде – из-за огромной разницы в их статусе они никогда не пересекались в обычной жизни. К тому же, клан Сенджу по каким-то причинам – возможно, из-за войны или определенной политики – практически исчез из поля зрения людей.
Странно, почему этот парень совсем не похож на Сенджу Хашираму, а скорее напоминает Сенджу Тобираму? – размышлял Кай, направляясь к Учихе Фугаку и остальным.
Действительно, Имаи Кента совсем не был похож на Сенджу Хашираму. Хотя у него был впечатляющий запас чакры, отличные навыки тайдзюцу и ниндзюцу, его скорость, боевой стиль и характер были словно ослабленной версией Сенджу Тобирамы! Если бы этот парень овладел техникой Летящего Бога Грома, Учиха Кай не осмелился бы недооценивать его. Впрочем, и сейчас Кай относился к нему со всей серьезностью, просто уровень его уважения мог бы стать еще выше.
Как обстановка? – спросил Учиха Фугаку, когда Кай подошел к нему. – Я только что почувствовал мощный всплеск чакры. Ты сражался с Орочимару?
Нет, это Имаи Кента сражался с ним, – спокойно ответил Кай, а затем вздохнул. – Но этот тип оказался слишком решительным. Я действительно нашел доказательства, но он утопил всю лабораторию, вместе со мной.
Вот как? Он действительно очень осторожен, – вздохнул Учиха Фугаку, и было видно, что он немного разочарован.
Что касается состояния Учихи Кая, Фугаку не стал спрашивать об этом. Он верил, что с Каем не могло случиться ничего серьезного. В бою, который не достиг предельного уровня, Кай, вероятно, даже не использовал бы Мангекё Шаринган. А если бы использовал, то вряд ли позволил бы Орочимару так легко уйти.
Учиха Фугаку не знал истинных способностей Орочимару к выживанию, иначе он не думал бы так.
Но ничего страшного, его исследования были связаны с Первым Хокаге, – Кай презрительно усмехнулся. – Такие вещи невозможно делать без одобрения определенных лиц.
Исследования, связанные с Первым Хокаге? – Учиха Фугаку на мгновение растерялся, затем на его лице промелькнуло жестокое выражение, которое сменилось безумной радостью!
Что еще можно исследовать у Первого Хокаге, что требовало бы экспериментов на людях? Подумав, он пришел к единственному возможному ответу – Стихия Дерева, этот невероятно мощный кеккей генкай! С точки зрения Хокаге и высшего руководства Конохи, такие действия были вполне оправданны. В конце концов, слава Стихии Дерева до сих пор не давала им покоя. Возродить исчезнувший кеккей генкай – кто бы не захотел этого?
Это с точки зрения тех, кто у власти. Конечно, те, кто на самом деле руководил всем, вероятно, держались в стороне. Пусть подчиненные или ученики несут ответственность.
Кай вспомнил эпизод из воспоминаний Какаши, где Третий Хокаге показал ему планы исследований Сенджу Хаширамы. Он сказал Какаши, что остановил этот проект, и что его инициатором был Данзо. Это явно было попыткой переложить ответственность – разве Данзо осмелился бы выкопать тело Сенджу Хаширамы без его согласия?
Однако с точки зрения обладателей кеккей генкай это было вопиющим нарушением их прав! Сегодня исчезла Стихия Дерева, и вы выкапываете останки Первого Хокаге Конохи для исследования его клеток. Не значит ли это, что когда вам понадобится наш кеккей генкай, вы просто схватите нас?
Именно поэтому лицо Учихи Фугаку стало таким мрачным. Ведь когда-то Шаринган считался равным Стихии Дерева. Хотя это был Вечный Мангекё Шаринган Учихи Мадары, который находился в совершенно другой лиге по сравнению с обычным Шаринганом. Но все это принадлежало клану Учиха, они исследовали своих же соклановцев!
Однако, поразмыслив, Фугаку понял, что Третий Хокаге и высшее руководство Конохи перешли черту! Если вы можете исследовать останки Первого Хокаге, то в будущем у вас хватит наглости схватить наших людей. Так почему мы должны подчиняться вашему правлению и контролю?
Не делай такое лицо. Доказательства уже уничтожены. Ты что, хочешь, чтобы я пошел договариваться с кланом Яманака? – Кай взглянул на Учиху Фугаку, мгновенно поняв, о чем тот думает. – Ты хочешь, чтобы наши дела с Четвертым тоже всплыли?
Конечно, нет. Я не настолько глуп и недальновиден, – покачал головой Учиха Фугаку. – Если мы так поступим, информация о том, что у тебя есть Мангекё Шаринган, тоже станет известна. Это не соответствует нашим планам. Но Орочимару ведь не обязательно знает, что мы не можем просто так обратиться к клану Яманака, верно?
Может знает, а может и нет, – Кай искоса взглянул на Учиху Фугаку. Этот парень думал так же, как и он.
Хотя они не могли напрямую нанести удар по Третьему Хокаге и его окружению с помощью этого инцидента, но можно было найти способ оказать давление на Орочимару, заставив его сделать что-нибудь неблаговидное. Это нанесло бы немалый удар по группе Третьего, ведь Орочимару был самым любимым и близким учеником Третьего Хокаге!
В оригинальной истории, если бы Намикадзе Минато пережил инцидент с Девятихвостым, то когда дело Орочимару достигло бы своего пика, он, вероятно, смог бы отвоевать у Третьего еще больше ресурсов. А Третий Хокаге после смерти Четвертого тоже хорошо использовал этот инцидент.
Чтобы укрепить свою власть, до того как дело Орочимару полностью раскрылось, он мог сказать, что с болью в сердце отказался от Орочимару, демонстрируя всем свою беспристрастность и справедливость. Но при этом он также проявил сентиментальность, дав Орочимару достаточно времени, чтобы сбежать из Конохи.
Конечно, он, вероятно, опасался, что может произойти что-то непредвиденное. Если бы Орочимару действительно поймали, и его бывшие союзники по интересам решили бы судить его и извлечь что-то из его памяти, то и сам Третий мог бы оказаться в беде.
Сделав все эти жесты, Хокаге, который казался справедливым, беспристрастным и в то же время сентиментальным, вряд ли встретил бы сопротивление со стороны кланов. Однако несколько лет спустя, когда Данзо начал бесцеремонно требовать членов у кланов с кеккей генкай, а затем произошла резня клана Учиха, эти союзники по интересам наконец осознали, что их обманул лицемерный Третий Хокаге.
В итоге во время экзамена на чунина, когда Орочимару напал и вступил в единоборство с Хокаге, ни один из крупных кланов не пришел на помощь, что создало неловкую ситуацию.
Этим делом нужно заняться. Нужно найти время встретиться с Четвертым, – Кай покачал головой. – Думаю, его это заинтересует больше. Кстати, как продвигаются реформы в клане?
Насколько же ты не интересуешься делами клана? – вздохнул Учиха Фугаку. – После твоих реформ в полицейском отделе, похоже, шиноби в клане начали осознавать, что что-то меняется. Я также начал открывать территорию клана Учиха для свободного передвижения. Теперь все могут войти, позволяя нашим людям общаться с другими.
Отлично, замыкаться в рамках одной идентичности – это путь к узости мышления, – кивнул Кай. – Третий Хокаге и его люди создали политику идентичности, которая заперла всех, но сами они скрываются внутри и получают выгоду. Он гораздо умнее тебя, глава клана.
Поэтому он и стал Хокаге и управляет целой деревней, а я всего лишь глава одного клана, – Учиха Фугаку совершенно не обиделся на подколку Кая.
Если не можешь превзойти кого-то, нет ничего постыдного в том, чтобы признать это. Только признав свои недостатки, можно найти более четкое направление для улучшения, не так ли? А вот Учиха Кай действительно заставлял Фугаку обратить на себя внимание.
Такой молодой, а уже проник в суть стольких вещей. Учиха Фугаку действительно подозревал, что этот парень, возможно, был подвергнут воздействию какого-то запретного дзюцу, заменившего его душу, и в сущности был коварным и хитрым политиком. Но эти странные мысли он тут же отбросил.
Во-первых, существовало ли вообще такое дзюцу? К тому же, вся жизнь этого парня с детства до настоящего момента была совершенно обычной. Самое главное, у этого парня все еще сохранилась человечность, в отличие от опытных политиков, у которых она полностью отсутствовала! Для них высшей ценностью были только власть и выгода.
Учиха Кай и не подозревал, что его почти инстинктивные действия по сохранению человечности, обусловленные образованием из прошлой жизни, стали его лучшей защитой от подозрений. Он также не мог представить, что Учиха Фугаку, не считая его происхождения, почти угадал правду о нем.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/112673/4713025
Готово:
