Том 2
Глава 255: Королевский Банкет (3)
Перевод: kedaxx
☆
Улицы вокруг дворца принца уже были заполнены сильными культиваторами из Внешних Регионов, все они с нетерпением ожидали появления Цинь Мина.
Кто-то интересовался, появится ли Цинь Мин, хватит ли ему смелости войти во дворец, где собирались все новые таланты Центрального Региона.
Кто-то ждал его по-настоящему, ведь только с появлением Цинь Мина они могли сделать свой ход. Не обязательно следовать за ним, но было интересно наблюдать, что он предпримет.
А некоторые восхищались стойкостью Цинь Мина и Яо'эр, мечтая завязать знакомства на банкете во дворце.
С закатом солнца и до наступления темноты сотни, а то и почти тысяча сильнейших культиваторов из Внешних Регионов собрались на улицах вокруг дворца, ожидая в молчании.
Отряды Тигровой Стражи уже заметили их, но сохраняли сдержанность, действуя спокойно, чтобы избежать ненужного конфликта.
В сравнении с оживлённой атмосферой внутри дворца, на улицах царила напряжённая тишина, в которой ощущалась странная, почти скрытая угроза.
Цинь Мин, на самом деле, появился возле дворца уже после темноты, тщательно наблюдая за происходящим и изучая расположение охраны.
Хотя Цинь Мин не верил, что Танг Тянцюэ осмелится причинить ему вред, осторожность никогда не была лишней.
Он хотел убедиться, что другие кланы не замышляют чего-то тайного, особенно распущенные молодые мастера, способные действовать нечестно и прибегнуть к подлости.
Цинь Мин также внимательно изучал расположение улиц вокруг дворца. Если произойдёт непредвиденное событие, он должен был заранее определить пути эвакуации.
Кроме того, Маленький Черепашонок помогал проверять окрестности на предмет скрывающихся могущественных индивидуумов, способных вмешаться в ситуацию в любой момент.
Но…
Они действительно их нашли!
В узком переулке у ограждённой улицы Цинь Мин наткнулся на двоих подкрадывавшихся подростков, закутанных с головы до пят в чёрную одежду: шарфы закрывали лбы, маски — лица, словно они пытались скрыть своё истинное лицо от чужих глаз, чтобы никто не догадался о том, что они воры.
— Что вы делаете? — тихо отозвался Цинь Мин и лёгким движением прикоснулся к их плечам сзади.
Подростки вскрикнули от неожиданности, чуть не рухнув на землю.
Обернувшись, они застыли на месте, глаза округлились за масками, и одна только мысль вертелась в их головах, повторяясь снова и снова: Боже мой! Боже мой!
— Цинь Мин? — вырвалось у одного, голос срывался, словно нитка натянулась до предела.
— Кого вы ждёте? Неужели меня? — Цинь Мин усмехнулся и разглядел, как у них дрожат колени.
— Нет‑нет, нет, мы… мы просто… — подростки запинались, прятали руки за спиной и нервно отступали, стараясь казаться невинными.
Цинь Мин одним движением ухватил их за шиворот и резко потянул обратно в глубь переулка.
— Что вы прячете в руках? — спросил он ровно, голос был холоден, словно клинок по льду.
— Ничего! Совсем ничего! Правда! — оба завывали в голос.
Тишина повисла всего на мгновение, и из тёмной тени проёма появилась Яо'эр, её шаги были тихи, но полны неизбежности. За ней вышли Гуань Юйин и ещё две девушки.
Они сняли маски и накидки, и перед глазами двух пойманных внезапно возникла ослепительная красота: платья обтягивали их стройные фигуры, кожа была бела, как снег, лица сияли, словно вырезанные из нефрита, а их обаяние даже в полумраке невозможно было скрыть.
Яо'эр медленно приблизилась, в её голосе не было насмешки — был лёд, расчёт и угроза, и твёрдое обещание расплаты.
— Вы только посмотрите на свою трусость, — произнесла она, и каждое слово разрезало воздух. — А ещё смеете выходить и творить пакости. Отдавайте, что в руках, иначе я вырву вам языки.
— Не… мы… мы правда ничего не сделали, — всхлипывали подростки, почти падая на колени, умоляя о пощаде.
Вчера они были на Площадке Казни и собственными глазами видели, насколько безпощадны Цинь Мин и Яо'эр.
Эти двое были безжалостными убийцами; они действительно могли забрать их жизни. Какой ужас… как Цинь Мин появился у нас за спинами?!
