Том 2
Глава 290: Обиды
Перевод: kedaxx
☆
– Ты проснулся? О чём это ты бормотал? — Тан Ючжэнь тоже три дня медитировала и культивировала, приказывая Чёрному Кровоочищающему Тигру быть настороже и не дать Цинь Мину провернуть что-нибудь плохое.
Цинь Мин встал, потянулся:
– Я выйду поесть. А ты что хочешь?
– У меня есть духовные плоды.
– Я хочу мясо.
– Сырое?
– Есть огонь! Можно пожарить! Можно потушить! Эй, а у тебя кастрюля есть?
– Какая кастрюля?
– Для тушения мяса.
– Нет!
– Разве вы, аристократы, не берёте с собой какие-то бытовые вещи в путь? Я одолжу и верну после.
– Я сказал нет! — Тан Ючжэнь рассердилась. Какая ещё принцесса путешествует с кастрюлями и сковородками?
– Ладно, пусть будет нет. Зачем так орать? — Цинь Мин вышел из каньона.
– Ты правда хочешь мясо?
– Если ты не будешь есть, тогда съем я.
– Так грубо, разве нельзя порадовать девушку? — пробормотала Тан Ючжэнь, но тут же её охватило чувство жалости к сестре. Та была благородной и недоступной, изящной и грациозной, с утончённым образом жизни, уделяя внимание качеству всего. Если бы она оказалась с Цинь Мином, это была бы принцесса и зверь вместе. Как ей жить? Она с ума сошла бы! Какая жалость, что её императорский брат мог даже подумать о таком. Нет, нужно как-то разорвать эту связь с Цинь Мином.
Цинь Мин отсутствовал долго —с раннего утра до полудня, и когда Тан Ючжэнь уже начала думать, не воспользовался ли он случаем, чтобы уйти, он вернулся в каньон, весь в крови.
– Чем ты занимался так долго?! — удивлённо сказала Тан Ючжэнь, глядя на Цин Мина. — Ты что, ранен?
– Хорошая добыча требует терпения, чтобы её найти, — Цинь Мин притащил огромного ящера, огромного, словно лев-самец, и бросил его в каньон. Затем он разорвал свои поношенные одежды, обнажая сильное и мускулистое тело.
– Ты… — лицо Тан Ючжэнь покраснело, и она быстро отвернулась.
Цинь Мин привёл себя в порядок, переоделся в чистую одежду, присел у ручья, закатал рукава и начал разделывать ящера.
– Железнокрылый Грифон? — воскликнула Тан Ючжэнь. Это был редкий и ценный духовный зверь. В взрослом возрасте его размах крыльев достигал тридцати-сорока метров, он мог разрывать горы и призывать молнии. В Справочнике духовных зверей его классифицировали как крайне опасного, и даже культиваторы Земной Боевой Сферы не решались с ним легко связываться. Хотя пойманный Цинь Мином экземпляр был ещё юным, он всё равно должен был быть крайне свирепым.
– Ты знаешь толк в духовных зверях! Хочешь кусочек? — Цинь Мин чистил железнокрылые перья грифона, пребывая в прекрасном настроении. Целых два часа ушло на то, чтобы найти такое сокровище. Грифон ещё не вырос полностью, но кровь его была чиста, и всё тело — настоящая драгоценность.
– Я не ем мясо, — Тан Ючжэнь росла во дворце, привыкла к роскоши, была изящной и благородной. Даже на тренировках она сохраняла осанку. Дело было не в утончённости, а в привычке. Она не хотела есть мясо и пить бульон перед чужим мужчиной, делая что-то, что могло бы испортить её образ.
– Хочешь яйцо? — Цинь Мин достал из кольца три фиолетовых яйца, размером с арбузы. — Яйца крокодила!
– Не ем! — Тан Ючжэнь раздражённо отвернулась и почувствовала смущение. Он правда не в курсе или просто прикидывается? Разве он не понимает, что девушки следят за своим внешним видом?
Цинь Мин не обращал внимания, разжёг три костра и расставил деревянные подставки, сначала жаря грифона, потом яйца. Наступала вкуснейшая трапеза.
Маленький Черепашонок нервно бегал туда-сюда, крича про себя: Голоден! Голоден! Хочу есть! Хочу есть!
– Дай мне немного духовного женьшеня или что-то в этом роде, — попросил Цинь Мин у Маленького Черепашонка, добавляя духовную эссенцию прямо в мясо для жарки. Это добавляло вкуса и силы.
– Зачем ты держишь черепашонка?
– Личное предпочтение. Есть возражения?
Мы просто не на одной волне! — Тан Ючжэнь украдкой наблюдала за Цинь Мином. После трёх дней «привыкания» в нём больше не было той убийственной ярости, что раньше. Он был молод, красив, приятно смотрелся, с твёрдыми чертами лица, а движения — быстрые и решительные, без малейшей вялости. Глаза светились ясностью, без той странной кровавой ауры. Хотя сейчас он выглядел как обычный человек, почему же его слова и поступки всё равно несли оттенок разбойничьего нрава? Другие при виде красивой женщины старались показать себя с лучшей стороны, а он, казалось, даже не считал её женщиной, не говоря уже о принцессе.
– Слушай, а как, по-твоему, императорская семья будет вести себя с Северным Регионом?
– Я ещё просто подросток, как мне угадывать мысли этих старых лис из императорской семьи? Все они хитрые, с лысой макушкой, пожирают людей, не выплёвывая костей.
– Эй! Я тут принцесса, следи за словами!
– Они коварны и хорошо строят планы. Так лучше?
Тан Ючжэнь онемела — никто с детства не осмеливался говорить с ней так открыто.
– Я спрашиваю твоё собственное мнение. Мне скучно, так что скажи — будет война или мир?
– Мир!
– Так решительно? Почему?
– Цена войны слишком велика. Если нет крайней необходимости, императорской семье нет смысла её начинать, и какой прок платить огромную цену за то, чтобы в итоге получить разрушенный Северный Регион? — Цинь Мин переворачивал мясо на трёх решётках, говоря без особой торопливости. — Так что при обычных обстоятельствах они точно будут жить в мире, но боюсь, у вашей императорской семьи есть более коварный план, или другие кланы посеют раздор, или императорская семья хочет использовать войну за Северный Регион для других целей, и так далее.
Тан Ючжэнь слегка удивилась. Эти слова действительно исходили от Цинь Мина? Хоть они и звучали резко и пренебрегали достоинством императорской семьи, суть была верной, рассуждения простыми, но ясными. Он видел суть вещей.
– Если будет мир, как, по-твоему, императорская семья будет поддерживать отношения между сторонами?
– Трудно сказать. Способов много. Угадывать вслепую — безсмысленно, мне лень угадывать.
Тан Ючжэнь на мгновение замялась, затем спросила:
– А если это будет брачный союз, ты согласился бы?
Цинь Мин резко повернул голову, нахмурившись:
– Брачный союз?
– Да.
– Со мной?
Цинь Мин ошеломлённо уставился на Тан Ючжэнь. Так вот почему эта женщина вдруг пришла ко мне? Значит, императорская семья планирует брачный союз, и речь идёт о принцессе Ючжэнь? Она пришла наблюдать за мной?
Принцесса? Брачный союз?
Это она?!
Боже мой…!
– Эй! Что это за выражение отвращения? — Тан Ючжэнь снова почувствовала себя оскорблённой. Если бы не её благородное воспитание, она бы уже пару раз поцарапала бы его. Достойная императорская принцесса, снисходящая до брака с тобой, а ты, кажется, совсем не рад? Это выводит меня из себя!
– Ты только что пошутила, или … — Цинь Мин нахмурился ещё сильнее. Брачный союз? В его сердце поднялось необъяснимое раздражение. Раздражение не на эту женщину, а на саму ситуацию. Родители очень любили его в детстве, и он перенял от них привычку воспринимать брак очень серьёзно, хоть до настоящего момента он и не задумывался о будущем. А теперь его внезапно ставят перед фактом женитьбы на чужой женщине? И всё из-за каких-то корыстных интересов? Неприемлемо!
– Это шутка! Довольно ясно?
Хорошо, хорошо! — Цинь Мин выдохнул, а затем добавил:
– Обязательно скажи старшим из своей императорской семьи: если есть что обсуждать — обсуждайте. Если есть условия — договаривайтесь. Не пытайтесь управлять мной, подсовывая женщину.
Тан Ючжэнь была так рассержена, что уже не могла злиться сильнее. Достойная принцесса выходит замуж, да ещё и ослепительная красавица, покорившая весь императорский город. То, что для других было бы «императорской милостью», для него стало «ударом». Его напряжённый и раздражённый взгляд внезапно заставил Тан Ючжэнь почувствовать себя обиженной. Когда же принцесса императорской крови стала настолько неприятной?
– Эй! — Тан Ючжэнь долго молчала, а потом внезапно окликнула его.
– У меня есть имя, Цинь Мин. И даже не думай о брачном союзе, не упоминай об этом. Я ни в коем случае не соглашусь.
Тан Ючжэнь должна была обрадоваться — в конце концов, она только что решила помешать своей сестре выйти за Цинь Мина и добиться того, чтобы он отверг императорскую семью. Но почему-то она почувствовала злость, раздражение, подавленность и ещё большую обиду:
– Каковы твои отношения с Яо'эр? — спросила она. — Я слышала, что в твоей Секте Лазурного Облака есть женщина, с которой ты близок, по имени Юэ Цин?
http://tl.rulate.ru/book/10713/8814140
