Готовый перевод You’re Fired! / Ты уволена! [Завершено✅]: Глава 45.2. Скромный босс усердно готовит, теряет деньги, но обязан смеяться.

Острым взглядом Бай Дуаньдуань сразу же заметила появление ожога от масляных брызг на руке адвоката Цзи во время жарки. Но как будто привыкнув к этому, он продолжал молча жарить, даже не тряхнул рукой.

Она тоже однажды испытала на коже раскалённое масло, и это было очень больно. Хоть Цзи Линь поручил ей не двигаться и не создавать проблем, девушка почувствовала, что не может просто сидеть в стороне и ничего не делать.

— Цзи Линь!

Бай Дуаньдуань подбежала и схватила его за руку. К счастью, силы ей было не занимать, и выключив огонь, она потащила сопротивляющегося Цзи Линя к крану. Бай Дуаньдуань поместила его руку под проточную воду и начала тереть. Она закатала повыше его манжету рукава, чтобы полностью омыть рану водой, но после этого девушка увидела обычно прикрытую внутреннюю сторону руки мужчины, которая была вся в маленьких и больших шрамах.

Бай Дуаньдуань даже не обращала внимания на льющуюся воду, а резко посмотрела на Цзи Линя и поражённо спросила:

— Тебе нравится причинять себе вред?

Цзи Линь, вероятно, не смог сдержаться и закатил глаза, прежде чем вырваться из её хватки.

— Какой вред, мне что больше нечего делать кроме, как каждый день резать себя? Что если через в рану попадут микробы, и я заражусь столбняком? Мне придётся в больницу, записываться к врачу и тратить деньги.

Бай Дуаньдуань: «…»

Верно, человеку после членовредительства нужно обращаться к врачу, что не соответствовало стилю Цзи Линю, но адвокат всё равно была озабочена этими старыми шрамами на его руке.

— Тогда откуда взялись эти шрамы?

Цзи Линь сполоснул руку и слегка раздражённо ответил:

— От готовки.

Сколько нужно приготовить блюд, чтобы получить столько ран? Впервые в своей жизни Бай Дуаньдуань внезапно почувствовала лёгкую боль за его великолепные кулинарные способности.

Она нетерпеливо сказала:

— Если у тебя нет мази от ожогов, просто держи руку несколько минут под холодной водой. Многие небольшие шрамы, не очень серьёзные, пройдут и не оставят шрама!

Но Цзи Линь не обращал на девушку больше никакого внимания. Он вернулся к плите и снова начал готовить тушёного карпа, при этом подсознательно произнёс:

— У кого есть время мыть руки при такой занятости. Чем больше блюд приготовишь, тем больше денег получишь в конце.

— Больше денег? Разве ты не готовишь для себя? — Бай Дуаньдуань нахмурилась и быстро спросила: — Ты работал в ресторане?

Когда она встретила этого мужчину, он уже был зрелым и стабильным человеком. Но сейчас её заинтересовал Цзи Линь в молодости. Каким человеком он был в юности, был ли партнёр Цзи таким же холодным, бесчувственным и расчётливым? Он работал в ресторане? В каком именно ресторане? Что случилось? Было ли там что-нибудь интересное? Признавались ли клиентки ему в любви...

Бай Дуаньдуань вообще не осознавала, что сейчас больше всего на свете её заинтересовали мельчайшие детали жизни Цзи Линя.

К сожалению, было видно, что он не хотел развивать эту тему. Мужчина издал «хм» и быстро сменил тему, Бай Дуаньдуань также скоро отвлеклась на разнообразные томительные ароматы на кухне.

Цзи Лин уже достал из ёмкости её любимую говяжью грудинку с помидорами, и Бай Дуаньдуань стояла перед ней с горящими глазами и с полным ртом слюней.

Наверно из-за того, что её взгляд был слишком обжигающим, что Цзи Линь, который был занят приготовлением оставшихся нескольких блюд, не мог не взглянуть на неё, а после протянул палочки.

— А?

Он немного рассердился, но повернул голову и сказал неестественным голосом:

— Разве ты не хочешь есть?

Бай Дуаньдуань действительно была жадной, но есть в одиночку за спиной других коллег казалось некрасивым.

— Это такая маленькая посуда, и им так долго хотелось есть, поэтому, как только они увидят её, пройдёт лишь несколько минут прежде чем на тарелке останется лишь один кусок. — Цзи Линь посмотрел на девушку. — Они съедят столько же кусков мяса, что и ты, хотя ничего не сделали. Готова наблюдать за этим?

«Абсолютно не готова!»

Бай Дуаньдуань внутри почти взревела и даже не заметила логической проблемы. Другие коллеги ничего не сделали, но хоть она сидела на корточках в кухне, она тоже ничего не делала.

Но в эту секунду адвокат Бай не могла больше об этом думать и с уверенностью заявила:

— Я поем! Я поем!

Она взяла чистые палочки, чтобы переложить несколько кусочков в другую тарелку, а потом довольно вдохнула аромат и приготовилась с удовольствием съесть их, но, когда она поднесла мясо ко рту, Бай Дуаньдуань задумалась и протянула грудинку ко рту Цзи Линя.

— Ну же, Цзи Линь! Открой рот! А-а-а!

Цзи Линь заканчивал готовить последнее блюдо с жареными овощами, когда замер, неожиданно увидев перед собой говяжью грудинку, а затем лицо Бай Дуаньдуань, увеличенное во сто раз.

Говорят, что красота усиливается на расстоянии, но даже на такой близости сквозь запах жареного масла и дыма Бай Дуаньдуань всё равно выглядела очень красивой. Она обладала запоминающейся красотой. Такая красота оставляла сильное впечатление с первого взгляда, и Цзи Линь никогда не задумывался об этом, но был крайне заинтригован.

Бай Дуаньдуань заметила, что мужчина не реагировал, а лишь смотрел на неё с широко раскрытыми глазами, поэтому она немного забеспокоилась:

— Ешь! Я пью воду, но не забываю, кто выкопал колодец. — Девушка снова поднесла грудинку ко рту Цзи Линя. — Всего один кусочек, ты можешь продолжить перемешивать!

Ему всегда казалось, что кормить таким способом было довольно глупо, и даже если восхитительный аромат говяжьей грудинки взорвал его вкусовые рецепторы, мужчина всё равно считал, что это не меняет ситуацию.

Цзи Линь взглянул на Бай Дуаньдуань, которая после того, как подала ему кусочек мяса в качестве дани, села за стол и начала есть в одиночестве. Её лицо выражало абсолютное счастье, словно кошка, сумевшая отыскать осенним днём место под солнцем.

Бай Дуаньдуань была такой идиоткой. Это всего лишь мясная грудинка, что в ней такого особенного? Это даже не высший уровень его кулинарных способностей.

«Если Бай Дуаньдуань попробует остальные блюда во время сегодняшнего обеда, она расплачется на месте?»

Цзи Линь подумал, что кормление таким образом действительно глупое. Он никогда бы не открыл рот, если бы не тот факт, что Бай Дуаньдуань держала у лица мужчины кусочек мяса, которое он сам приготовил, настолько близко, что оно чуть не попало ему в глаз.

Очень по-детски.

Глупо.

По-идиотски.

Но грудинка потрясающая.

Поэтому забыли.

Цзи Линь немного устал готовить большой стол для стольких людей, но сейчас он был в хорошем настроении. Мужчина снова взглянул на Бай Дуаньдуань и заметил, что она с жадностью собирается положить кусочек горячей говядины в рот.

У него чуть не начала болеть голова, и он процедил:

— Бай Дуаньдуань! Ты не можешь есть медленнее?!

***

Когда Цзи Линь начал готовить блюда, он работал настолько умело и профессионально, что нарезка овощей в глазах окружающих выглядела ослепительной. В конце концов, Бай Дуаньдуань ела одна, пока он заканчивал дела, что неописуемо замедляло процесс. К тому времени, как девушка наелась на семьдесят-восемьдесят процентов, Цзи Линь закончил готовить все блюда.

Он посмотрел на неё.

— Хорошо, ты можешь подавать блюда, я выйду первым, — сказав это, Цзи Линь будто что-то вспомнил, поэтому повернулся и добавил: — Не забудь слегка испачкать одежду и закатать рукава.

Сказав это, адвокат Цзи опустил рукава, снова затянул галстук, надел пиджак, выпрямился, вернул прежнюю невозмутимость и бесстрастно вышел из кухни. Если бы девушка не наблюдала за всем своими глазами, Бай Дуаньдуань подумала бы, что Цзи Линь, орудующий у плиты, был плодом её воображения.

Но сейчас... Бай Дуаньдуань прочистила горло и по его просьбе придала одежде вид, будто только что закончила готовить, а потом открыла дверь кухни и позвала всех зайти и помочь наложить порции по тарелкам.

Люди давно уже проголодались, и теперь при запахе еды они начали истекать слюной. Большинство людей не строили никаких ожиданий или требований к качеству еды, они просто хотели наполнить свои желудки, но было неожиданно, что Бай Дуаньдуань подаст им полный стол, провозившись на кухне лишь короткий отрезок времени!

Ян Фань первый издал радужное чириканье и выглядел на грани слёз, пока ел:

— О Боже мой! Адвокат Бай, вы — богиня! Как еда может быть такой вкусной! Попробуйте эту говяжью грудку, она просто тает во рту! А эти хрустящие свиные рёбрышки, по-моему, очень хрустящие.

Пока все ели, в глубине души они соглашались со всем.

— Я не ожидал, что адвокат Бай будет настолько красивой и хозяйственной. Её будущий муж, скорее всего, спас галактику в прошлой жизни!

И чтобы не отставать, Ван Фанфан проглотила кусок кисло-сладкого свиного рёбрышка и мгновенно разразилась в восхвалениях:

— Несмотря на то, что это всего лишь нежное кисло-сладкое свиное рёбрышко, когда я ем, то явно чувствую любовь, которую человек вложил в него, уважение к ингредиентам, глубокую любовь к жизни и кисло-сладкий вкус, который приносит настоящее наслаждение. Всего лишь после одного кусочка, можно сказать, что такие нарезки, должно быть, дело рук красивой и необыкновенной девушки…

— Кхе-кхе-кхе...

Прежде чем она успела договорить, Цзи Линь, что изящно обедал молча в стороне, внезапно подавился и безумно закашлялся.

http://tl.rulate.ru/book/103255/5151335