Чжоу Иньчжи ушёл.
Янь Линь долго сидел в своём кабинете. Цин Фэн, стоявший снаружи, спросил:
— Молодой господин, а что насчёт встречи в «Башне Цзян Сяо»?
Янь Линь медленно прикрыл ладонью своё лицо и спросил:
— Отец вернулся?
Цин Фэн был удивлён, но ответил:
— Господин, вероятно, в зале Чэнцин.
Тогда Янь Линь встал и направился прямиком из своего кабинета по длинной галерее, усыпанной искусственными горами, к залу Чэнцин.
Снаружи лил сильный дождь.
Даже идя под крышей галереи, холодный ветер проникал сквозь дождь, обдувая его.
Цин Фэн был шокирован, увидев, что Янь Линь уже ушёл далеко вперёд, и только потом осознал, что происходит. Он быстро взял зонтик и побежал за ним:
— Молодой господин, зонтик!
Зал Чэнцин в поместье Юнъи, где обычно проживал отец Янь Линя, Янь Му.
Как только Янь Линь подошёл, старый управляющий поместьем улыбнулся ему:
— Молодой господин пришёл, ага. Только что прислуга принесла две бочки хорошего вина, господин уже открыл одну и думал, с кем бы выпить в эту дождливую погоду, а вы как раз вовремя.
Янь Линь не ответил, продолжая идти, не останавливаясь.
Старый управляющий на мгновение замешкался, оглянулся на удаляющуюся фигуру Янь Линя и, не удержавшись, спросил Цин Фэна:
— Что сегодня с молодым господином?
Хоу Янь Му, хозяину Юнъи, уже за сорок, на его волосах появились седые пряди, но они ещё не слишком заметны.
В конце концов, он прошёл через армию, командовал войсками и воевал, так что даже в этом возрасте он выглядит крепким и здоровым. Его жёсткая борода и глаза, исполненные воинского блеска, и рубец на лбу, оставшийся после боевых лет, всё это было частью его образа.
И как сказал управляющий, он действительно только что открыл бочку вина.
На столе стояли закуски.
Только что налитое вино исходило ароматом, смешиваясь с запахом еды и распространяясь во влажном воздухе.
Увидев входящего Янь Линя, Янь Му рассмеялся в полный голос, который отозвался в его груди:
— Не говорил ли ты, что сегодня уйдёшь? Зачем пришёл? Отлично, попробуй этот напиток.
Янь Му кивнул на чашу на столе.
Янь Линь остановился у стола и взглянул на своего отца, губы его были плотно сжаты, словно он сдерживал что-то внутри. Затем он взял чашу и выпил её до дна.
Юноша, готовящийся к церемонии взросления, глотал вино, и его горло подергивалось.
Горький напиток струился по горлу, жгучее ощущение проходило от щек до самого сердца!
С громким звоном чашка была поставлена на стол.
Янь Му хорошо знал своего сына, они всегда могли поговорить обо всём, даже о том, как сильно мальчик любит дочь Цзян. Но такого поведения отец никогда раньше не видел.
Тогда Янь Му понял, что у сына есть какие-то проблемы.
Осмотрев Янь Линя с головы до ног, он улыбнулся:
— Что, поссорился с маленькой Цзян Сюэнин?
Янь Линь не улыбнулся, его взгляд на отца не колебался, и он спросил:
— Отец, вы знаете, что император приказал жемчужной страже расследовать остатки сторонников Король Пиннаня?
Янь Му, собиравшийся налить себе вина, вдруг замер.
Подняв голову, он встретился взглядом с Янь Линем. Взгляд юноши был таким острым, что, казалось, невозможно укрыться. Но осмыслив смысл его слов, Янь Му внезапно понял что-то.
Он не встревожился.
И не удивился.
Внезапно он засмеялся, а затем громко расхохотался, словно вспомнил какой-то абсурдный и безумный случай из прошлого, потирая руки и качая головой. Когда он заговорил, в его голосе звучала злоба и безумие...
— То, что должно было случиться, в конце концов произойдёт! Прошло двадцать лет, я не могу забыть, и те, кто совершил грехи, тоже не могут забыть! Ха-ха-ха-ха...
Почему хозяин Юнъи связан с остатками сторонников Король Пиннаня?
Двадцать лет назад, когда Король Пиннань в союзе с повстанцами Тяньцзяо планировал восстание и штурмовал столицу, убивая в императорском дворце, хозяин Юнъи был верным слугой, как и господин Чэнгуо, и сыграл большую роль в подавлении восстания.
В прошлой жизни некоторые тайны так и не были разгаданы.
***
Назначенное время давно прошло, а Янь Линь всё ещё не появился.
Сердце Цзян Сюэнин постепенно опускалось.
Если бы её не выбрали для сопровождения во дворце, она бы уже несколько дней назад сказала Янь Линю, но вмешательство этих людей всё перевернуло, нарушив её планы. Во дворце слишком много людей и ушей, не было возможности чётко всё объяснить.
А теперь Янь Линь, должно быть, уже знает, не так ли?
Стоя у окна уютной комнаты на втором этаже, она смотрела на дождь за окном.
Он шёл долго.
Он был сильным.
Небо постепенно темнело, и по всей столице загорались фонари, тёплый желтый свет освещал окна домов и зданий вдали, но размытые очертания в летящем дожде и тумане стали неясными.
Ветер становился всё более резким.
Тан-р и Лянь-эр, следуя за Цзян Сюэнин, увидев сильный ветер, несколько обеспокоились. Подойдя к окну, они собрались закрыть его и не удержались от замечания:
— Господин Янь Линь так и не пришёл, возможно, у него что-то случилось? Госпожа, может, нам лучше уйти?
Цзян Сюэнин лишь ответила:
— Не закрывайте.
Её голос был тихим, а взгляд так и не отвёлся от светящихся под дождём линий за окном.
Тан-эр и Лянь-эр переглянулись.
Им казалось, что сегодня было что-то необычное.
Обычно молодая госпожа никогда не назначала встреч Янь Линю, а теперь вдруг пригласила его, и обычно пунктуальный Янь Линь почему-то опаздывал.
Но они не осмеливались спрашивать.
Когда Цзян Сюэнин сказала не закрывать окно, они вынуждены были отступить, но попытались убедить её уйти от окна:
— Может, вы перейдёте в комнату? Мы будем следить и сообщим вам, когда придёт господин Янь Линь. Здесь, у окна, такой сильный ветер, и у вас итак не очень крепкое здоровье. Если вас продует или вы простудитесь, мы будем виноваты.
Но Цзян Сюэнин, казалось, не слышала их, оставаясь неподвижной, словно и не слышала их слов.
Лянь-эр и Тан-эр больше не решились её убеждать.
В изящной комнате снова воцарилась тишина, слышался только шум дождя за окном и изредка доносились звуки пирушек из близлежащих трактиров.
Звук копыт и грохот колёс внезапно разрезал пелену дождя.
Лянь-эр и Тан-эр встрепенулись.
Оглядевшись в окно, они увидели, что карета не принадлежит резиденции Юнъи и остановилась не у башни Цзян Сяо, а напротив, у таверны Сичэнь Сюань. Прислуга первым вышел из кареты и с уважением развернул зонт, встречая выходящего.
У мужчины в тёмно-синем длинном халате была морщинка на лбу, будто ему не нравился дождливый день.
Черты лица были правильными, но глаза были слишком глубокие.
Уголки его губ всегда казались слегка поднятыми, но его взгляд не был искренним, даже с некоторой врождённой жестокостью.
Цзян Сюэнин, стоя у окна, почти сразу узнала его.
Это был Чэнь Ин!
Знаменитый кровавый чиновник нынешней эпохи, нынешний викарий министерства наказаний, тот самый человек, который почти убил Чжан Чжэ в прошлой жизни...
Что он делает здесь?
http://tl.rulate.ru/book/93968/4639359
Готово:
Использование: