Глава 251.
Голос Айзена, как всегда, звучал с непревзойдённой мягкостью и теплотой, словно лёгкий весенний ветерок, который, коснувшись лица, приносит с собой негу и умиротворение, заставляя почувствовать к нему невольное расположение.
Киёши, заметив Айзена, сначала напрягся, но затем быстро расслабился и, встав, приветствовал его: «Айзен-тайчо, прошу прощения, у меня было слишком много работы. Я планировал сразу же прийти к вам, как только закончу»
Айзен лишь улыбнулся и мягко ответил: «Ничего страшного, Киёши. Позволь мне так тебя называть. Отряд Кидо под управлением Ёшиды Томуи был далеко не идеален, так что у тебя, наверняка, много дел. В этот момент мне самому должно быть стыдно, что я беспокою тебя»
С этими словами Айзен слегка поклонился, его глаза, полные искреннего раскаяния, сделали этот жест предельно правдоподобным.
Если бы Киёши не знал истинной сущности Айзена, он бы, наверное, почувствовал к нему ещё большее уважение и симпатию. Но, к сожалению для Айзена, Киёши знал о его истинной натуре даже больше, чем сам Айзен в этот момент, и потому был не восприимчив к подобным манипуляциям.
Тем не менее, чтобы выглядеть естественно, Асано Киёши сделал всё возможное, чтобы проявить дружелюбие и симпатию: «О нет, Айзен-тайчо, вы слишком скромны. Как капитан Кидо отряда, я ваш подчинённый, и это моя обязанность помогать вам в выполнении задач. Нет никакой причины говорить о каких-то неудобствах. Конечно, вы можете называть меня так, если не сочтёте моё имя слишком сложным»
Увидев, как лицо Асано Киёши выражает дружелюбие, глаза Айзена, скрытые за лёгкими завитками каштановых волос, блеснули непонятным светом.
«Хотя его слова и поведение кажутся дружелюбными, тело всё ещё сохраняет дистанцию. Это черта его характера — быть осторожным? Но, судя по его поведению с другими, Асано Киёши не выглядит человеком с чрезмерным недоверием. Почему же тогда он так насторожен по отношению ко мне?»
Эта мысль вызвала у Айзена лёгкий холодок, но он тут же его подавил.
«Интересный молодой человек. Будет любопытно посмотреть на наш будущий поединок»
После короткой, но вежливой беседы, Айзен обратился к Асано Киёши: «Киёши, ты уже почти закончил свою работу? Нам нужно как можно скорее отправиться в дом семьи Касумиоджи. Эти доказательства могут быть уничтожены в результате "случайного" происшествия. Постоянно полагаться на капитана Сой Фонг для их охраны не является долгосрочным решением»
Киёши кивнул в ответ на слова Айзена, затем обернулся к Нелл, которая всё ещё была занята работой: «Нелл, оставь пока все бумаги. Нам нужно срочно отправиться в дом Касумиоджи, ситуация там более неотложная»
Нелл кивнула и начала собирать документы, чтобы продолжить работу дома.
Киёши с нежностью взглянул на неё, но не стал мешать. Она была самостоятельной личностью, и он уважал её решения.
Затем Киёши снова обратился к Айзену: «Капитан Айзен, перед тем как мы отправимся в дом Касумиоджи, я хотел бы сначала заглянуть в одно место. Это по пути и не займёт много времени. Я пообещал одному человеку, что когда смогу, заберу его оттуда»
Услышав это, Айзен слегка поправил свои очки и, улыбнувшись, сказал: «Ты направляешься в Башню Раскаяния, да? Тогда нам лучше поторопиться. Если капитан Сой Фонг начнёт нервничать, ситуация может стать крайне неприятной».
Слова Айзена на мгновение заставили Асано Киёши замереть, но затем он тоже улыбнулся и ответил: «Да... это действительно может быть неприятно».
…
Они двигались быстро, и если бы не желание Асано Киёши скрыть свою истинную силу, они могли бы двигаться на уровне капитанской скорости всё время. Однако Киёши предпочитал сохранять своё истинное могущество в тайне, поэтому он придерживался уровня скорости, соответствующего сильному лейтенанту — ни слишком медленно, ни слишком быстро.
Звук рассечения воздуха сопровождал их полёт над Сейрейтеем, и вскоре они достигли Башни Раскаяния, величественного строения с длинной лестницей, ведущей к вершине.
Глядя на длинные ступени, Айзен не мог не высказать своё восхищение: «Лестница Башни Раскаяния всегда производит огромное впечатление. Эта архитектурная структура идеально отражает контраст между ничтожностью и величием, символизируя совершенство власти. Как ты думаешь, Киёши?»
Киёши лишь улыбнулся в ответ: «У меня нет таких глубоких мыслей, капитан Айзен. По моему мнению, такие неудобные вещи давно стоило бы "разрушить", не так ли?»
Айзен, услышав эти слова, с лёгкой усмешкой посмотрел на Асано Киёши и одобрительно кивнул.
Под лунным светом тени обоих отражались на бледных, словно покрытых инеем, ступенях длинной лестницы. Их тени переплетались, и на фоне холодного серебра лунного света они сливались в одно целое.
Когда они достигли тюремных камер Башни Раскаяния, их появление, обозначенное белым капитанским хаори и сине-фиолетовой мантией капитана Кидо отряда, вызвало волнение среди заключённых. Те, кто находился за решётками, смотрели на них, а Киёши и Айзен, в свою очередь, взглянули на тех, кто был внутри.
На мгновение границы между заключёнными и свободными людьми казались размытыми. Бесшумный обмен взглядами через решётки ставил под вопрос, кто действительно был пленником, а кто — свободным.
Тихий шёпот заключённых прорезал тишину, звуча особенно резко на фоне общего безмолвия:
«Эй, если я не ошибаюсь, это капитанское хаори? Почему такой важный человек оказался в нашем забытом всеми месте? Неужели... не может быть, что капитана тоже заперли здесь?»
«Тьфу, дурак, такое невозможно! Не видишь, что у них нет цепей? Наверное, они здесь по делам. Да и что нам с того? Мы всё равно здесь обречены на смерть!»
«А этот в пурпурной мантии... кажется, я его где-то видел...»
«Тот человек... это... Асано Киёши?!»
Когда кто-то из заключённых узнал Асано Киёши, среди них начался взрыв удивления и паники. Даже те, кто уже успел лечь спать, вскочили с коек и подбежали к решёткам, с недоверием и изумлением глядя на Асано Киёши.
В ушах некоторых всё ещё звучал голос того юного шинигами: «Меня зовут Асано Киёши, я шинигами».
http://tl.rulate.ru/book/110637/4595647
Готово:
