В толпе раздался голос:
— Верно! Судя по таланту Е Фан, в будущем он станет непобедимым, и никто не сможет остановить весь мир ниндзя!
— Пройдет не три и не пять лет, и Е Фан встанет на вершину пирамиды в мире ниндзя. Это гордость нашей Конохи!
…
Все соглашались, думая, что будущее Е Фан безгранично, и впереди его ждут невероятные достижения, даже превзойдут первоначального Хокаге Сенджу.
Никто в этом не сомневался.
Хоть они и немного боялись Е Фан, это не мешало им признавать его талант.
…
Сквозь шум Цунаде Джи вошла в огромную яму и бросила взгляд на маленького толстяка.
Толстяк встретился с ее взглядом, уголки его губ невольно несколько раз подернулись, и в его сердце закралось необъяснимое чувство страха, ощущение, которого он не испытывал уже много лет.
— Что еще эта женщина собирается делать, потомки Шести Путей, неужели они настолько страшны, какая цель у создания мира без войн?
Толстяк глубоко вдохнул и про себя возмутился.
Сила Цунаде Джи поразила его. Он никогда не думал, что женщина может обладать такой могущественной силой.
Если бы он не успел защититься чакрой в последний момент, то сейчас бы он был либо парализован, либо мертв.
Самое главное, что он даже не смел сопротивляться, и это было самое унизительное.
— Перестаньте бить, не бейте, я был не прав, сестренка, не бейте...
Лицо толстяка тряслось, он умолял о пощаде. Раз уж он не мог дать отпор и не мог сбежать, оставался только один выход — умолять о пощаде.
— О? Теперь ты знаешь, что я сестра? А почему не прабабушка? — Цунаде Джи бросила на него косой взгляд.
— Вы моя прабабушка, а я ваш внук. — Толстяк был в ужасе.
Цунаде Джи, услышав эти слова, на ее хмуром лице появилась улыбка, раз уж перед ней есть ступеньки, то просто нужно спуститься.
Иначе ей придется найти причину, чтобы держать толстяка в деревне для наблюдения, и при этом не дать ему узнать правду.
— Ладно, хватит, не называй меня бабушкой. — Цунаде Джи спросила: — Тебя зовут Сенджу И, верно? Из какого ты поколения, мы не должны путать поколения.
Толстяк подумал секунду и сам выбрал себе поколение ниже ее.
Цунаде Джи не стала задавать больше вопросов, она боялась, что толстяк запутается, если будет расспрашивать слишком много.
По информации улитки, она уже давно знала, что толстяк не из рода Сенджу.
— Наруто, пойди и отведи его в больницу.
Цунаде махнула рукой в сторону здания Хокаге, и Наруто тут же подбежал и отвёл толстяка в больницу.
Хоть больница и была в беспорядке, коридоры были усеяны большими дырами, но, к счастью, это не мешало ей функционировать.
По пути в больницу они проходили мимо палаты Саске, и Сакура тоже была помещена врачом в эту палату.
Сакура увидела, как Наруто проходит мимо, в ее глазах загорелся золотой свет, она увидела надежду, и, стиснув зубы от боли, закричала:
— Наруто!
Наруто услышал знакомый голос и тут же повернулся.
— Сакура! Что с тобой? Как ты могла получить такую серьезную травму?!
Увидев эту сцену, Наруто тут же ворвался в палату, швырнул толстяка на пол и не обращал на него внимания.
Толстяк посмотрел на спину Наруто, уголки его губ дернулись, и в душе он поблагодарил своих предков в восемнадцатом поколении.
Сакура, видя нервное состояние Наруто, поняла, что он действительно заботится о ней.
— Наруто, меня избил Е Фан, мои кости почти сломаны.
Когда Сакура увидела Наруто, ее слезы не могли остановиться.
Прежде чем Наруто успел что-то сказать, Девятихвостый в его теле поспешно обратился к Наруто:
— Ты только не задирай Е Фан, слушайся, мы не можем себе этого позволить.
Девятихвостый когтистым лапами сжал ограждение, которое его ограждало, ногти глубоко вонзились в него, дрожа.
Глава 123 Изменение Девятихвостого
— Хм? — Наруто немного удивился, что Девятихвостый редко сам проявлял инициативу к разговору.
В этот раз он не только сам заговорил, но и в его тоне сквозила боязнь, как будто Е Фан был самым страшным человеком в мире.
— Курама, что с тобой?
Сознание Наруто погрузилось в духовный мир, он посмотрел на дрожащего Девятихвостого, в его глазах было полно страха, и он спросил.
…
Девятихвостый не ожидал, что Наруто тут же войдет в духовный мир, он поспешно успокоил себя, прикрыл царапины когтями и сделал вид, что ни о чем не думает.
Шутка ли, когда он только что увидел ту свою физиономию, куда ему было деваться от стыда.
— Что случилось?
Девятихвостый резко изменил характер, все его тело излучало ужасную красную чакру, чакра была полна ненависти, так что людям не позволялось смотреть прямо на нее.
— А? Ты только что… — Наруто немного нахмурился, только что он видел лису, дрожащую от страха и окутанную страхом, почему так резко изменился?
Девятихвостый нахмурился, его зрачки излучали ужасную мощь, и он жестоко произнес:
— Наруто, ты еще не проснулся, у тебя галлюцинации, что случилось с дядей только что?
Девятихвостый пытался сделать свою ауру более пугающей, чтобы Наруто не заметил.
Наруто почесал подбородок и прошептал: — А, я действительно ошибся? Должно быть, ошибся, как же Курама мог выразить такое выражение страха.
Услышав его тихий голос, Девятихвостый вздохнул с облегчением.
Он — олицетворение зла и ненависти, как могут люди видеть его боязливую сторону.
— Наруто, почему ты вдруг пришел к этому дяде? — Девятихвостый грозно спросил.
Если бы другие люди увидели внешний вид Девятихвостого, они бы упали в обморок от страха, но Наруто был спокоен, его сердце было словно вода, и никакие волнения его не могли поколебать.
Он к этому привык.
Девятихвостый жил в его теле уже более десяти лет, и до того, как Е Фан вернулся в деревню Коноха, он редко проявлял инициативу к общению.
— Курама, разве ты сам не заговорил со мной? Конечно, я хочу войти. Хотя мы не друзья, но все же нужно проявлять уважение. Я разговариваю с тобой снаружи, как это невежливо. Мы все равны.
Наруто посмотрел невинно и наивно.
Уважение… Равенство… Голос Наруто эхом отдавался в голове Девятихвостого, словно задел что-то глубоко скрытое в его душе, заставив его вздрогнуть.
Вскоре он потряс головой, снова вернулся к своему грозному виду и с пренебрежением сказал: — Кто с тобой равен, этот дядя намного благороднее, чем ты.
Наруто закатил глаза и сказал: — Курама, ты хочешь мне что-то сказать? Если да, то говори быстрее. Мне нужно посмотреть травму Сакуры.
Услышав слово Сакура, Девятихвостый сразу вспомнил, что она сказала, немного подумал и строго сказал:
— Наруто, ты с Е Фан — хорошие друзья и братья. У него есть свои причины делать что-либо. Если нет причин, он не станет стрелять просто так.
Ты должен прояснить все с ним, не кричи на него. Вы — братья, не нарушайте мир.
Хм? Наруто был очень удивлен, когда услышал это. Когда же Курама стал так заботиться о братских отношениях между ним и Е Фан?
Раньше он ведь больше всего ненавидел друзей, братьев, компаньонов?
Что же произошло, тайком сменил пол?
Наруто странно посмотрел на Девятихвостого, пытаясь понять, что не так.
— Чего ты пялишься?! — Девятихвостый сердито посмотрел на Наруто, он не был матерью, и на его лице не было цветка, чего было смотреть.
— Нет… — Наруто улыбнулся: — Я просто думаю, что ты немного отличаешься от прежнего.
Потом добавил: — Если больше ничего нет, я пойду.
— Помнишь, что я сказал, ты с Е Фан — хорошие братья, не кричи и не убивай, ты должен сначала найти причину произошедшего.
Наруто любит Сакуру. Девятихвостый знал это. Он беспокоился, что Наруто, услышав просьбу Сакуры, побежит искать Е Фан, чтобы сразиться с ним, поэтому он снова подчеркнул это.
— Понял, даже если бы ты мне об этом и не сказал, я бы все равно не стал драться с братом Е Фан, он мой брат!
Тон Наруто был очень решительным. С самого детства он считал Е Фан членом своей семьи, своим старшим братом.
— Прощай, Курама.
— Помни мои слова!
…
— Наруто? Наруто?
Сакура видела, что его глаза застыли, она не отвечала, продолжала звать.
— А… Сакура, я просто отвлекся. — Наруто почесал затылок и немного смутился.
Саске, находящийся рядом, увидел его таким, холодно фыркнул и с большим пренебрежением усмехнулся:
— Вот как, все осталось по-прежнему. Хвост крана — хвост крана, он никогда не изменится.
— Саске! — Наруто крикнул, он тоже немного разозлился, услышав это.
— Хмф. — Саске прислонился к стене и сверху вниз посмотрел на Наруто, в его глазах сквозило пренебрежение.
Наруто посмотрел на его глаза, разозлился, тяжело дышал, крикнул: — Саске, когда ты поправишься, я брошу тебе вызов!
— Что? — Саске был ошеломлен на мгновение, а затем, прикрыв живот, громко рассмеялся: — Ты — хвост крана, и ты все еще хочешь бросить мне вызов? Почему бы тебе не…
Наруто посмотрел на Саске, сжал кулаки и ударил по стене, кровь капала с пальцев.
— Просто скажи, ты смеешь принять мой вызов?!
Саске никак не мог остановиться, издеваясь: — Боюсь, что я просто убью тебя!
— Ну, я подойду к тебе, когда тебя выпишут из больницы. Что касается места, то давайте назначим встречу на крыше больницы.
Наруто снова посмотрел на маленькую тень и сказал: — Я спрошу его об избиении тебя Е Фан, не волнуйся.
Как только слова прозвучали, Наруто развернулся и ушел из палаты, вместе с лежащим на полу толстяком вошел в другую палату.
Сакура смотрела на его удаляющуюся спину, и все равно не произнесла ни слова.
Наруто не может отомстить за нее, и даже если он захочет, он не сможет победить Е Фан. Она просто хочет, чтобы Наруто сказал Е Фан, чтобы тот не бил ее больше, слишком больно...
Саске все еще прислонился к стене, на его лице играла уверенная улыбка. Он не мог победить Е Фан, но о брате Е Фан — легко.
У меня есть шаринган, у меня есть техника огненного шара, у меня есть техника тысячи птиц, у меня есть мозги, а что у хвоста крана Наруто? Есть только чувство тупости, не боящейся смерти?
Чем больше Саске об этом думал, тем он был счастливее, с большим нетерпением ожидая этого дня.
…
Цунаде Джи вернулась в комнату Хокаге.
В данный момент в комнате Хокаге остались только Джирайя, Е Фан, Гаара и она.
Она и Джирайя переглянулись, зная мысли Джирайи, они были очень рады, что доверить дела толстяка Е Фан.
Кивнув Джирайе в ответ, взгляд Цунаде Джи упал на Гаару.
Песчаная деревня и Орочимару вторглись в Коноху, Цунаде Джи требует от Песчаной деревни платы!
…
Дорогие читатели, пожалуйста, купите меня! Заранее спасибо! !
Глава 124 Решение Гаары
В комнате Хокаге повисла тишина, словно голос исчез, и никто не говорил.
Цунаде Джи пустым взглядом смотрела на Гаару, тишина была лучше звука, и смысл был совершенно ясен.
Гаара потер только что заживший ребер, молча проглотил, чувствуя себя немного неловко.
Он естественно понимал, что имела в виду Цунаде Джи.
Если бы это было в прошлом, то даже перед одним из легендарных Трех Ниндзя не нужно было бы так стесняться.
Однако сейчас ситуация иная, и появление Е Фан серьезно нарушило баланс сил.
Насколько силен Е Фан, он лично убедился.
http://tl.rulate.ru/book/112155/4351488
Готово:
