Перевод: Astarmina
Когда покинул суету города, перед ним раскинулась дорога, тянущаяся вдоль пролива.
Бастиан нажал на педаль газа, увеличивая скорость. Мир, озарённый солнечным светом позднего полудня, сиял золотом. Кремовый автомобиль с открытым верхом и сам он, облачённый во фрак, словно сливались с этим ослепительным сиянием.
Приморский город Арден, расположенный недалеко от столицы, был курортом, где теснились летние резиденции королевской семьи и аристократических родов. Однако в последнее время здесь начали появляться особняки новых капиталистов, постепенно вытесняя старый порядок. Это стало возможным благодаря тому, что они скупали поместья обедневших аристократов, не сумевших удержаться на волне капитализма. Поместье Клаузевица было одним из таких.
Когда западное небо начало окрашиваться в розовые тона, автомобиль, которым управлял Бастиан, въехал на частные владения семьи Клаузевиц. Северные земли, известные своими живописными пейзажами и прозванные «Жемчужиной Арденна», изначально принадлежали старинному дворянскому роду. Это была семья с многовековой историей и традициями, но их конец оказался весьма печальным. Земли, которые они больше не могли содержать, были выкуплены отцом Бастиана, железнодорожным магнатом, известным как Джефф Клаузевиц.
Бастиан молча вспоминал человека, с которым ему вскоре предстояло встретиться. Последний раз они виделись на церемонии награждения, что было два месяца назад.
— Боже мой, Бастиан! — раздался пронзительный возглас, как только автомобиль остановился у входа в поместье.
Это была тетя, Мария Гросс, которая вышла из кареты, прибывшей немного раньше.
— Неужели ты сам пригнал сюда этот кусок металла?
— Как видите, – с лёгкой улыбкой ответил Бастиан, выходя из машины.
По его знаку ожидавший лакей подошёл и принял руль.
Короткое поприветствовав, Бастиан под руку сопроводил ошеломлённую тётушку вверх по лестнице. Когда они вошли в мраморный холл особняка, слуги, стоявшие по обе стороны коридора, одновременно склонили головы. Бастиан вновь проявил должное уважение лёгким кивком и улыбкой.
— Не понимаю, зачем ты нарочно делаешь то, что так раздражает твоего отца.
Когда они отошли от слуг, тетя возобновила упреки, временно прерванные ранее.
— Кто знает, может, он пожалеет сына, который не может позволить себе личного водителя.
Закатное солнце, проникающее через окно лестничной площадки, озарило хитрую улыбку Бастиана.
Мария Гросс посмотрела на племянника с изумленным выражением.
Его аккуратно зачесанные назад волосы, уложенные помадой, и ослепительно белый галстук-бабочка подчеркивали свойственную Клаузевицу холодную внешность. Черты лица, высокий рост, крепкое телосложение и общая атмосфера — все, кроме платиновых волос, унаследованных от матери, было точной копией его отца.
Сын, который оказался настолько похож на отца, что был им отвергнут. Какое забавное стечение обстоятельств.
— Если есть кто-то, кто интересуется твоим состоянием больше, чем ты сам, то это, несомненно, Джефф Клаузевиц.
Мария Гросс попыталась прощупать намерения Бастиана едкой шуткой.
Слухи о том, что он унаследовал значительное состояние от семьи матери, рода Иллис, ходили повсюду. Однако Бастиан так и не раскрывал карты, даже перед теми, с кем делил одну лодку.
— Это едва ли можно назвать состоянием. Просто старый дом да небольшой доверительный вклад, — сдержанно улыбнувшись, сказал Бастиан, который до этого задумчиво смотрел на Марию.
Это была настолько правдоподобная игра, что любой, кто не знал рода Иллис, мог бы легко поверить его словам.
— Если не хочешь преждевременно раскрывать карты, что ж, я уважаю твоё решение. Но держи их крепче. Ты, как никто другой, должен понимать, почему твой дед оставил ключевой инструмент именно в твоих руках, — понизив голос, прошептала Мария Гросс.
Но и в этот раз Бастиан лишь сохранял непроницаемое выражение лица.
— Говорят, что сегодня объявят о помолвке Франца.
Придя к выводу, что не добьется желаемого, Мария Гросс ловко сменила тему. Казалось, Бастиан уже знал об этом, так как не выказал никаких заметных эмоций.
