Глава 233.
Когда повсюду расставлены невидимые глаза, как изменится ваша жизнь?
Возможно, вы почувствуете некоторое неудобство или стеснение, но, без сомнения, ваша жизнь и базовая безопасность будут на высшем уровне. Снижение уровня преступности неизбежно будет следствием повсеместного распространения наблюдения!
Преступники, кроме грабителей и бандитов, смогут безнаказанно вредить другим в общественных местах лишь будучи высокопоставленными аристократами. Установка камер наблюдения по всему Сейрейтей и даже на улицах Руконгая несомненно ограничит их бесчеловечные поступки. Это станет невыносимым для тех, кто привык угнетать простолюдинов.
Однако сейчас Асано Киёши, перед лицом всех, высказал слова, которые наверняка оскорбят многих. Лица аристократов исказились от негодования.
Хотя всеобщее наблюдение может быть печальным для аристократов, для законопослушных граждан это значительное реформирование. Если общественные зоны будут охвачены наблюдением, даже аристократы и преступники станут сдержаннее, и безопасность граждан повысится.
Таким образом, призывы к установке камер становились все громче, волна за волной почти сметая Холм Сокьёку. Главный судья, слушая восторженные крики снизу, чувствовал внутреннее недовольство, но его лицо оставалось спокойным. Он тихо спросил у Куротсучи Маюри: «Капитан Куротсучи, слова Асано Киёши соответствуют действительности?»
Другими словами, он спрашивал, не изменил ли Асано Киёши каким-то образом данные духовного изображения, чтобы представить их в выгодном свете. Но этот вопрос затронул чувствительную точку Куротсучи Маюри. Его лицо потемнело, он посмотрел на массивного главного судью и с явным сарказмом произнёс: «Если твой мозг только и занят, что пропитанием твоего толстого тела, то я понимаю твои слова. Ведь для такого, кто не знает, что такое разум, понять значение наблюдения — задача сложная».
Закончив, Куротсучи слегка усмехнулся, обнажая свои золотые зубы.
Видя язвительную усмешку Куротсучи Маюри, главный судья почувствовал, как его лицо начинает терять самообладание. Хотя он давно знал, что этот человек сумасшедший, он надеялся, что тот, как капитан, не станет устраивать сцену перед всеми. Однако он серьезно недооценил степень безумия Куротсучи. Этот человек не просто разругался с ним, он буквально растерзал его достоинство и плюнул на него.
Даже его искусство самоконтроля оказалось на грани. Глядя на ситуацию, которую Асано Киёши так ловко перевернул, он решил сменить тему, чтобы справиться с кризисом.
Но Асано Киёши не из тех, кто просто обороняется. После необоснованной атаки главного судьи, он уже был готов нанести ответный удар, возможно, даже свергнуть этого противного человека с его поста. И способ был довольно прост. Часто, когда вы готовите оружие для нападения на других, следует помнить, что это же оружие может стать причиной вашего собственного падения.
Сейчас, глядя на неожиданные улики, Асано Киёши пристально смотрел на главного судью, его голос стал холодным. Он публично спросил судью: «Главный судья, не знаю, устраивает ли вас моё объяснение? А слова капитана Куротсучи развеяли ли ваши сомнения?»
Хотя главный судья был раздражён, он мог лишь слегка кивнуть. Ведь если бы он продолжил упрямиться, то выставил бы себя на посмешище.
Увидев этот кивок, Киёши вдруг широко улыбнулся. Эта улыбка была яркой, но в глазах главного судьи она стала отсчётом до конца его политической карьеры. Глядя на эту улыбку, он почувствовал холод по всему телу.
Как и ожидалось, в ответ на атаку главного судьи, Киёши дал самый сокрушительный удар: «Если главный судья согласен с моим объяснением, то у меня есть ещё один вопрос. Вы сказали, что получили это фото через частные каналы. Хотелось бы узнать, откуда поступила эта информация? Или же, как этот поддельный документ оказался у вас?»
Вопрос Киёши был настолько острым, что словно ножом разрезал все тёмные покровы, выставляя на всеобщее обозрение скрытые мрачные тайны. Такие темы как правило не обсуждаются открыто.
На безумно прямой вопрос Асано Киёши главный судья инстинктивно ответил: «Эти сведения касаются безопасности всего Сейрейтей. В интересах общей безопасности я не могу ответить на этот вопрос. Конечно, я могу предоставить вам официально распечатанный документ с подробным объяснением позднее».
На это Киёши лишь слегка покачал головой и обратился к судье: «Судя по одежде людей на фотографии, это было примерно осенью, а записи с камер наблюдения в управляемых деревнях были сделаны ещё летом. С этого угла на видеозаписи, если ничего не изменилось, можно найти оригинальную сцену».
Он сделал паузу, глядя на судью, чей цвет лица становился всё более бледным, затем, слегка покашляв, продолжил: «Вы говорите, что это касается вопросов безопасности, и вы не можете сделать всё полностью прозрачным для общественности. Это я могу понять, ведь нужно защищать безопасность следователей. Однако, если в этих данных есть такие серьёзные ошибки, можно предположить, что в таких важных вопросах, как этот, могут появляться ложные сведения. В повседневной жизни таких ложных сведений, вероятно, ещё больше. И вы используете эти ложные сведения для вынесения судебных решений. Сколько дел было ошибочно рассмотрено из-за этого? А, господин судья?»
Слова Асано Киёши, подобно самым острым шипам, разорвали в клочья публичный образ и социальное положение главного судьи, всё это просто лопнуло, как мыльный пузырь...
http://tl.rulate.ru/book/110637/4555838
Готово:
