Готовый перевод In the beginning / Тайчу: Глава 334. Основа Дао разрушена, жизни нет

Глава 334. Основа Дао разрушена, жизни нет

Цинь Хаосюань на мгновение задумался и спросил Сюй Юй:

— Где мы? Здесь можно говорить?

Видя его осторожность, Сюй Юй поняла, что он собирается сказать нечто важное. Она установила небольшой звукоизолирующий массив и только после этого ответила:

— Это Безымянный Пик. Ты был без сознания, и твои раны были очень тяжелы. Твои Бессмертный Росток и Бессмертные Листья были на грани уничтожения. Наставница Лин Ваньсин не могла тебе помочь, даже старейшина Нун с поля битвы Ущелья Цичжан был бессилен. В конце концов, с большим трудом удалось выпросить у главы секты драгоценную Бессмертную Траву Чжи, и только она спасла тебе жизнь.

— Бессмертная Трава Чжи? — Цинь Хаосюань резко вдохнул. Чтобы находить редкие сокровища в Долине Абсолютного Яда, он прочел немало книг. В списке редчайших духовных трав Бессмертная Трава Чжи входила в тройку лидеров. Это была чудодейственная трава, способная вернуть к жизни полумертвого, она обладала удивительным восстанавливающим эффектом для Даньтяня, меридианов, Бессмертного Ростка и Листьев. Он горько усмехнулся, но тут же скривился от боли. — Похоже, на этот раз меня серьезно ранило!

Сюй Юй серьезно посмотрела на него:

— Братец Хаосюань, расскажи мне, почему так вышло.

И Цинь Хаосюань начал свой неторопливый рассказ. Он рассказал, как заметил, что Бай Чжаньюэ преследует его с намерением убить, и как тот в итоге напал. Рассказал, как Лань Янь отдала три части своей кровяной эссенции, чтобы спасти его, но Бай Чжаньюэ все равно почти убил его, и в отчаянии ему пришлось прибегнуть к самоубийственной технике «Распад Небесного Демона».

Затем Цинь Хаосюань объяснил и мотивы Бай Чжаньюэ.

Он подробно изложил всю историю от начала до конца. Сюй Юй так крепко сжимала свои тонкие нефритовые ручки, что костяшки пальцев побелели.

Прошло немало времени, прежде чем она, полная вины, произнесла:

— Прости, братец Хаосюань, это я во всем виновата. Если бы не я, ты бы не был так тяжело ранен и тебе не пришлось бы сражаться с Бай Чжаньюэ не на жизнь, а на смерть…

Цинь Хаосюань слабо улыбнулся:

— Главное, что с тобой все в порядке. Я-то знаю, что со мной, а что нет, но главное — ты в безопасности… А такого парня с волчьими амбициями, как Бай Чжаньюэ, я не мог оставить рядом с тобой. Что до того, что я его убил… сестренка Юй, ты должна сохранить это в тайне. Все-таки мы из одной секты, и многое главе и остальным будет нелегко объяснить.

— Я знаю, — Сюй Юй посмотрела на его натянутую улыбку, и ее глаза покраснели. Слезы вот-вот готовы были хлынуть, но она сдержалась. — Раньше я многого не говорила прямо. Не хотела отказывать слишком резко, чтобы не ранить чужое самолюбие, и всегда оставляла надежду. Теперь я вижу, что нерешительность в итоге приносит лишь беды, и из-за этого пострадал ты, братец Хаосюань.

— Сестренка Юй, не вини себя, — Цинь Хаосюань хотел ее утешить, но не знал, как подобрать слова.

Сюй Юй кивнула:

— Братец Хаосюань, не волнуйся. Теперь я знаю, как поступать!

Цинь Хаосюань не хотел продолжать эту тему. Он вдруг вспомнил бледное лицо Лань Янь и сказал:

— Сестренка Юй, у тебя есть какие-нибудь духовные лекарства? Если есть, дай немного Лань Янь, чтобы она восстановилась. Она — особый вид, и ее кровяная эссенция очень ценна. Потеря даже одной капли может потребовать нескольких лет культивации для восполнения. С лекарствами она восстановится быстрее… Если бы не Лань Янь, я бы давно погиб от руки Бай Чжаньюэ.

— Да, братец Хаосюань, не волнуйся. Я обязательно поблагодарю госпожу Лань Янь и попрошу у наставницы лекарств для нее.

— И еще, о том, что она — особый вид, ты никому не должна говорить, — серьезно добавил он.

Сюй Юй кивнула:

— Я знаю. Лань Янь спасла тебя, а значит, спасла и меня. Кстати, за те три дня, что ты был без сознания, глава Зала Сюаньцзи приходил несколько раз. Он очень о тебе беспокоится. Я сейчас же пойду и сообщу ему, что ты очнулся.

Цинь Хаосюань хотел кивнуть, но не смог, и лишь тихо промычал в знак согласия.

Когда Сюй Юй вышла, она столкнулась с Сином и Лань Янь, которые как раз вели сюда Мастера Сюаньцзи. Похоже, он уже узнал от них новость. От хороших новостей и на душе светло — тревога на его лице заметно улеглась. Он улыбнулся Сюй Юй и вошел в комнату.

Сюй Юй не пошла за ним. Она подошла к Лань Янь и низко поклонилась:

— Сестренка Лань Янь, спасибо, что спасла братца Хаосюаня. Ты потеряла много кровяной эссенции. Я попрошу у наставницы лекарств для тебя. Отдыхай в эти дни.

Лань Янь выдавила из себя улыбку. Если бы Сюй Юй не кланялась в этот момент, она бы наверняка заметила в этой улыбке горечь.

— Сестра Сюй Юй, ты слишком любезна. Мы с Цинь Хаосюанем — хорошие друзья, к тому же он обещал отвезти меня домой. Да и в той ситуации, спасти его и убить Бай Чжаньюэ означало спасти и себя. Так что, в конечном счете, я делала это и для себя. Не стоит так благодарить.

Лань Янь говорила ровным, почти безразличным тоном, словно ее поступок был пустяком. Но и Сюй Юй, и Син прекрасно знали, насколько ценна кровяная эссенция особого вида, и какой урон наносит потеря трех ее частей!

Если бы Лань Янь не родилась в семье культиваторов и с детства не питалась всевозможными лекарствами, заложив крепкую основу, потеря такого количества эссенции была бы для нее смертельной. Даже для нее это был огромный риск.

Можно сказать, что Лань Янь спасала Цинь Хаосюаня ценой собственной жизни. Одна ошибка — и даже если бы он выжил и убил Бай Чжаньюэ, она бы все равно умерла.

***

Мастер Сюаньцзи сел у кровати и с облегчением посмотрел на Цинь Хаосюаня. Его ученик, наконец, выжил.

Увидев наставника, Цинь Хаосюань вспомнил о тех надеждах, что тот на него возлагал, и его глаза увлажнились. Хорошо, что он выжил. Если бы он умер, то подвел бы не только наставника, но и старшего брата Е, и погибшего старшего брата Пу.

— Наставник… — Цинь Хаосюань попытался встать, чтобы поприветствовать его, но Сюаньцзи тут же уложил его обратно. С виноватым видом Цинь Хаосюань сказал: — Наставник, мой Бессмертный Росток серьезно поврежден. Боюсь, моя культивация уже не восстановится…

Услышав это, Сюаньцзи посерьезнел, но его голос остался таким же мягким:

— Хаосюань, старейшина Нун сказал, что тебе нельзя вставать с кровати два дня. Просто лежи и отдыхай. О культивации не беспокойся. Ты принял Бессмертную Траву Чжи. Если ты будешь усердно медитировать по той технике, что я тебе дал, есть шанс на восстановление. Наставник верит, что ты сможешь… Хаосюань, помни, пока человек жив, неважно, что он потерял всю свою культивацию! Можно начать все сначала.

Он сказал это с отеческой заботой, а затем добавил:

— Помни, никогда не сдавайся. Ты — надежда Зала Природы. Не обмани моих ожиданий.

Цинь Хаосюань тихо промычал в ответ. Ободряющие слова наставника, казалось, вернули ему немного уверенности.

— Хаосюань, есть еще кое-что, о чем я решил за тебя. Три дня назад твое состояние было критическим. Только Бессмертная Трава Чжи из личной коллекции главы секты могла спасти тебе жизнь и дать надежду на сохранение культивации. Поэтому я отказался от всех будущих наград за твои заслуги и обменял их на эту траву, — Сюаньцзи взглянул на ученика. Увидев, что тот спокоен, он все же пояснил: — И не вини главу секты. Эта трава — его личная вещь, очень для него важная. То, что он отдал ее, чтобы спасти тебя, — это уже очень много.

Слушая теплые слова наставника, Цинь Хаосюань был тронут.

— Наставник, я все понимаю. Это его личная вещь, он мог и не отдавать ее. Даже если бы мне тогда присудили все награды мира, что толку от них мертвому телу?

Услышав, каким рассудительным был его ученик, Сюаньцзи почувствовал огромное облегчение и радость.

— Сначала поправляйся. Когда тебе станет немного лучше, начнешь уединенную культивацию, чтобы восстановить свой Бессмертный Росток.

Проводив наставника взглядом, Цинь Хаосюань наконец смог заглянуть внутрь себя с помощью внутреннего взора. Не посмотришь — не узнаешь, а посмотришь — ужаснешься.

«Все меридианы повреждены и заблокированы. Даньтянь пострадал еще сильнее, в нем несколько огромных дыр. Бессмертный Росток и Листья превратились в уголь, в них не было ни капли жизни», — Цинь Хаосюань тихо вздохнул. — «Но сила Бессмертной Травы Чжи и впрямь невероятна. Ее энергия временно залатала повреждения в Даньтяне и меридианах и непрерывно питает этот уголек. Если бы не она, мой Росток давно бы умер!»

***

После того как Цинь Хаосюань очнулся, Сюй Юй не отходила от его кровати ни на шаг, окружая его заботой. Она не спала, пока не спал он. А когда он засыпал, она все равно не смыкала глаз.

Так она просидела три дня.

На третий день Цинь Хаосюань уже мог немного шевелить руками и ногами, но вставать ему было запрещено. По указанию старейшины Нуна, он должен был лежать в постели месяц.

Хотя он мог двигать пальцами, даже малейшее движение причиняло адскую боль. Но он, как и Сюй Юй, был счастлив — по крайней мере, он больше не был похож на труп.

Видя это, Сюй Юй улыбалась так, словно это она сама исцелилась от тяжелых ран. Цинь Хаосюань не раз просил ее вернуться в столицу и продолжить свое погружение в мир смертных, но она, казалось, не слышала его и упрямо оставалась рядом, пока за ней снова не пришла ее наставница, Су Байхуа.

— Глава Зала Су, заместитель главы Зала Лин, простите, что ученик не может встать и поприветствовать вас, — сказал Цинь Хаосюань, увидев вошедших Су Байхуа и Лин Ваньсин.

Су Байхуа улыбнулась:

— Ничего страшного. Главное, что ты очнулся. Отдыхай, а потом уходи в уединенную культивацию. Постарайся исцелить свой Даньтянь, меридианы и Бессмертный Росток. Это будет лучшей благодарностью за старания главы секты и твоего наставника.

Цинь Хаосюань слабо кивнул в знак согласия.

http://tl.rulate.ru/book/108930/4334121