— Высуньте языки, будьте послушными, — Яо'эр произнесла с ледяной решимостью, готовясь к действию.
— Нет! — завизжали они, падая на колени с глухим стуком. Их смелость испарилась, осталась лишь чистая, дрожащая от страха паника, пронизывавшая каждое движение.
Цинь Мин резко вырвал из их рук две нефритовые бутылочки. Они были размером с ладонь, кристально прозрачные, наполненные светло-красной жидкостью.
Подростки инстинктивно попытались выхватить их обратно, но Цинь Мин одним движением уложил обоих на землю.
— Это не наша идея, мы просто выполняли приказы, — они задыхались, — это совсем не наша вина.
— Не убивайте нас, мы просим прощения, обещаем больше никогда не смеем так поступать.
Оба опустились на колени, слёзы и сопли текли по лицам, а животы сводило от раскаяния.
Как же лучше было бы остаться дома и просто подшучивать над прислугой… Но нет, они решили выйти и присоединиться к «веселью». И теперь, к своей злополучной судьбе, они попались Цинь Мину.
Цинь Мин покрутил в руках бутылочку с лекарством и прищурился:
— Что это? — спросил он ровно, как будто разглядывал опасное лезвие.
Подростки истошно мотали головами:
— Мы и сами толком не знаем.
Цинь Мин схватил одного из подростков за шиворот и резко поднял его вверх.
— Нет‑нет! Я всё расскажу, я всё расскажу! — закричал подросток, сжимая руки на рту, пытаясь заглушить крик.
— Говори быстрее! — прорычал Цинь Мин и швырнул его на грязный камень; лицо у него было хмурым, как у человека, готового вот‑вот выхватить клинок.
— Это… это… — лепетал пойманный, его голос дрожал.
Цинь Мин уже открутил крышку на бутылочке намереваясь влить содержимое в их рты.
— Влейте им это! — с каменным лицом потребовал он, словно отдавал приказ на поле боя.
Подростки завопили и рухнули на землю; маски соскользнули, открыв лица, побледневшие и исказившиеся от ужаса.
— Нет… это… афродизиак… — выдавил один сквозь слёзы, словно признание было для него смертным приговором.
Цинь Мин сжал нефритовую бутылочку сильнее, пронзая его взглядом:
— Говорите дальше! — его голос был пуст и холоден.
— Мы… — задыхались они, слова застревали в горле.
Яо'эр, стоявшая в тени, тихо проговорила, словно решив исход дела одним предложением:
— Убить одного, оставить другого.
Бесхитростная реплика подействовали на подростков, как приговор меча: оба рухнули на землю, дрожь прошла по их телам, и последние крошечные надежды тут же испарились.
— Нас таких ещё много, — пролепетал один из подростков, глаза у него метались от страха, словно у пойманная птица.
— Нам велели приготовить афродизиаки и устроить засады на каждой улице, ведущей к дворцу принца.
— Как только кто‑то заметит ваше появление, нам приказали вылить содержимое бутылочек на землю.
— Он очень летучий, — продолжал другой, — ветер разнесёт его по дороге; он безцветен, без запаха и не действует мгновенно.
— Мы не рассчитывали, что вы наглотаетесь и потеряете рассудок, — всхлипывали они, слова срывались от ужаса, — нужно было только слегка повлиять — чтобы вы выглядели посмешищем на банкете во дворце.
Подростки мучительно следили за выражением лица Цинь Мина, ожидая, что он действительно приговорит их к смерти.
— Подонки, — вырвалось у Гуань Юйин; ярость в её голосе была как раскалённый меч — использовать такие подлые приёмы, чтобы опозорить людей!
Её спутницы тоже кипели от гнева, представления о том, что они могли бы вдохнуть ту дрянь и лишиться разума, сводили их с ума.
К счастью, они просто бродили по улице и наткнулись на заговорщиков вовремя — иначе последствия были бы невообразимы.
— Кто это организовал? — потребовал Цинь Мин, глаза его стали холодны, как лёд.
— Это был… — дрожащим голосом начал один из подростков.
Цинь Мин замахнулся и ударил кулаком по голове одного из них; тот со стоном рухнул на землю, ударившись лбом о камень.
— Я всё скажу, я всё скажу! — завопил второй, пытаясь перекричать боль.
— Кто? — коротко спросил Цинь Мин, сжатые пальцы сверкали под фонарным светом.
— Сюэ Бэйю! Нас организовал Сюэ Бэйю! — выпалил пойманный, голос срывался от страха.
Цинь Мин нахмурился и резко спросил:
— Сколько вас?
— Тридцать шесть человек, — ответили они почти хором, — поделили участников по девяти улицам и восемнадцати переулкам.
Цинь Мин прищурился, будто высчитывал масштабы заговора.
— Вы знаете, где они находятся? — снова спросил он, и в голосе его послышалась угроза.
Подростки мгновенно поняли намерение Цинь Мина.
— Хотите, я ещё пару раз вас хорошенько отшлёпаю? — прохрипел Цинь Мин, сжимая кулак, готовый доказать серьёзность слов.
Подростки обменялись взглядами, глаза обоих блестели от слёз и страха.
— Да… — прошептали оба в унисон, уже не в силах противиться.
Яо'эр приблизилась, холодно и безпощадно.
— Вы точно говорите правду? — спросила она. — Если позже мы поймаем остальных и их показания хоть немного не совпадут с твоими, я лишу вас жизни.
Подростки задрожали ещё сильнее; спасение жизни в тот момент было превыше гордости.
— Это всё правда, мы не посмеем врать, — проговорили они, голосами, полными мольбы.
— К каким кланам вы принадлежите? — спросил Цинь Мин, голос его стал деловым, как у командующего на поле боя.
— Многих, очень многих, больше половины родов императорского дворянства, — прошептал один, глаза его метались от ужаса.
Они были распущенными молодыми мажорами, которые привыкли притеснять и мужчин, и женщин, шататься по пивным и притонам, образуя распутную компанию.
Вэнь Тяньчэн был их кумиром и старшим братом, тот, кого они копировали и на кого равнялись.
Вчера, когда они увидели, как Цинь Мин прижимал Вэнь Тяньчэна на Площадке Казни, ярость закипела в их груди, но дерзнуть отомстить Цинь Мину они не осмелились.
Поэтому, когда Сюэ Бэйю собрал их и предложил такую «блестящую» затею, многие не устояли и согласились действовать.
Кто бы мог подумать, что вместо того чтобы просто пошалить, они сами попадут впросак и окажутся пойманными.
Внутри и снаружи дворца принца люди из Центрального и Внешнего Регионов начинали терять терпение, тревожно всматриваясь в темноту, задаваясь вопросом — придёт ли Цинь Мин на самом деле.
И вот, в Центральный Регион вошёл Цинь Мин. Но он появился не один; рядом шли Яо'эр и остальные девушки. Мужчины поражали своей красотой, женщины ослепляли, словно яркая полоса света в ночной тьме.
Но внимание привлекала длинная цепь, тянущаяся за Цинь Мином: прочно связанных тридцать шесть молодых мастеров из дворянских семей.
Каждое лицо выражало скорбь, головы были низко опущены. Они были одеты одинаково: чёрные одежды, чёрные штаны, чёрные шарфы на головах.
Некоторые с синяками на лицах, кто-то хромал при ходьбе, а кто-то горько плакал, слёзы и сопли стекали по щекам — следы недавних побоев.
Люди из Внешних Регионов стояли в изумлении. Откуда Цинь Мин взял столько людей? И что он намеревался с ними сделать?
Отряды Тигровой Стражи, отвечавшие за патрулирование и наблюдение, быстро выступили вперёд. Мужчина, похожий на младшего капитана, шагнул и отдал честь:
— Молодой Мастер Цинь, что это…?
— Впервые иду на королевский банкет, — усмехнулся Цинь Мин, слегка покачивая цепь, — немного нервничаю. Не знал, какой подарок принести, поэтому просто подготовил кое-что наспех. Не знаю, придётся ли всем по вкусу.
Он тянул за собой тридцать шесть распущенных молодых мастеров, которые спотыкались и шмыгали носами, стараясь хоть как-то держать достоинство.
Фань Син тихо рассмеялась, но быстро прижала ладонь к губам, стараясь не выдать себя.
Капитан улыбнулся несколько раз, бросая взгляд на цепь молодых мажоров — многих он сразу узнал. Внутри про себя он тяжело вздохнул, понимая, что остановить Цинь Мина в одиночку будет нелегко, и сам повёл его к дворцу.
Остальные солдаты Тигровой Стражи смотрели на Цинь Мина с удивлением: пришёл ли он на банкет как гость, или же собирался устроить настоящий переполох?
http://tl.rulate.ru/book/10713/8505126
