Каждую ночь в шесть часов вечера меня клонит в сон, и, сыграв пару песен, я могу спокойно заснуть...
...В моей памяти, в глубине сердца, всегда хранятся теплые, трогательные картины. Когда глаза полны тоски по оружию, а вокруг кровь, я никогда не забываю эти образы. Я держу их глубоко в душе.
Он раздвинул занавеску, но попал в другой мир. Симон стоял в дверях, глядя на вкусные блюда на столе и на двух девушек, которые смотрели на него. Уголки его губ невольно поползли вверх, растягиваясь в широкой улыбке, подобной волне, расходящейся по озеру.
Симон почувствовал усталость. Возвращение домой временно сняло с него тяжелый груз. Только сейчас он ощутил, как сильно устал.
— Большой мерзавец, чего ты там стоишь, приходи, садись. — В монотонной, грубой комнате прозвучал радостный голос Лилит, который не слышали так долго. Она радостно смотрела на Симона, стоявшего у двери в задумчивости. Люди из революционной армии или пираты из Нового Света наверняка сильно бы удивились, увидев ее такой. Когда еще эта девочка-зомби показывала столько эмоций?
Лилиу встала со стула и с мягкой улыбкой посмотрела на Симона. Как обычно, она ждала, пока он сядет, чтобы сесть самой.
Время меняло все. Три года изменили людей и их характеры, внешность, но некоторые вещи остались прежними.
Я пережил столкновения мечей, видел отчаяние в глазах, слышал предсмертные крики, даже мои руки были в крови. Все это ради возможности снова сидеть за одним столом с любимым человеком, просто покушать.
Как будто делая что-то привычное, Симон медленно подошел к столу. Даже если эмоции бушевали, он вел себя естественно.
Под взглядом Лилиу Симон сел, молча глядя на них. На столе стояли три блюда и суп. Мяса не было, но аромат был сильным, возбуждающим аппетит.
— Давно не виделись. — Симон слегка поднял голову, близнецы сидели напротив него.
Глаза Лилит увлажнились. Она быстро опустила голову, словно не желая, чтобы Симон заметил сдерживаемые слезы.
На самом деле, в глубине души она была зла на него. Она даже ненавидела его за то, что он ушел один. Поэтому они с Лилиу отчаянно тренировались, чтобы быть ему полезными.
После двух лет тренировок на Оазисе она получила новости о том, что Симона разыскивает флот. Решение оставить флот было неизбежно. После ухода она отправилась в море вместе с Лилиу, чтобы найти его, и они пережили немало опасностей. Даже погибла Кьянлба. Каждый раз, когда Лилит думала об этом, ее ненависть усиливалась. Но когда пришла весть о его смерти, ненависть, готовая взорваться, вдруг исчезла, сменившись невыносимой тоской.
Взлеты и падения эмоций, сменившиеся радостью при виде Симона.
Близнецы обладают телепатией. Лилиу почувствовала радость сестры и искренне улыбнулась. Сев, она не удержалась и произнесла: — Ешь.
Много лет назад часто именно после ее слов все начинали есть.
Симон застыл на мгновение, затем понимающе улыбнулся, взял палочки и начал есть.
Как будто вернувшись в прошлое, на столе слышались только звуки пережевывания.
Симон не чувствовал голода, но не мог удержаться от того, чтобы не попробовать знакомый вкус. Он очень наслаждался этим чувством. Как всегда, большая часть еды на столе оказалась в его желудке.
Менее чем за десять минут все тарелки опустели. Лилиу с улыбкой встала и убрала пустую посуду, а Лилит сидела молча, уставившись на Симона.
Чувствуя на себе взгляд Лилит, Симон смутился и горько усмехнулся: — Чего ты на меня так смотришь?
Лилит слегка покачала головой, ничего не сказав, но глаза ее сияли восхищением, она смотрела на него с любовью.
Горькая улыбка на лице Симона постепенно исчезла, его прямое восхищение его смущало. Он невольно отвернулся, не решаясь снова смотреть на Лилит.
Видя, как Симон уклоняется, Лилит надула губы и нахмурилась.
В этот момент Лилиу, убравшая посуду, подошла с тремя чашками горячего чая. Она странно посмотрела на нахмурившуюся Лилит, поставила чай на стол и села.
Чай после еды – привычка, которая никогда не менялась.
Чай был очень горячим. Симон не знал, что сказать, поэтому он просто держал чашку, дуя на нее, чтобы рассеять поднимающийся пар.
Лилиу посмотрела на Симона, на ее очаровательном лице мелькнуло сомнение. Она хотела спросить, присоединился ли он к революционной армии ради них, но ей было трудно это произнести.
— Что случилось? — Симон сделал глоток чая и, подняв глаза, заметил ее нерешительность.
Лилиу закусила губу, решилась не медлить и спросила прямо: — Почему сэр Симон присоединился к революционной армии?
Симон был ошеломлён, медленно опустил чашку. В этот момент Лилит тоже посмотрела на него. Встречаясь взглядами с ними, он спокойно сказал: — Моя цель совпадает с целями революционной армии. Это и есть причина моей связи с ними.
Лилиу облегченно вздохнула и улыбнулась: — Мы с Лилит теперь кадры революционной армии.
Упомянув революционную армию, сердитая Лилит сжала кулаки и с энтузиазмом произнесла: — Дядя Лонг сказал, что моя сила среди кадров входит в топ-50, потрясающе!
Симон рассмеялся, кивнул и сказал: — Вы действительно стали сильнее.
Лилит радостно улыбнулась и сказала: — Тогда я могу вам помочь?
Улыбка на лице Симона вдруг пропала. Он был в недоумении, глядя на их обрадованные лица.
Они ради меня... но именно поэтому нельзя подвергать вас опасности.
Через какое-то время он с серьезным выражением произнес: — Недостаточно. Вы действительно стали сильнее, но этого все же недостаточно. В Новом Свете много пиратов, которые сильнее вас. Вы можете встретить таких пиратов на любом острове.
Лилит недовольно фыркнула: — Я победила всех пиратов с наградой в 200 миллионов, а моя сестра может захватить целый остров.
— Всего 200 миллионов... — Симон равнодушно сказал: — В Новом Свете таких полно.
Лилит с досады ударила по столу: — Большой мерзавец, что ты имеешь в виду?
Лилиу ничего не сказала, но ее лицо было полно недовольства. Ради чего они так старались? Разве не ради него...
В ту ночь, слушая, как Симон рассказывает о прошлом, они твердо решили ему помочь. Но как бы они ни старались, он легко отклонял их предложения.
Симон вздохнул: — Я не имею в виду ничего плохого, но Новый мир такой большой, что вы даже не представляете себе. Вы не сможете мне помочь. — Через какое-то время он словно понял, что этого недостаточно, чтобы отбить у сестер желание помогать, и скрипнул зубами, сказал: — Если вы все-таки решите мне помочь, это может стать для меня обузой.
…
На следующий день Симон провел ночь на острове Черной Земли. Ночью он спал беспокойно. Он лежал в постели всю ночь, его мысли были заняты подавленными близнецами. Снова ранить тех, кто к нему добр, пожалуй, это самое неприятное.
Он продолжал твердить себе, что это ради их же блага, но Симон все равно чувствовал себя неуютно.
Утром, когда туман окутал воздух, Симон поспешно умылся и начал бессмысленно бродить.
Небольшие черные дома были расположены в порядке, группа сонных детей стояла перед домами, чистила зубы в ряд, словно у них была небольшая дисциплина.
Симон слегка покачал головой, думая, что это будущая новая кровь революционной армии, было бы слишком нехарактерно.
— Хмф. — Когда он думал об этом, сзади раздался знакомый фыркающий звук. Симон обернулся и увидел девушку в красной одежде, стоящую позади него. Это была не та девушка, которая перекрыла ему дорогу вчера.
Сабо представил Симону всех кадров, но он запомнил эту девушку по имени Фиона.
— Это ты. — Симон повернулся и удивленно сказал.
Фиона холодно посмотрела на него, ничего не сказав, отвернулась и показала ему спину. Она подняла голову и пошла прочь.
Симон молча смотрел на ее удаляющуюся фигуру. Он чувствовал, что его хорошее настроение, наконец-то возникшее, разрушилось в мгновение ока.
http://tl.rulate.ru/book/110978/4357738
Готово:
