Готовый перевод In the beginning / Тайчу: Глава 347. Лишь пройдя через жизнь и смерть, можно стать единым сердцем

Глава 347. Лишь пройдя через жизнь и смерть, можно стать единым сердцем

Побег — это, как правило, не то, чем стоит гордиться.

Но сейчас…

Цинь Хаосюань с кривой усмешкой подумал, что ему, оказывается, приходится радоваться своим способностям к бегству. Он покачал головой, решив сменить тему и не зацикливаться на этом.

— Что? Что это за выражение лица? — Син оглядел Цинь Хаосюаня. — Не хочешь об этом думать?

Цинь Хаосюань подхватил разговор:

— Наставник попросил меня в качестве представителя Зала Природы завтра утром отправиться в Долину Духовных Полей и стать старшим братом-наставником…

— Так это же отлично! — подскочил Син. — Зал Природы был слаб столько лет. Может, ты, как ходячая реклама, сможешь найти пару-тройку хороших талантов?

Цинь Хаосюань кивнул:

— Думаю попросить Лань Янь создать иллюзию «Желтое Просо», чтобы проверить их Сердце Дао. Да, и у меня как раз есть много бракованных пилюль. Можно переработать их в Порошок для Улучшения Ци и дать им. В сочетании с «Желтым Просом» эффект будет лучше. Считай, это мой небольшой подарок новым ученикам.

Сказав это, Цинь Хаосюань поднял голову и обратился к Сину, который уже собирался уходить:

— Ты ведь на поле боя в Ущелье Цичжан познакомился с несколькими учениками из Зала Изумрудного Бамбука? У вас вроде неплохие отношения?

— Естественно! — надменно ответил Син. — Мы с Лань Янь тогда спасли им жизнь, иначе они бы давно погибли. Но знаешь, что я тебе скажу? Те ученики, у которых в секте было полно разногласий, после того как прошли вместе через жизнь и смерть на поле боя, теперь близки, как одна семья. Я раньше удивлялся, как ваша секта Тайчу, со всеми ее внутренними распрями, до сих пор не развалилась… Оказывается, вот как вы воспитываете людей. В юности пусть себе дерутся, а когда дойдет до определенного момента, вытащить их наружу и связать узами жизни и смерти. Так вы искореняете былые обиды и устраняете разногласия между залами. Хитро, очень хитро!

Цинь Хаосюань кивнул и сказал Сину:

— Тогда сходи к ним и купи немного сырья для Порошка Улучшения Ци. На рынок «Полоска неба» идти уже поздно, а у учеников из Зала Изумрудного Бамбука оно наверняка есть.

Он достал двести духовных камней и протянул Сину:

— Двухсот порций сырья будет достаточно.

Син покосился на него. Как говорится, кто платит, тот и заказывает музыку. Сегодня он получил от Цинь Хаосюаня тысячу шестьсот низкоранговых камней третьего ранга, так что отказать в такой мелочи, как покупка сырья, он не мог. Он взял камни и вместе с Лань Янь отправился в Зал Изумрудного Бамбука.

***

После ухода Сина Цинь Хаосюань не стал сразу практиковаться в начертании рун для Талисмана Небесного Шага и Талисмана Пленения Бессмертного. Создание этих двух талисманов — дело не одного дня. Сейчас ему не терпелось отправиться в Долину Абсолютного Яда и как следует там все осмотреть. С его возросшим божественным сознанием он мог зайти гораздо дальше, а значит, мог рассчитывать на большую добычу.

Цинь Хаосюань посмотрел на небо — уже стемнело. Снятие третьей печати с «Великой Техники Талисманов» и изучение рецептов заняло немало времени. Он вселил свое божественное сознание в маленькую змейку и направился в Долину Абсолютного Яда.

За последние два года змейка самостоятельно практиковала «Секрет Властного Истинного Дракона», и было заметно, что ее сила значительно возросла. Ее душа также стала намного мощнее. Это напомнило Цинь Хаосюаню, как два года назад, когда душа Цзяолуна почти захватила его тело, именно душа змейки смогла усмирить его.

«Спустя два года ее божественное сознание, должно быть, стало устрашающе сильным!» — подумал Цинь Хаосюань, ощущая сознание змейки, в котором не было ни капли враждебности, а лишь привязанность и доверие.

С возросшим божественным сознанием Цинь Хаосюань снова вошел в Долину Абсолютного Яда. На этот раз он не чувствовал ни малейшего давления. Его взгляд упал на скелет Бессмертного Демона У недалеко от входа, и его охватила легкая грусть оттого, как быстро пролетели четыре года. Четыре года назад он был всего лишь новичком, которого Бессмертный Демон У обманом заставил выучить «Великий Закон Демонического Семени в Сердце Дао» с подсаженным демоническим семенем. В итоге он сам поглотил демона, пытавшегося захватить его тело.

Цинь Хаосюань сказал сам себе: «Четыре года пролетели как один миг. Я уже не тот, кем был раньше. И что с того, что у меня слабое семя? У меня есть Долина Абсолютного Яда!»

***

Войдя в долину, он увидел, как бледный ядовитый туман сливается с вечно серым небом.

По привычке Цинь Хаосюань подошел к лесу сталагмитов, к месту, где он спрятал сталактитовый духовный эликсир и где росла Трава Петушиного Гребня. К его сожалению, эта трава, по ценности не уступающая Бессмертной Траве Чжи, все еще не созрела.

«Глава секты тогда спас меня, отдав Бессмертную Траву Чжи, которая имела для него огромное значение. Чтобы отплатить ему, я должен подарить на его день рождения что-то не менее ценное. Если я подарю сталактитовый эликсир, это может навлечь непредсказуемые беды. Лучше поискать какое-нибудь сокровище здесь, в долине».

Приняв решение, Цинь Хаосюань покинул лес сталагмитов и направился в неизведанные им ранее места.

Проходя мимо провала, где два года назад он сражался с душой Цзяолуна, Цинь Хаосюань вспомнил, что там рос цветок «Девять Небес». Он невольно вздохнул, вспомнив, как тогда, изнемогая от усталости, смог оторвать лишь половину лепестка.

— Эх, жаль, что с моей силой мне не сорвать этот цветок! А ведь это был бы великолепный подарок для главы секты.

«Девять Небес» — это сокровище, более ценное, чем Однолистный Золотой Лотос. В Рейтинге диковинных цветов оно входило в тройку лучших. Хотя Бессмертная Трава Чжи также входила в тройку лучших в Рейтинге диковинных трав, и их целебная сила была сопоставима, «Девять Небес» было гораздо труднее достать.

Растения, входящие в тройку лучших, были, конечно, чрезвычайно редки. Но ценность «Девяти Небес» заключалась не столько в его превосходящей силе, сколько в его невероятной прочности. Для обычного культиватора сорвать его было просто несбыточной мечтой.

В прошлый раз Цинь Хаосюань, выбившись из сил, смог оторвать лишь крошечный кусочек лепестка, и то лишь благодаря прочности тела змейки.

«Может быть, за два года совершенствования «Секрета Властного Истинного Дракона» тело змейки стало еще крепче, и теперь она сможет сорвать этот цветок?» — проходя мимо провала, Цинь Хаосюань все же не терял надежды. — «Тело змейки неуязвимо для ядов и невероятно прочно. В прошлый раз просто не хватило сил. За два года ее «Секрет Властного Истинного Дракона» стал намного сильнее, может, и получится».

С этой надеждой Цинь Хаосюань решительно спустился в провал.

Когда он снова оказался рядом с цветком, на нем все еще был виден надрыв от оторванного два года назад лепестка. Вспомнив о его прочности, он сконцентрировал в теле змейки всю властную истинную ци и впился зубами в стебель.

Цзы!

От столкновения клыков со стеблем раздался скрежещущий звук. Зубы змейки, которые грызли сталь, как тофу, впились в стебель, словно в твердое дерево.

Он отстранился и увидел на гладком стебле едва заметный след от зубов.

«Получается! Если грызть достаточно долго, я точно смогу его оторвать!» — обрадовался Цинь Хаосюань и снова принялся за работу. Если бы не клыки змейки, такие же прочные, как и ее тело, любое божественное оружие давно бы сломалось о твердый стебель.

Потратив целый шичэнь, Цинь Хаосюань наконец перегрыз стебель. Он выплюнул заранее подготовленную нефритовую шкатулку и поместил в нее тяжелый цветок. Использование нефритовых шкатулок для сохранения силы сокровищ было общеизвестным фактом. Закончив, Цинь Хаосюань с радостью проглотил шкатулку, поместив ее в брюшное пространство змейки.

Два года назад в этом провале Цинь Хаосюань чувствовал, как его божественное сознание быстро истощается, но сейчас он чувствовал себя так же легко, как тогда в лесу сталагмитов.

«Подарок для главы секты готов. Неважно, от чьего имени я его преподнесу — от своего или от имени наставника, — это в любом случае принесет славу Залу Природы». Решив эту важную проблему и видя, что времени еще много, он решил еще побродить по долине. Ведь теперь он мог зайти гораздо дальше, а значит, мог найти и другие сокровища.

Покинув провал, Цинь Хаосюань направился вглубь долины. Пройдя немного, он вдруг заметил впереди какое-то черное движущееся пятно.

«Что это? Неужели в Долине Абсолютного Яда есть и другие существа?» — удивился он. В этот момент черное пятно тоже заметило его и тут же бросилось в атаку.

Когда оно приблизилось, Цинь Хаосюань разглядел, что это было не совсем материальное существо. Оно походило на мышь, но его тело было полностью соткано из ядовитого тумана долины и испускало клубы черного дыма.

За два года уединенной культивации рядом с Павильоном Скрытого Дракона Цинь Хаосюань провел много времени с такими знатоками, как Лань Янь и Син. В свободное от тренировок время он часто расспрашивал их о всяких диковинках мира культивации.

Считая себя довольно осведомленным, Цинь Хаосюань был поражен: «Что это за тварь? Ни Син, ни Лань Янь о таком не рассказывали. Кажется, оно полностью состоит из ядовитого газа, и от него исходит чувство опасности!»

Эта призрачная мышь, сотканная из ядовитого тумана, казалось, обладала разумом и атаковала Цинь Хаосюаня.

Он отчетливо чувствовал угрозу — эта ядовитая духовная мышь могла его убить.

Когда мышь бросилась на него, Цинь Хаосюань ловко увернулся, и она промахнулась. Уклонившись от атаки, он хотел было контратаковать, но столкнулся с серьезной проблемой.

Находясь в теле змейки, у него не было рук, чтобы использовать духовные техники. А без них как ему сражаться с этой тварью? Более того, он обнаружил, что не может использовать духовную энергию, накопленную змейкой с помощью «Секрета Властного Истинного Дракона».

Если бы Цинь Хаосюань сейчас был в своем теле, у него бы волосы встали дыбом. Он всегда считал Долину Абсолютного Яда безопасным местом, где нужно было лишь остерегаться старых демонов вроде Бессмертного Демона У. Но такие демоны после тысяч лет под воздействием ядовитого тумана уже не представляли большой угрозы.

Но он и представить не мог, что за тысячи лет долина породит нечто подобное — призрачное, разумное существо из ядовитого тумана. Хоть оно и было небольшим, Цинь Хаосюань не сомневался, что оно может причинить ему вред.

«Может, сбежать?» — не придумав, как атаковать, Цинь Хаосюань решил отступить. Но он обнаружил, что мышь была очень быстрой. Не имея физического тела, она кружила вокруг змейки, проявляя к ней большой интерес.

Терпения у мыши было немного. Облетев его раз, она снова яростно бросилась в атаку.

Чувствуя ее приближение, Цинь Хаосюань мог лишь продолжать уворачиваться.

Хлоп!

Уворачиваясь, он случайно ударил хвостом по скале, и та с грохотом разлетелась на куски.

Когда Цинь Хаосюань в детстве только получил змейку и вселялся в нее, она визжала от боли, когда на нее падали камни с горы. А сейчас она с легкостью разбила скалу, ничего не почувствовав, а ее зубы смогли перегрызть такое прочное духовное растение, как «Девять Небес».

http://tl.rulate.ru/book/108930/4334236