Асока гримасничает. "Не думаю, что он придет", - говорит она, глядя на Омегу. Ей было... странно привыкать к тому, что молодая женщина-клон так много времени проводит с Энакином и Вейдером. Но Омега так юна и невинна, что Асока не может найти в себе никакой ревности. И она обнаруживает, что ей нравится проводить время с Омегой. Она хочет угодить и жаждет учиться.
Омега пожимает плечами, садясь на пол перед Асокой и скрещивая ноги. "Энакин сказал мне, что он может не успеть", - отвечает она. "Но ты ведь можешь научить меня основам?"
Это не входило в планы. "Да, конечно", - заверяет она. Часть девушки задается вопросом, не было ли это сделано Энакином намеренно, но она так не думает. После откровений Энакина, случившихся несколько дней назад, а также последовавшего за этим разговора с Вейдером они стали проводить больше времени вместе, и Энакин казался рассеянным, когда они разговаривали. Должно быть, что-то случилось, иначе он был бы здесь.
Она до сих пор не знает, как относиться к откровениям Энакина о его поступках в прошлом. Это кажется таким... нереальным, что он мог совершить нечто подобное. Ей казалось, что она знает его, но, возможно, это было не так. Может, это и к лучшему. В прошлом она бы не поняла. А теперь... Теперь, когда галактика находится в таком состоянии, Асока чувствует себя гораздо увереннее, пытаясь понять, пытаясь быть более непредвзятой, а не опираться на свои учения.
То, что сделал Энакин, было ужасно, но он сожалеет об этом. Он не может этого изменить, поэтому может только жить дальше. И ей придется сделать то же самое. Она и поступает так же. Как бы неожиданно это ни было, Энакин все равно остается тем же человеком, который воспитывал и обучал ее с тех пор, как она стала падаваном. Это ничего не меняет, и со временем Асока знает, что полностью смирится с этим.
И тут возникает вопрос с Вейдером. Асока до сих пор очень противоречиво относится к нему. Конечно, он не настолько... ситх, как она думала, но его тьма несомненна. Он пытается помочь галактике. Она чувствовала его убежденность, его решимость. Это странно, потому что противоречит всему, что, как ей казалось, она знала, но в последнее время многое пошатнулось в ее мировоззрении. Все, что она может сделать, - это продолжать двигаться вперед.
"Ты ведь умеешь медитировать?" спрашивает Асока, вытесняя из головы мысли об Энакине и Вейдере. Ей нужно сосредоточиться на Омеге.
"Да", - подтверждает она, - "Я чувствую Силу, но мне трудно... использовать ее".
Это... не то, с чем Асока никогда раньше не сталкивалась. В Храме посвященные учатся использовать Силу, когда они еще очень молоды, но Омеге сейчас, должно быть, одиннадцать. "Мы будем работать над этим, но не жди, что это произойдет сразу", - говорит ей Асока. "Возможно, тебе понадобится не один урок, чтобы понять это".
Омега кивает, понимая. "Хорошо".
И вот урок начинается.
**w**
Вокруг темно, почти черно, и сколько бы он ни оглядывался, Вейдер не узнавал их. По его позвоночнику ползет колючее чувство предчувствия, а Темная сторона шипит в ушах неслышными предупреждениями. Его респиратор ритмично работает, и он напрягает все свои органы чувств, пытаясь определить, откуда исходит опасность. С одной стороны раздается щелчок, и он поворачивается, чтобы увидеть Энакина, медленно огибающего зазубренный выступ скалы с настороженным и неуверенным выражением лица.
"Что-то не так".
Вейдер не знает, кто это сказал - это мог быть любой из них, - но они оба это чувствуют. В этот момент они оба ощущают себя единым целым. Странная связь между ними, настолько сильная, что они видят друг друга глазами.
И тут из тени начинают появляться фигуры в плащах, материализуясь. Вейдер инстинктивно встает спиной к спине с Энакином, опускает руку на рукоять светового меча, готовясь к несомненно предстоящей битве. Он чувствует ее приближение по тому, как напрягается Сила. Щелчка десятков световых мечей почти достаточно, чтобы он вздрогнул, и все вокруг засияло мириадами синих и зеленых оттенков.
Джедаи.
Это джедаи.
Вейдер едва успевает это осознать, как к ним приближаются фигуры в плащах, движущиеся как тени, окутывая их тьмой. Позади себя он слышит крик Энакина, который рвется прочь. Он пытается бороться, но на них не действуют ни его световой меч, ни Сила, и...
Энакин. Он должен добраться до Энакина. Он чувствует, как Энакина топят призраки, как его жизнь мерцает в Силе, как грани реальности начинают блекнуть и расплываться по мере того, как у них отнимают жизнь. Они пришли за Энакином, чтобы добраться до него. Они...
"Энакин!" - зовет он, отчаянно, неистово.
Он мельком видит младшего сквозь тень, глаза расширены, выражение лица испуганное, а потом...
И тут он рывком просыпается.
Он тяжело дышит, но тепло прижатого к нему тела Энакина, тревога и настороженность в его Силе немного успокаивают его. Это было не по-настоящему. Не было. Это был всего лишь сон. Кошмар. ... Видение.
"Все хорошо", - шепчет Энакин, обхватывая его руками и прислоняясь к его боку. "Все хорошо. Я здесь".
У Вейдера едва не перехватило дыхание от этих слов, от того, что они означают. Это снова был общий кошмар; с тех пор как он приехал сюда, у них был только один, еще на Серено. Последствия, по меньшей мере, тревожные. Значит, это было еще одно видение? Уже дважды он видел, как Энакин умирает по вине джедаев, и не знает, что с этим делать. Неужели это предупреждение? Если да, то о чем? О джедаях?
Более чем вероятно.
Вейдер обнаруживает, что все больше и больше ожидает нападения джедаев. Ему придется внимательно следить за ними, если Сила сочла нужным предупредить его о них не один, а два раза.
"Мы будем осторожны, - шепчет Энакин, проводя рукой по позвоночнику Вейдера. "Этого не случится".
Но Энакин не может этого обещать, никто не может, и Вейдер боится. Он не может жить в мире, где Энакин мертв. К счастью, природа их связи делает это невозможным. Если умирает один, то вскоре умирает и другой. Так и должно быть.
Вейдер на мгновение закрывает глаза, сосредотачиваясь на физическом ощущении прикосновения, позволяя ему успокоиться. Когда он снова открывает их, то смотрит на Энакина, изучая младшего. Удивительно, но в отличие от первого раза, когда это произошло, Энакин не выглядит испуганным. Он потрясен, да - это чувствуется по их связи, - но он также решителен, полон решимости.
Энакин легонько проводит левой рукой по плечу Вейдера. "Прошло не так много времени, - тихо говорит он, - но тебе - нам нужен отдых".
Вейдер не хочет отдыхать. Он боится того, что увидит в этом случае. Но он также боится оставаться в сознании. Если он не отдохнет, то так и будет лежать здесь без сна, а его мысли будут бегать по кругу, пока он будет пытаться и не сможет не думать о том, что Энакин сказал ему об Оби-Ване. Он не может - не может позволить себе зацикливаться на этом; это слишком больно. Он не может представить, как Оби-Ван, как его учитель мог ошибаться.
Это... это не имеет смысла. Оби-Ван всегда был прав, а он, Энакин или Вейдер... нет. Но... но... (а что, если он ошибался? Что бы это значило?)
Нет.
Нет.
Энакин не знает, о чем говорит.
http://tl.rulate.ru/book/103113/3598278
Готово:
