Том 1. 126. Странности Линь Фэн (часть 1)
— Сегодня Сяофан не вернется домой? — Едва они добрались до середины горы, верхом на свинье, Шэнь Тан чувствовала, как палящее солнце бьет ей в лицо. Она ловко перевернулась на спину свиньи, чтобы ехать задом наперед, и ее взгляд случайно упал на Чжай Лэ. Она вдруг нашла тему для разговора и, подшучивая, скрестила ноги:
— Я думала, что старший брат Сяофана установит тебе какие-нибудь ограничения.
Чжай Лэ был и удивлен, и смущен.
— Ограничения? Почему ограничения?
Ци Шань, услышав их разговор, повернулся и увидел, как Шэнь Тан сидит в странной позе — задом наперед на свинье, еще и скрестив ноги. Он боялся, что черная свинья внезапно дернется и ее сбросит. Он тихо сказал:
— Что за поза у тебя? Юйли, сядь нормально!
Шэнь Тан посмотрела на него, улыбаясь и хвастаясь.
— Я всегда сижу отлично. Хе-хе, круто, да?
Даже она сама восхищалась своим чувством равновесия.
Ци Шань: «...»
Шэнь Тан несколькими словами поставила Ци Шаня в тупик. В ее глазах читалось торжество от «победы», и она продолжила болтать с Чжай Лэ:
— Конечно, потому что ты еще маленький.
Какой старший брат спокойно отпустит своего младшего брата ночевать вне дома, особенно в логове бандитов в горах, где ни души, ни птицы, а по ночам воют волки. Если бы это была Шэнь Тан, она бы точно не разрешила.
Чжай Лэ был ошеломлен, а Ци Шань рассмеялся.
Ребенок лет одиннадцати-двенадцати, с серьезным видом, говорит подростку, который уже считается взрослым, «ты еще маленький» — это действительно смешно.
Чжай Лэ надул губы:
— Шэнь, я уже не маленький.
— Ты говоришь, что ты уже не маленький?
Но с какой стороны ни посмотри, он все еще школьник старших классов.
Чжай Лэ постучал себя по груди:
— Конечно, я уже не маленький, мои одноклассники, которые примерно моего возраста, уже имеют по одному-два ребенка.
В душе Чжай Лэ уже считал себя мужчиной.
Какому мужчине нужны ограничения?
Он уже взрослый, к тому же, он чиновник седьмого ранга, даже если его бросят на поле боя, он не умрет. В Сяочэнге нет ничего, что могло бы угрожать его жизни, поэтому старший брат, естественно, не будет вмешиваться. Лучше беспокоиться о том, как его враги будут хоронить своих мертвецов.
Шэнь Тан: «...»
Ученик 10-11 класса…
Отец одного-двух детей???
Она никак не могла совместить эти два образа.
На самом деле, большинство обладателей Воинского Сердца растут быстрее своих сверстников. Чжай Лэ выглядит примерно на свой возраст только благодаря своей юной внешности. Если бы не строгие требования его семьи к браку, он бы, наверное, уже нашел себе пару.
К слову о браке, Чжай Лэ стало любопытно.
Какая женщина будет подходить Шэнь.
— Эй, Шэнь, тебе какая жена нравится?
Шэнь Тан:
— ...Почему она должна мне нравиться???
Разве она не может любить мужчину?
Чжай Лэ рассмеялся:
— Конечно, чтобы у тебя был кто-то, с кем можно поиграть, разве это не здорово! Мои родители говорили то же самое, но все женщины, которых они подбирали, были слишком мягкими и тихими, мне с ними неинтересно. Эх, раньше я хотел попросить их помочь найти кого-нибудь, кто умеет драться, но стеснялся…
Ци Шань: «...»
Ли Ли: «...»
Шэнь Тан:
— ...Найти кого-нибудь, кто умеет драться, чтобы поиграть?
Ну и дела, неужели у вас будут постоянные драки?
— Да-да, но таких благородных дам очень трудно найти. Я люблю стрелять из лука, охотиться, заниматься боевыми искусствами, а будущая жена любит беседовать о стихах, рассуждать о добродетели, вышивать и красить брови, мы с ней не сойдемся. Эх, важно найти человека, с которым можно поговорить по душам. Чжай Лэ с видом опытного человека сказал.
Шэнь Тан:
— ...Хотя мне тебя жаль, но если у женщины нет Вэньсинь или Удань, даже если она хорошо владеет боевыми искусствами, ты все равно сможешь одолеть ее одним ударом?
Услышав это, уголки губ Чжай Лэ постепенно опустились, и он с сожалением сказал:
— Да, но почему у женщин не может быть Веньсинь или Удань?
Он словно спрашивал себя и Шэнь Тан одновременно.
Ли Ли, стоящий рядом, моргнул, и в его спокойных глазах наконец-то появилось волнение. Этот вопрос не только Чжай Лэ мучает, наверное, многие женщины, просыпаясь ночью, задают себе этот же вопрос — почему у женщин не может быть Литературного или Воинского Сердца?
Если бы было…
Тогда, возможно, они бы не были так бессильны.
В глазах окружающих, «Ядовитая Паучиха» была своенравной, легкомысленной и ветреной, но в его памяти она совсем другая.
Самый яркий момент, который он помнит — это как она, обнимая его, в гневе и отчаянии спрашивала, почему женщины не могут быть такими же.
Если бы у нее было Вэньсинь, кто бы смог ею управлять?
[Брат, я просто хочу, чтобы у меня был любовник, который мне нравится.]
[Твой любимый? Раб? Стыдно!]
[Я же не собираюсь за него замуж, что стыдного?]
[Стыдно, что у тебя с ним есть отношения! Он даже хуже, чем дворник, который моет туалеты, чем же он тебе нравится? Рост, любовь к постели, внешность? Это все пустяки, брат найдет тебе кого-нибудь получше, из знатных семей Сыбао…]
[Брат!]
[Ты всегда плачешь и капризничаешь, я всегда тебе уступал, но этот парень — нет. Ты можешь держать его для развлечения, но не воспринимай всерьез! Посмотри на всех твоих любовников, ты хочешь, чтобы они узнали, что ты предпочитаешь этого парня? Нет, значит, нет!]
Как непосредственный участник, Ли Ли не имел права вмешиваться, но он прекрасно понимал, чем закончился этот спор между братом и сестрой. Результат был очевиден, уединенная в доме брата, госпожа не имела права возражать своему брату, который дал ей эту привилегию.
Особенно после его последнего предупреждения
Ли Ли, и его больше не будет.
Единственное, что мог сделать Ли Ли, это уйти по собственному желанию.
Как на той картине, он ухаживает за редким и ценным цветком с двумя бутонами. На картине он выглядит так, словно хорошо заботится о цветке, но все понимают, что если он выйдет из этой земли, из этого горшка, ветер и дождь наружу, цветок завянет.
Ли Ли погрузился в свои мысли, он смутно слышал голос Шэнь Тан:
— Я думаю… возможно, то, что женщины не могут иметь Вэньсинь или Удань, связано не с женским телом, а с тем, в чьих руках находится Императорская Печать. Как появились первые обладатели Веньсинь и Удань? Правитель держал в руках Императорскую Печать, а его подданные, в зависимости от заслуг, получали литературный и воинский талант, и так их насильно формировали…
Чжай Лэ впервые услышал такое объяснение, ему стало интересно, но он быстро нашел в нем ошибку:
— Женщины не могут почувствовать небесную Ци, это неправда, они могут, просто они не могут удержать ее в своем теле, а тем более открыть Даньфу…
В этом и заключается причина, по которой они не могут сформировать Литературное или Удань.
Если бы они могли удержать ее, то обязательно смогли бы сформировать.
Поэтому принято считать, что дело в женском теле.
Шэнь Тан: «...»
У нее есть кое-что сказать, но она не уверена, стоит ли.
Ведь перед ними — женщина!
Но она не может сказать.
Шэнь Тан тоже стала любопытной, почему у нее есть Вэньсинь? Может, боги, которые ее перенесли, решили, что ее жизнь слишком опасна, и поэтому дали ей бонус? Она чувствовала, что все не так просто, наверняка есть что-то, чего она не знает.
В этот момент Ци Шань вмешался в разговор:
— У Шэнь, юного господина, есть смысл в своих догадках, я тоже слышал, как кто-то высказывал подобные идеи, когда путешествовал. Он сказал, что чтобы подтвердить эту гипотезу, нужно, чтобы в какой-нибудь стране появилась правительница-женщина, а среди чиновников были женщины, и тогда они получат литературный и воинский талант, и посмотрим, смогут ли они сформировать Вэньсинь или Удань… Но, очевидно, это невозможно.
http://tl.rulate.ru/book/109723/4809209
Использование: