Том 2
Глава 347: От Сердца К Сердцу
Перевод: kedaxx
☆
Пространство в десятках тысяч метров вокруг Сада Безсмертной Лозы превратилось в сплошные хаотичные руины. Земля была разорвана и вздыблена, всюду валялись толстые, переплетённые обломки древесных лоз.
Как бы ни было могущественно исполинское Дерево, Пронзающее Небеса, оно не устояло перед тройным ударом сокрушительных атак Маленького Предка, разрывающей мощи Запечатывающий Небеса Зловещего Драконьего Столпа и всепоглощающего потока разрушительного света. От его былого величия не осталось почти ничего — лишь переплетающиеся древние корни глубоко под землёй да безчисленные обрывки лоз, рассеянные по поверхности, служили немым доказательством того, что здесь когда-то возвышалось нечто исполинское.
Большая часть древесных коконов была разрушена, и в них обнаружились лишь холодные, безжизненные тела. Лишь немногие коконы, глубоко погребённые в хаотичном переплетении лоз, скрывали внутри несколько уцелевших, которые с трудом продолжали бороться за жизнь.
Цинь Мин, рискуя собой, мчался над лозами, раскинувшимися на десятки тысяч метров, напряжённо выискивая Хуа Дачуя и остальных. В самом эпицентре катастрофы он был словно маленькая лодка в бушующем океане — каждую секунду балансируя на грани уничтожения. Ему приходилось не только уклоняться от смертельной опасности, но и выдерживать колоссальное давление, давящее на разум и волю.
Вскоре после этого в разбитых древесных коконах он обнаружил тела нескольких знакомых, но их дыхание уже угасло, жизни не осталось. Затем ему попались несколько новых талантов из других регионов, с которыми он прежде сталкивался, но не был близко знаком, хотя и узнавал их. Он уже собирался прийти им на помощь, как сверху обрушилась волна остаточной энергии, едва не уничтожившая его душу. Он поспешно бежал далеко прочь, обливаясь холодным потом.
Когда же он вернулся, все древесные коконы на том месте были разбиты, а находившиеся внутри оказались мертвы.
— Хуа Дачуй? Нашёл!
Наконец Цинь Мин заметил Хуа Дачуя, который, запутавшись в густых лозах, с трудом выползал из древесного кокона.
Хуа Дачуй корчился от боли и был совершенно ошеломлён. Поднявшись на ноги, он покачнулся, его налитые кровью глаза с растерянностью оглядывали мир, утонувший в катастрофе.
Где я? Что произошло? Это… великое бедствие?
— Где твоя сестра? — Цинь Мин стремительно подлетел к нему и сразу же сунул в руки два духовных плода.
— Ты… Цинь Мин? Где мы?.. — Хуа Дачуй был дезориентирован, всё его тело пронзала боль.
— Сейчас не об этом. Твою сестру тоже схватили и привели сюда?
— Моя сестра… Цинъи? — Хуа Дачуй резко замотал головой, наконец немного приходя в себя. — Мы с ней разделились...
— Отлично. Тогда уходим! — Цинь Мин схватил его за плечо и рванул прочь.
Едва они вырвались из этого места, как сверху обрушились двое мастеров Святой Боевой Сферы. Их аура прокатилась, словно ураган: земля взорвалась, образуя глубокие воронки, огромные участки поверхности были уничтожены, а множество древесных коконов рассыпалось в пыль.
Цинь Мин продолжил поиски поблизости. Если Хуа Дачуя и брата Лу Дай перебросили вместе, то их позиции на дереве должны были находиться недалеко друг от друга, а после падения расстояние между ними тем более не могло быть большим.
Он искал снова и снова. Пока Хуа Дачуй постепенно приходил в себя, Цинь Мин наконец обнаружил брата Лу Дай. Внешность совпадала с описанием, одежда тоже была именно той, о которой говорила Лу Дай, но… он уже был мёртв…
У Цинь Мина не осталось выбора — он подхватил тело и поспешно отступил. Искать кого-то ещё он не осмелился: задержись он хоть ненадолго — и действительно мог бы погибнуть сам. К тому же его терзала тревога за Яо’эр.
Однако он не успел улететь далеко, как внезапно понял, что снова оказался у основания гигантского дерева. Здесь, помимо переплетённых лоз, повсюду громоздились массивные обломки древесины. В воздухе витала насыщенная жизненная энергия — настолько густая, что она почти превращалась в туман. Более того, из корней сочилась кровь.
Неужели это дерево действительно обрело дух?
Цинь Мин рискнул быстро осмотреться. В груде древесных обломков длиной почти в тысячу метров он заметил множество «кристаллов», источавших ещё более мощную жизненную силу. Однако окружающие лозы по-прежнему оставались активными: они медленно покачивались, словно охраняя их. Нескольких мастеров Святой Боевой Сферы, попытавшихся приблизиться, безжалостно отбросило прочь.
— О… а здесь тоже есть один, — пробормотал Цинь Мин.
В соседнем клубке лоз он заметил яркое свечение. Это был самый край, и здешние лозы выглядели мёртвыми, без малейших признаков жизни. К тому же «кристалл» оказался совсем крошечным — всего с куриное яйцо, неровной формы, внутри которого медленно текла багровая кровь.
Неужели это было… расколотое сердце дерева?
Сердце Цинь Мина забилось быстрее. Он быстро опустил Хуа Дачуя и тело погибшего, после чего рванул вперёд, намереваясь забрать этот «камень».
Однако стоило ему лишь приблизиться, как окружающие тусклые, будто бы мёртвые лозы внезапно взбунтовались. Они вспыхнули безграничным божественным сиянием и, подобно молниям, устремились в сторону Цинь Мина.
— Притворялись мёртвыми?! — у Цинь Мина похолодела кожа на голове, и он стремительно отпрянул назад.
Бум! Бум! Бум!
С неба обрушилось больше десятка кровавых копий. Они прошили лозы насквозь и с оглушительным грохотом вонзились в землю, взметнув в воздух груды раздробленных камней. Каждое копьё было длиной более ста метров, переполненное мощной кровавой ци. При этом в воздухе не чувствовалось запаха крови — лишь тяжёлое, давящее величие.
— Старейшина секты Цю? — изумлённо воскликнул Цинь Мин.
— Зять, — Цю Линь спустился с неба, направляясь прямо к тому самому «камню».
У Цинь Мина дёрнулся уголок рта. Зять…? И говорит так, будто это само собой разумеется.
Люди уровня Цю Линя никогда бы искренне не служили императорскому роду. Он прикрывался сражением, чтобы расхищать драконью ци и подбирать сокровища.
— Молодец, значит, это действительно ты всё устроил? — прищурился Цю Лин.
— У меня не было выбора. Я обязан был прийти, — ответил Цинь Мин.
— Ради того, чтобы выслужиться перед императорским домом, ты даже жизнью готов рисковать? — усмехнулся Цю Линь.
Изначально люди Пяти Северных Сект прибыли в императорскую столицу, потому что их ввели в заблуждение. Старики из императорского рода заявили, что Цинь Мин, желая смягчить отношения между императорским домом и Северными землями, добровольно вызвался отправиться в логово Клана Лазурных Д*монов, чтобы пробудить Запечатывающий Небеса Зловещий Драконий Столп и навести путь для армии династии.
Такой поступок называли достойным высочайшего уважения и доказательством искреннего стремления Цинь Мина к примирению между императорским домом и Севером. Раз уж он готов был пойти на столь большую жертву, как они могли отказаться от сотрудничества? Неужели им следовало тянуть его назад?
Лишь добравшись до императорской столицы, они поняли, что всё далеко не так, как им преподнесли. Это привело Цю Линя и остальных в ярость — настолько, что у них даже возникали мысли намеренно подставить императорский дом.
К счастью, Цинь Мин действительно добился успеха.
— Какое там… Яо’эр здесь, — покачал головой Цинь Мин.
— Яо’эр схватили? — лицо Цю Линя помрачнело.
— Не волнуйся, она не пострадала. Я сейчас отведу тебя к ней.
Встретив Цю Линя, Цинь Мин наконец почувствовал облегчение. Под его прикрытием он забрал Хуа Дачуя и тело погибшего и поспешил к поместью Клана Лазурных Д*монов.
Это поместье, некогда символ могущества и славы Клана Лазурных Д*монов, теперь было разрушено более чем наполовину. В небе над ним яростно сражались свыше двадцати мастеров Святой Боевой сферы. Волны остаточной энергии и потоки клинкового света безжалостно сметали здания, крошили камень, разносили ручьи и лотосовые пруды. Множество членов клана оказывались втянутыми в бой и погибали на месте.
По всему поместью разносились рёв и предсмертные крики, вперемешку с яростными воплями и проклятиями представителей Клана Лазурных Д*монов.
Яо’эр и остальные держались вместе, с тревогой ожидая возвращения Цинь Мина. Да, ему удалось пробудить Запечатывающий Небеса Зловещий Драконий Столп, но высвободившаяся в тот миг энергия была слишком ужасающей. Мог ли Цинь Мин пережить тот взрыв? Теперь вокруг царили сплошная резня и неистовые потоки силы. Даже если он остался жив, выбраться обратно было бы невероятно трудно.
Несколько девушек вновь и вновь уговаривали их уходить, но Яо’эр упрямо отказывалась.
Она должна была дождаться Цинь Мина.
Бай Сяочуань был тяжело ранен — пострадала его душа. В тот момент, когда взорвался Сад Безсмертной Лозы, Ян Юаньшоу и Юань Ган погибли, а как их хозяин он немедленно ощутил ответный удар. Это был один из изъянов Вышивки Инь–Ян: гибель марионетки наносила хозяину колоссальную травму, особенно по душе, и такие раны заживали крайне тяжело.
К счастью, вокруг непрерывно разливалась драконья сила. Бай Сяочуань поглотил два потока, усердно перерабатывая их и подавляя боль.
— Госпожа Яо’эр, нам нужно срочно уходить.
— Если не уйдём сейчас, будет слишком поздно. Стоит этим мастерам Святой Боевой сферы перенести бой сюда — и нам негде будет спрятаться.
— Давайте двигаться вперёд и искать знакомых старейшин. Оставаться здесь нельзя.
Девушки говорили взволнованно и почти умоляюще. Нынешняя обстановка давно вышла за пределы того, с чем они могли справиться. В любой момент их могли стереть с лица земли. Единственным шансом выжить было найти защиту у кого-нибудь из мастеров Святой Боевой сферы.
— Вы уходите… а я останусь… — Яо’эр с тревогой всматривалась вдаль.
Она уже собиралась вскочить на крышу впереди стоящего здания, как вдруг заметила золотой поток света, летящий прямо к ним. На фоне ужасающего давления энергии, заполнившего небо, он казался крошечным и почти незаметным, но сердце Яо’эр резко дрогнуло. Она вскрикнула от радости и не думая об опасности, бросилась вперёд.
Цинь Мин, хлопая крыльями, летел низко над землёй, стремительно направляясь к двору Ян Тяньчоу. Всю дорогу его не покидал страх — вдруг всё уже разрушено? Вдруг он увидит то, на что не осмелится взглянуть? Но… когда впереди, на крыше, внезапно появилась Яо’эр, сияющая от радости, его сердце наконец успокоилось, и он ещё сильнее ускорился.
Яо’эр спрыгнула с крыши и рванулась к Цинь Мину, крепко обняв его прямо в воздухе. Она страстно поцеловала его, обвив руками шею, словно желая целовать до тех пор, пока весь мир не перевернётся.
Цинь Мин вовсе не возражал насладиться этим «нефритовым теплом в объятиях», но за их спинами находился Цю Лин, так что ему всё же пришлось проявить сдержанность.
Цю Лин слегка прищурился, внимательно наблюдая за ними. Эти двое… они и правда вместе, хах? Видя восторг Яо’эр и неподдельную радость в её глазах, он почувствовал, как на душе становится легче, и уголки его губ тронула понимающая улыбка. После гибели родителей Яо’эр он ни разу не видел, чтобы она проявляла такие искренние чувства — всё это время она лишь пряталась за маской и защищала себя.
http://tl.rulate.ru/book/10713/9573734