— Ты знаешь, что невеста — дочь графа Кляйна?
— Да.
— Тогда ты, наверное, понимаешь, что твой отец сейчас вне себя от радости.
Мария Гросс с недовольным видом смотрела на оставшиеся ступеньки.
То, что Джефф Клаузевиц назначил второго сына, Франца, наследником, было общеизвестным фактом, известным даже собакам в этом поместье.
Было естественно, что человек, одержимый социальным восхождением, предпочитал сына, рожденного от аристократической матери.
К тому же этот драгоценный сын обручился с дочерью высокопоставленного аристократа, что, должно быть, привело счастье Джеффа Клаузевица к пику.
— Тебе тоже пора жениться на девушке, которая станет твоими крыльями. Это ведь так просто — выбрать одну из девушек, готовых броситься тебе в объятия.
— Да, я запомню.
— Какой обнадеживающий ответ, — Мария Гросс, тихо вздохнув, крепче сжала руку племянника. — Скажу сразу, Бастиан, лучше даже не обращать внимания на принцессу Изабель. Она такая, что способна столкнуть тебя прямо в ад.
Хотя это был серьезный совет, Бастиан лишь усмехнулся, словно услышал забавную шутку.
— Это не стоит воспринимать легкомысленно. Даже если ты ничего к принцессе не чувствуешь, император может думать иначе.
С обеспокоенным выражением лица Мария Гросс поднялась на последнюю ступень лестницы.
Весь светский круг давно знал о том, что старшая принцесса Берга, посетившая военно-морскую академию вместе с императором, с первого взгляда влюбилась в Бастиана Клаузевица, который был выбран лучшим учеником года. Все думали, что это мимолетная юношеская влюбленность, которая быстро пройдет, но принцесса до сих пор была погружена в чувства и не могла освободиться от них.
— Император видел, как его сестра разрушила свою жизнь из-за безрассудной любви. Представь, как трудно ему принимать рациональные решения, когда он думает, что его дочь может повторить судьбу принцессы Гелены.
Несчастная принцесса Гелена.
Имя, произнесённое тётей, пробудило в памяти Бастиана давние воспоминания. К тому же, тот самый нищий герцог тоже упоминал это имя. Кажется, он утверждал, что являелся мужем принцессы Гелены.
История о принцессе, которая, будучи помолвлена с наследным принцем Ловиты, сбежала ночью с тайным возлюбленным, давно стала излюбленным сюжетом дешёвых романов и театральных постановок. Именно поэтому имя Гелены часто использовали мошенники, выдающие себя за кого-то другого.
— Бастиан?
Неожиданно остановившись, Мария Гросс тихо позвала его по имени. Только тогда он осознал, что был погружен в свои мысли.
— Не волнуйтесь, ничего плохого не случится.
Его уверенный ответ сопровождался выражением лица, которое граничило с высокомерным спокойствием.
В этом мире брак был отличной возможностью для выгодной сделки. Его отец, дважды женившись и извлекая из каждого брака свою выгоду, наглядно продемонстрировал этот трудный урок, который Бастиан ни на мгновение не забывал.
Если уж ему предстояло «продать» себя, то Бастиан намеревался заключить сделку с максимальной прибылью. Ради этого он был готов к расчетливым размышлениям и прагматичным оценкам. Наивная принцесса давно перестала быть кем-то значимым в его расчетах.
Мария Гросс, с довольным выражением лица, снова сделала шаг. Пройдя длинный коридор, они вскоре оказались перед гостиной. Звуки чрезмерно громкого смеха уже прибывших гостей, смешиваясь с мелодией изысканной камерной музыки, доносились изнутри.
Бастиан, с безупречной улыбкой на лице, переступил порог гостиной.
Лучше было бы сделать вид, что он не знал о помолвке, которая будет объявлена этим вечером. Ради достоинства Клаузевиц, которым его отец дорожил больше всего.
***
— Что, если забить ту дверь досками? — неожиданно предложила Тира, пристально глядя на дверь отцовской спальни.
Одетта, временно прекратив работу, медленно подняла голову и посмотрела на младшую сестру. Наполовину завершённая кружевная вуаль, искусно выполненная и изящная, совершенно не сочеталась с убогими условиями их съёмной квартиры.
— Если мы закроем дверь, что потом?
— Да какая разница? Честно говоря, мне всё равно, что с ним случится, если он окажется запертым в той комнате. Нет, лучше бы он там и остался!
— Тира.
— Я терпела, когда он пил каждый день, терпела даже его карточные долги. Это ещё куда ни шло, я привыкла. Но то, что он сделал с тобой, я никогда не прощу.
Слёзы наполнили глаза Тиры, которая, не сдерживая гнева, кричала во весь голос.
Одетта, тяжело вздохнув, поднялась со своего места и подошла к сестре. Она нежно обняла её за плечи, и Тира, словно только этого и ждала, разразилась горькими рыданиями.
Девушка хотела сохранить это в тайне от Тиры, но в итоге отец всё испортил. Казалось, он какое-то время будет вести себя тихо, но вскоре снова напился до беспамятства. Когда терпение Одетты иссякло, и она выразила гнев, отец, прямо перед Тирой, начал разглагольствовать о той ужасной ночи. Это были жалкие оправдания и нелепые отговорки, порождённые его собственным комплексом неполноценности.
— Но ведь в конце концов всё обошлось, не так ли?
В тот момент, когда Одетта услышала эти наглые слова из уст отца, она поняла, что даже последняя надежда покинула её.
Девушка смогла остаться в безопасности исключительно благодаря человеку, который оказался победителем в той игре. Этот офицер сдержал своё обещание, и Одэтте удалось избежать большего унижения, чем простое снятие вуали, чтобы показать лицо. Всё, что сделал их отец, — лишь безответственно лил слёзы.
— Может, нам стоит рассказать об этом Его Величеству? — Тира, наконец, прекратившая рыдать, подняла мокрое лицо и посмотрела на Одэтту. — Попросим его спасти тебя, пока отец снова не натворил что-нибудь. Возможно, такую просьбу он исполнит. Ведь ты всё-таки племянница Его Величества.
— Нельзя, — Одетта решительно покачала головой, обхватив лицо Тиры. — Слушай меня внимательно. Нет, Тира. Никогда.
В голосе девушки, обычно спокойном, слышались непривычные беспокойство и тревога.
Дочь мерзавца, разрушившего жизнь ее сестры.
Одетта прекрасно знала, что для императора она была не более чем презренным существом. Она также осознавала, что пенсия, выплачиваемая для членов императорской семьи, была последним проявлением уважения к крови, оставленной принцессой. Если же станут известны отвратительные преступления ее отца, позорившие императорский род, она могла потерять даже это.
— Умойся. Пойдем.
Одетта, глядя на лицо Тиры, которая снова начала всхлипывать, приняла импульсивное решение. Ей казалось, что если она останется в этом доме, то совершит что-то ещё хуже, чем заколачивание двери в комнату отца. Она не хотела, чтобы её и Тиры жизнь скатилась в такую пропасть.
— Давай выйдем в город. Прогуляемся, поужинаем, — предложила она.
— Так внезапно? — глаза Тиры округлились от удивления.
— Почему? Ты против? — уточнила Одетта.
— Нет, дело не в этом. Просто у нас ведь нет на это денег... — ответила Тира, смущённо опустив взгляд.
— Есть, — девушка спокойно перебила ее.
По решительному взгляду было ясно, что объяснять дальше она не собиралась.
Тира, разрываясь между спальней, где спал пьяный отец, и лицом Одетты, в конце концов, решила поспешно броситься в ванную. Громкий звук её шагов немного разрядил тяжёлую атмосферу отчаяния и печали, окутывающую дом.
Пока Тира вытирала следы слёз, Одетта тоже приготовилась к выходу. Она надела шляпу, перчатки и взяла с собой сбережения, которые накопила, продавая кружева. Не забыла она положить в сумочку и маленький складной нож.
— Ну как, сестрёнка? Всё в порядке?
Закончив приготовления, Тира с немного напряжённым выражением лица встала перед ней.
Одетта внимательно осмотрела одежду младшей сестры, собственноручно разгладила складки на юбке и поправила воротник. Наконец, приведя в порядок её причёску, она утвердительно кивнула, и Тира, наконец, облегчённо улыбнулась. Её лицо тут же просветлело и снова обрело живость.
Одетта взяла сестру за руку, и они покинули старый дом у реки.
Их мягкие, будто танцующие шаги, звучали чётко и ритмично, словно аккомпанируя ясным сумеркам, окрасившим дорогу в прозрачный лиловый оттенок.
http://tl.rulate.ru/book/103321/5595605
