Перевод: Astarmina
Структура Поло-клуба оказалась сложнее, чем ожидала Одетта.
Пройдя через арочный коридор, ведущий к полю, она оказалась в саду, окружённом зданием в форме подковы. Вход располагался в конце дорожки, соединяющей его части.
Одетта поспешно пересекла сад. Она намеревалась закончить дело до возвращения Бастиана, отправившегося за забытым снаряжением, но её решимость испарилась, как только она вошла на первый этаж.
Всё было не так, как ей объяснили.
Войдя в холл здания, нужно было идти прямо. В конце — вторая дверь справа.
Именно так Элла фон Кляйн описала расположение дамской комнаты, но в этом здании не было прямого коридора. Перед Одеттой расходились лишь пути налево и направо.
Ошеломлённая, она снова тщательно перебрала воспоминания. Спросила, где можно привести себя в порядок, и Элла, знавшая расположение уборной, вызвалась помочь. Одетта внимательно слушала её объяснения. Убедившись, что не упустила и не перепутала ничего, она пришла к единственному возможному выводу.
Испытание для новичков.
Теперь она понимала, почему юные леди рассмеялись над, казалось бы, незначительными объяснениями Эллы. Видимо, в этом и был смысл. Возможно, это была просто шутка из легкомыслия, но в любом случае — недостойная внимания.
Приняв реальность, Одетта направилась в правую часть здания. Головокружение снова давало о себе знать, мешая двигаться так быстро, как хотелось, но шагать осторожно она всё же могла.
Проблема была в том, что она не учла переменчивость погоды. После снегопада прошлых выходных в городе ещё оставались сугробы, а сегодня светило почти летнее солнце. Надо было послушать горничную и оставить больше времени...
Одетта вздохнула, проводя рукой по корсету, сжимавшему грудь.
Просить затянуть шнуровку сильнее было её решением. Вспомнилась та неловкая ночь на балу, когда Бастиан разглядывал её слишком откровенно. Лучше терпеть дискомфорт, чем снова пережить подобное. Кто бы мог подумать, что это приведёт к таким трудностям?
— Вы так хорошо смотритесь вместе. Не удивлюсь, если скоро услышу о вашей свадьбе.
Женский голос с лёгким смехом раздался, когда Одетта почти дошла до конца коридора.
— Если вы выбрали леди Одетту в невесты, будьте любезны предупредить меня заранее. Я думала, наша дружба стоит хотя бы такой малости. Разве не так?
Собственное имя, услышанное в неожиданном месте, заставило Одетту замереть. Пока она раздумывала, как поступить, раздался смех молодого мужчины. Бастиан. Это определённо был он.
— Я не люблю такие разговоры, графиня. Думал, вы это знаете. Видимо, ошибался.
Несмотря на мягкость, в его голосе сквозила холодность.
— Если кратко, леди Одетта и я — просто деловые партнёры, сотрудничающие ради взаимной выгоды. Достаточно ясно?
— Клянётесь?
В голосе женщины слышались радость и облегчение.
— Клятва перед Богом? Нет, для меня это бессмысленно.
— А клятва всей вашей славой и процветанием?
— Сандрин, это уже слишком.
Лёгкая шутка заставила женщину рассмеяться.
— Простите. Знаю, что веду себя нервно, но иногда трудно справиться с тревогой.
— Понимаю, графиня.
— Процесс развода займёт больше времени, чем мы думали. Я готова отказаться от всего, лишь бы обрести свободу, но, видимо, отец другого мнения, — она тяжело вздохнула. — Недавно получила от него письмо. Оказывается, он знает о том, как император Берга поступил с вами, защищая принцессу. Отец считает это удачей. Лучше, чтобы у вас была женщина, чем чтобы вас сразу заподозрили в новом браке.
— Я согласен с герцогом Лавиером.
— У вас с отцом в жилах течёт лёд.
Даже упрекая, Сандрин не звучала зло.
Лавиер.
Повторив про себя это имя, Одетта почувствовала, как дрожат её веки.
Аристократка с рыжими волосами, вышедшая замуж из знатного дома Фелии. Её девичья фамилия была теперь ясна.
Сандрин де Лавиер.
Графиня Ренар, готовящаяся к разводу — о чём знал весь свет — но пока ещё замужняя женщина.
— Не могли бы вы оказать мне маленькую услугу, чтобы утешить?
Голос Сандрин, ставший теплее, прозвучал в такт участившемуся сердцебиению Одетты.
— Говорите, Сандрин.
Бастиан снова засмеялся. Одетта, больше не желая подслушивать, тихо развернулась.
— Если уступаете ей дни, то ночи оставьте мне.
Их непристойный разговор растворился вдали, оставив в ушах Одетты лишь откровенные слова соблазнения.
Вернувшись в центральный холл, она перевела дыхание и вытерла выступивший на лбу пот. Затем, уже спокойно, направилась в левую часть здания.
Нужно было найти дамскую комнату, привести себя в порядок и вернуться к их деловым отношениям.
Всё просто.
***
— Я считаю, наша дружба стоит больше, чем минутная страсть. Не так ли?
Ответ Бастиана не удивил Сандрин. И всё же она горько усмехнулась своей наивности.
Он был неуловим. Единственное утешение — он одинаков со всеми женщинами.
Казалось бы, он не аскет, но в обращении с поклонницами был целомудреннее монаха. Раздражающе притягательная черта.
— Да, дружба. Очень ценная дружба.
Сандрин тяжело вздохнула. Бастиан, до этого молча наблюдавший, подошёл к ней.
Покраснев, как девчонка, Сандрин затаила дыхание, пока он поправлял украшение на её шляпе. Теперь между ними было не больше ладони, но, казалось, только она это осознавала.
— Будьте благоразумны, графиня, — поправив бант, Бастиан отступил. — Так гораздо лучше.
Он улыбнулся, глядя на её укоризненный взгляд. В его глазах читался расчёт: не желая её, он и отпускать не собирался. Сандрин лишь слабо улыбнулась.
Она знала, что он использует её, но ей было всё равно. В конце концов, Бастиан Клаузевиц не любил ничего — даже себя — кроме своих амбиций.
Спокойно попрощавшись, он оставил Сандрин в тени. Та, глядя ему вслед, невольно коснулась украшения на шляпе. Щёки снова горели, но ей это нравилось.
Она была благодарна, что он — подлый карьерист.
Ей была нужна не любовь. Для него это бессмысленно. Она хотела стать тем, в ком он нуждался, и её мечта была близка к исполнению.
Сердце Сандрин переполнялось удовлетворением, когда Бастиан скрылся за углом.
Её рука ещё долго оставалась на шляпе, которую он поправил.
***
Одетта вернулась ближе к концу приёма. По её растерянному виду было ясно, что она не знала о завершающем ритуале.
Бастиан, ждавший её молча, поднялся с места с формальной улыбкой. Остальные участники уже прошли церемонию, и теперь внимание толпы было приковано к последней паре.
— Простите. Заблудилась в этом лабиринте.
Одетта, переведя дыхание, коротко извинилась. Мысль о том, что она могла подслушать их разговор, мелькнула у Бастиана, но он не придал этому значения.
— Церемония ещё не закончена.
— Церемония?
— Достаточно любой вещицы с вашим знаком. Дайте мне что-нибудь, и я принесу победу.
Бастиан кивнул на пару офицеров рядом: муж носил кулон жены. Одетта, поняв, вздохнула. Но, быстро сообразив, она не спешила соглашаться. Бастиан, внимательно посмотрев на неё, осознал причину.
Всё, что было на ней, — чужие вещи. У неё не было ничего своего, что можно было бы отдать. Зрители, поняв это, захихикали.
— Капитан, я...
Когда Одетта, колеблясь, открыла рот, Бастиан двинулся.
Подойдя сзади, он развязал ленту в её волосах. Розовая лента с мягким блеском была прохладной и гладкой, как её шея, когда он слегка коснулся ее пальцем.
Встав перед ней, Бастиан увидел, как её распущенные волосы колышутся на ветру. Она выглядела куда лучше, чем когда была чересчур аккуратной.
— Сохраню как драгоценность.
Сказав это, он развернулся.
Рыцарские ритуалы в игре на лошадях...
Он никогда не участвовал в этом глупом спектакле, но в этом году было много зрителей. Если соблюдение формальностей выгодно — почему бы и нет?
Сев на лошадь, Бастиан крепко привязал «знак возлюбленной» к рукояти клюшки. На конце ленты была вышита монограмма Одетты, украшенная цветочным орнаментом.
http://tl.rulate.ru/book/103321/6584457
