## Глава 80 78. Не делай зла из-за мелочей, я думаю, их нужно исключить (ищу голосов)
— "Все кончено."
— "Репутация испорчена."
В тот момент, когда Невилл заорал, пятеро поняли, что все пропало, они были мертвы как баклажаны, замерзшие в мороз.
— "Обманывать одноклассников, издеваться над одноклассниками, нападать на одноклассников, запугивать одноклассников, как вы смеете?! Как вы смеете?!"
Лицо профессора Макгонагалл пылало огнём. Она больше не могла сдерживать гнев, который кипел у нее в груди. Она чувствовала, что давление её крови неумолимо растёт. Особенно после слов Невилла, она не могла поверить, что это просто самообучающиеся студенты.
— "Сейчас вы пойдете со мной к директору Дамблдору."
— "Я расскажу директору Дамблдору об этом, и он решит, какое наказание вы получите."
Профессор Макгонагалл говорила, будто исчерпала все силы, и ее тело слегка дрожало, как будто порыв ветра мог ее свалить.
В этот момент профессор Макгонагалл чувствовала себя очень уставшей. Её сердце было переполнено усталостью. В самом деле, она была хорошим профессором, ответственным профессором. В отличие от Снейпа, который любил покровительствовать Слизерину, она была справедливой и честной. Жаль, что у неё было так мало сил.
Невозможно уследить за каждым маленьким волшебником, невозможно вовремя обратить внимание на все ситуации, в которые они попадают.
Даже Дамблдор не был от этого застрахован.
— "Что касается вас, мистер Дурсли, думаю, вы тоже должны пойти со мной в кабинет директора."
Взгляд профессора Макгонагалл скользнул по Дадли, Гарри, Гермионе, Невиллу и другим, и остановился на Дадли.
В конце концов, именно он был виновником всей этой истории.
Профессор Макгонагалл не была слепой. Большие шишки на лбах юных волшебников, очевидно, появились не от магических заклинаний.
— "Да, профессор Макгонагалл."
В тот момент Дадли был очень послушным, что заставило Снейпа пристально смотреть ему вслед.
Хотя дело со Слизерином было подавлено словами Карло, в мире нет непроницаемых стен, и Снейп узнал о происшедшем.
— "Северус, думаю, вам тоже нужно пойти со мной. В конце концов, этот парень — Слизеринец."
Снейп не выражая эмоций кивнул, но в его сердце кипели чувства, неподвластные внешнему спокойствию. Когда он смотрел на широкую спину Дадли, в его глазах промелькнуло сложное выражение.
Там были воспоминания, сожаления и ещё — зависть.
Сцена перед ним казалась знакомой, но персонажи сменились.
Он защищал девушку, а я...
Если со мной случится такое, смогу ли я сделать то же самое?
Дамблдор слегка опешил от неожиданного вторжения в свой кабинет. Он готовился к выступлению скелетного оркестра на сегодняшнем Хэллоуинском ужине.
Хотя это был величайший белый волшебник XX века, он не был всезнающим и всемогущим богом. У него не было способности предсказывать будущее, ни хрустального шара, чтобы постоянно подглядывать за жизнью юных волшебников.
Он был всего лишь Гриффиндорцем с более развитым мозгом.
Профессор Макгонагалл подробно рассказала Дамблдору всю историю. После её слов Дамблдор постепенно нахмурился, затем посмотрел на дрожащих юных волшебников, стоящих у стены.
— "Мистер Дурсли, что вы думаете об этом деле?"
Дамблдор спросил громко, и его сапфировые глаза встретились с такими же голубыми глазами.
Дадли спокойно смотрел на Дамблдора.
Не спросишь - не ответишь, но ты спросил.
— "Я думаю, что Гермиона - не первая и не последняя, кто столкнулся с подобным."
— "Школьная травля легко начинается, но ее уже не остановить. Поэтому такие случаи нельзя терпеть, их нужно строго наказывать."
— "Я думаю, что пятерых нужно исключить."
Хотя тон Дадли был ровным, в его словах звучала сила. Это было не столько обращение к Дамблдору, сколько изложение решения.
Профессор Макгонагалл открыла рот, но в итоге ничего не сказала.
Лицо Снейпа потемнело, но не потому, что он считал наказание слишком суровым. Как бы строго ни наказали Гриффиндорцев, он мог бы смириться. Но слова Дадли напомнили ему о себе и Джеймсе. За столько лет Гриффиндор так и не изменился.
— "А ты задумывался об этом? Они просто совершили одну ошибку. Возможно ли такое наказание за одну ошибку?"
Глаза Дамблдора были прикованы к Дадли, его голубые глаза были глубоки как море, он словно хотел заглянуть ему в душу.
— "Профессор Дамблдор!"
Голос Дадли звучал не просто громко, это был раскат грома, который оглушал, от него содрогалось тело Дамблдора.
— "Не делай зла из-за мелочей."
— "Может быть, ты думаешь, что это просто мелочь, но по моему мнению, это только начало зла."
— "Если ты сейчас легкомысленно отнесёшься к этому, то, создав прецедент, ты уже не сможешь остановиться. Будут бесконечные неприятности."
— "Нужно убить зло в зародыше, иначе каждый станет преступником. И каждый будет им!"
— "Сегодня они могут издеваться над Гермионой."
— "Завтра они будут издеваться над Лонгботтомом."
— "Послезавтра они будут издеваться над Уизли."
— "А через день — над Гарри Поттером."
Звучало это так оглушительно, что люди не могли не задуматься.
На самом деле, Дадли не был паникёром. Зная характер этих ребят, Невилл точно бы подвергся травле. И они действительно бы издевались над Роном. У Рона был брат, но это не делало его менее привлекательной мишенью для издевательств, чем Невилл.
Потому что Рон был беден.
Именно из-за бедности. Их семья была бедной. С самого детства у него не было друзей, кроме брата.
Бедность - первородный грех.
— "Сначала спрятали обувь, потом книги. Затем они стали делать всё нарочно на уроках. Догадайтесь, что они будут делать дальше? Испортить одежду Гермионе!"
Говоря это, Дадли отошел от своего прежнего спокойствия, его тон полностью изменился. Как будто за его спиной пылал огонь, который превратился в огромного медведя, задирающего голову и ревущего от злости.
Вы бы сказали, что это шутка?
Шутка, если вы не сердитесь, шутка среди знакомых.
Но это уже не шутка, это — зло. И зло — это зло.
Что будет дальше? Снять с Гермионы одежду и снять это на видео? Или прямо напасть на неё?
Не думайте, что хулиганы ничего не понимают, не думайте, что в юном возрасте они не знают, что происходит. Некоторые люди развиваются быстрее, чем вы можете себе представить, не только умственно, но и физически.
— "Мы этого не хотели!"
Пятеро по-прежнему отпирались.
— "А?.."
Взгляд Дадли переместился с Дамблдора на говорившего. Это был парень, который до этого использовал "Фухриш" на Дадли, которого профессор Макгонагалл называла Гансом. Он весь дрожал, трясся как осина.
Это были обычные голубые глаза, но в глазах пятерых они казались не глазами, а гигантским драконом, который сходит с ума и готовится наброситься на них.
Даже Малфой такого не переживал.
Он не сомневался, что если он посмеет ещё что-то сказать, тогда другой парень на него набросится и разорвёт его на части.
Давайте вспомним сколько прозвищ у Снейпа: Снейповский Монстрик, Сопливый, Урод, Жирный Старый Кошмар, Злой Пожиратель Смерти, Трусливый.
http://tl.rulate.ru/book/101985/4341442
Готово:
