- Вы как? - осторожно спросил я бабушку. - Устали, наверное?
Прозвучало издевательски.
Ни того, зачем эта сцена избиения меня нужна была, ни того, что именно послужило поводом, я так и не понял. Будь Чио моего возраста, я б сказал, что у человека случился срыв на почве переработки или общей задолбанности, типа как когда я треснул Бакуго. Но у людей пожилых темперамент обычно смещается от холерика в сторону флегматика, просто в силу возрастных изменений.
Может быть, действительно переработала Исцеляющая? Тут ведь аж пять человек на ноги ставить надо было, мы двое тут до сих пор лежим, она нас каждый день подлечивала...
По правде говоря, выглядела пожилая женщина действительно не очень, ну, в смысле, хуже, чем я ее помнил. Морщины, мешки под глазами, пятна пигментные в паре мест… Эх. Старость не радость. Мои родители в этом мире были довольно молодые, пожилые люди в школах работали нечасто, а дедушек-бабушек своих я не знал, поэтому я, по сути, впервые за долгие годы взаимодействовал с кем-то такого преклонного возраста. Сколько ей? Семьдесят? Восемьдесят?
Чио тем временем издала что-то вроде “ох-хо-хо…”
Устала драться, наверное, бедная баб…
Тут я прикусил воображаемый язык.
Побольше уважения, Нирен. Ведешь себя, как прямоходящий австралопитек Ниренгек.
- Жить буду, - едко ответила Шузенчи,- Потому что, в отличие от некоторых, не сую голову в пасть ко льву! И пользуюсь головой не только для еды или ударов!
Так, она снова закипает… откуда в таком маленьком существе столько злости?
Сейчас она совсем не была похожа на умудренную годами китаянку из первой нашей встречи, скорее на циничную старую деву. Я бы не удивился, будь у нее сигарета в руках.
Пугающая метаморфоза.
Но при этом она с трудом опиралась на спинку моей койки.
- … нарастили себе мышц, натренировались, уже весь мозг мышцой зарос, а…
- Извините, - я встал и снова поклонился. - Я просто старался не допустить смертей среди ребят, вот и все.
Чио перестала ворчать.
- Все вы, герои, так говорите. Пока живы. Ах, я не… - она грустно улыбнулась, видимо, наконец взяв себя в руки, и похлопала меня по коленке, - Я тоже прошу прощения. И сядь уже. А не то за трость возьмусь!
Я присел на краешек кровати. Осторожно заметил:
- У вас потрясающая причуда. Но, наверное, и тяжелая отдача от злоупотребления. Вы поэтому рассердились, может быть?
Чио Шузенчи замахала руками и окончательно расслабилась, возвращаясь к образу благообразной старушики
- Не-не что ты, просто возраст... причуда не уменьшает срок моей жизни или еще что, вообще никаких таких вещей, вообще. Просто... усталость, вот.
Причуда не дает никакой отдачи? Хм. Странно.
- Так, - уставилась на меня добрая китайская бабушка. - А чего это ты сладкое не кушаешь? Непорядок! Ну-ка вот тебе конфеток, милок…
- Да я же уже…
Чио потянулась за тростью.
- Ну, может быть, хотя бы протеиновый батончик? - неразборчиво взмолился я, но медсестра была неумолима, и мой рот оказался полон окаменевших ирисок. которыми мне и пришлось обреченно захрустеть
Затем она взяла свою трость-шприц, которая реально оказалась функциональным шприцом, и мне потребовалось помочь ей проколоть мне руку, чтобы взять кровь. Мол, слишком крепкие мышцы.
Я подумал об этом, потом вспомнил про свой “перелом” пальца на ноге и чугунную башку Бакуго, вспомнил про свое падение на вступительном экзамене, про многочисленные экстремальные тренировки, с которых я выходил целым, про то, что меня только что, не сдерживаясь, ударил монстр, якобы обладающий равной Всемогущему силой, и даже оторвал мне руку… а я все равно выжил.
“Хрустальная пушка”, говоришь?
Ну я так и спросил:
- Шузенчи-сан, позволите вопрос? А как я выжил вообще?
Подозрения подозрениями, но…
Добрая бабушка снова сердито запыхтела, но все же обошлась без рукоприкладства:
- Если бы тебе не перелили кровь этой девочки и если бы не твой фактор причуды, то хоронили бы в закрытом гробу!
Я покивал. Потом помотал головой:
- Так, стоп. В смысле? Я знаю, что такое фактор причуды, это комплекс адаптационных реакций организма к его причуде. У меня вот… причуда дистанционного действия, и потому память улучшена, ориентирование на местности лучше… но…
Шузенчи фыркнула, сливая мою кровь в пробирку. Саркастически взглянула на меня, на секунду позволив сползти маске мудрой добродушной бабульки:
- Вроде и знаешь всякие умные слова, а основное-то упустил. Фактор позволяет твоему телу приспосабливаться к твоей причуде. Да, многие его черты врожденные, но не менее важно то, что он продолжает приспосабливать твое тело к твоей причуде - в зависимости от того, как ты ее используешь. Ты же знаешь, что причуду можно натренировать, как мышцы?
Я тупо кивнул.
- Ну разве тогда не логично, что само твое тело тоже развивается? Ты вот, как очередной Символ, - последнее слово она произнесла так иронично, что не возникло сомнений в том, о ком она говорит, - накачался, решил лезть на передовую, рисковать симпатичной мордашкой… увы, в стойкости и прочности тела ты действительно никогда не догонишь тех, кто от природы приспособлен для ближнего боя, но, тем не менее, твое сопротивление повреждениям растет соразмерно количеству таких ближних боев. То же и силы и скорости мышечных сокращений касается, и скорости реакции, и всего остального.
Меня ткнули тростью-шприцом под коленку, и когда я пошатнулся, “добрая бабушка” поймала меня за руку, наклонила и всунула в открывшийся было для вопросов рот очередную конфету.
В итоге я сосредоточенно жевал, пытаясь переварить услышанное и не упустить возможность задать еще вопросов умному человеку.
Услышанное не переваривалось. В целом, все звучало логично, но…
Складывалось не все.
- Позволите еще вопрос? А как я, ну… ускоряю свое мышление в бою?
Шузенчи снова фыркнула:
- Просто кажется, так твое сознание реагирует на выброс адреналина и кортизола в кровь в экстремальной ситуации.
Я нахмурился:
- Да не, я в курсе таких вещей, но это другое…
Сарказм медсестры можно было ложкой черпать.
- Сейчас твой анализ крови посмотрят в лаборатории, и если с кроветворением и печенью все хорошо, будем тебя выписывать, я, знаешь ли, устала сюда ездить на общественном транспорте. Будешь ежедневно отмечаться у меня в кабинете в течение ближайших недель, не хватало еще чтоб ты с желтухой слег.
- О, я это знаю… вы гемолиза опасаетесь, да?
- Ага-ага. Ты когда соберешься, зайди в четыреста восемнадцатую палату, поедете в Академию вместе со вторым, вроде ты более адекватный, присмотришь за ним…
Более адекватный я машинально кивнул. Забавно, не думал, что за Киотакой надо присматривать.
На этом она собралась уходить.
Я не выдержал и уже в спину Чио спросил:
- А почему, все-таки, вы “Вечно Юная Героиня: Исцеляющая Девочка”? Почему именно, ну... Девочка?
- А это старая шутка, юноша. - она хрипло, по-старчески хихикнула. - Очень старая…
А потом меня выписали из Госпиталя.
***
Пока собирался да гуглил обратный путь - это ведь, блин, Токио, другой город и даже префектура другая, а мне в Шизуоку надо! - параллельно думал.
О Киотаке, в первую очередь.
Он резкий. Очень резкий.
В нашем диалоге он требовал смерти для девушки еще до совершения преступления, просто на основании предположительных знаний будущего из мультика. Очень достоверного мультика вплоть до этого момента, но тем не менее.
И явно говорил со мной с позиции силы.
Почему?
Тут, как мне кажется, есть три варианта.
Первый. Киотака с кем-то сотрудничает прямо сейчас и верит, что его прикроют, в случае чего, как ценного агента.
Это - маловероятно. У него был всего год, чтобы найти себе “покровителей”, и, учитывая где он и как он начал, я очень сомневаюсь, что за этот период ему начали бы доверять настолько, чтобы отправить “в поле”.
О ком бы речь не шла - о той госслужбе Ястреба, о котором я помнил только то, что она есть, о другой правоохранительной структуре, о криминальной организации, о самом жирном злодее, которого мы в конце толпой должны запинать… да даже о Незу, даже он не пошел бы на такое. Да и зачем ему свой шпион в своей же Юэй?
Никто бы не доверился малолетнему преступнику, который за год вдруг исправился.
Второй вариант. Возможно, это вопрос привычки: где бы он раньше не работал, очевидно, что он привык действовать резко и с позиции силы той организации, к которой раньше принадлежал. Опять же, за год просто не успел перестроиться.
Пожалуй, более вероятная ситуация..
Однако Шинья показал себя как человек, который вполне способен рационально мыслить, делать правильные выводы и строить логические цепочки. И, более того, “готов к компромиссам”, как бы погано он их не реализовывал.
Собственно, сперва Киотака показал "новобранцу" в моем лице то, как делать дела “правильно”, а потом, встретив упертость, дал возможность набить собственных шишек.
В то же время он не показался мне сильно манипулятивным человеком. Нет, он просто и незатейливо шантажировал меня, постарался “обработать” полезного свидетеля? Союзника? Гражданского? … и заточил его, то есть меня, на сотрудничество. А параллельно предпринял шаги к тому, чтобы ликвидировать угрозу.
В таком случае, на какого-нибудь контрразведчика он не тянет. Те, наверное, куда более тонкие и изящные кукловоды. Видимо, какой-то офицер полиции или там оперативник-”контртеррорист”, который потерял веру в людей. Цель оправдывает средства, бей на опережение, и все такое.
В любом случае, это не звучит как поведение тупого солдафона-сержанта. Такой попытался бы меня заставить катить квадратное и закономерно бы фалломорфировал.
Да и за убийство не ратовал бы, я думаю.
Ну и третий, самый неприятный вариант - он такой резкий потому, что верит в то, что САМ обладает достаточной личной силой, чтобы не бояться ни меня, ни Незу, ни всего геройского комьюнити Японии.
Хочется верить в то, что это тоже маловероятно.
Но, тем не менее, многое бы объяснило.
Если подумать, я сам еще месяц назад искренне, хоть и только чуть-чуть, верил в свою исключительность и даже избранность. Ведь не могло же случиться такое чудо, как перерождение в другом мире, само по себе? Причем не просто перерождение, а исполнение мечты всей моей жизни! Это ведь кому-то нужно было… Кто-то меня выбрал, а значит, есть какое-то предназначение, какая-то цель, для которой я был избран.
Хотел я этого или нет, подобные мысли возникали у меня в голове. Вероятно, и у Киотаки тоже.
Впрочем, еще Шинья мог попросту соврать мне про один-единственный год своей жизни в этом мире, в результате чего я застрял в совершенно неверных умозаключениях.
Но и на лгуна он не сильно похож. Опять же, слишком резкий, как серпом по яйцам. Мне-то все равно, они у меня стальные, но…
Ай, все.
Нет смысла изводить себя предположениями. Особенно учитывая, что я еще даже не рассматривал вариант того, что на самом деле он спец высокой пробы и уже завербовал меня - так виртуозно, что я даже этого не понял. Моя задача, в любом случае, остается одна: убедить Киотаку, что Химико “исправляется”.
А ведь есть еще сама Тога. Последнюю неделю перед “часом Икс” я меньше ее контролировал, на последние несколько дней и вовсе оставил одну.
Идеальный вариант был бы такой: мы все ее вылечим, Киотака увидит, что “заблудшие овцы” тоже могут вернуться в общество, или к силам добра, или какими там еще категориями он мыслит, я сохраню двух сильных союзников и не нарушу собственное обещание…
Но мы же не в сказке.
Не сказал бы, что спич и посыл Шиньи был как ушат холодной воды, я не отказывался от своих слов или принципов.
Однако с чего я вообще взял, что спасти ее от самой себя - возможно?
Надеяться нужно на лучшее, безусловно. Но готовиться - к худшему.
Откуда я вообще знаю, что моей крови и таблеток достаточно? Вдруг она посчитает, что кровь Мидории, Томуры или любого случайного человека такая же вкусная? А таблетки? С нее станется выплевывать их. Сама же мне говорила, какие они противные…
Потому, чтобы не упустить худшее, мне нужно взять ее под более жесткий контроль.
Тем более что теперь я не могу позволить Химико ошибаться, если хочу сохранить наш хрупкий союз. Не думаю, что мсье мудак шутил по поводу одного повода, ему может хватить дури, во всех смыслах, попытаться ее “ликвидировать”.
Мсье мудаку нужно прозвище. Серый? Опер?
Не, Ежиком буду его называть. Потому что он как Ежик в тумане. Колючий, туманом управляет и туману в разговоре со мной напускал.
Последним моментом, который я анализировал, было то, что нас без всякого прикрытия посылают в ночь ехать одних на поезде из одного города в другой. Через неделю после нападения террористической группировки злодеев на защищенный корпус Академии.
Что это? Тонкий расчет? Безалаберность? Авось?
Походу, никто еще не понимает того, насколько все серьезно.
***
Собрался (мне повезло, что кто-то - видимо, Шузенчи-сан - привез мою одежду вместе с телефоном), вышел из палаты, пошел в четыреста восемнадцатую.
Постучался, еще постучался, пожал плечами, зашел.
А там… неожиданный ржач, с которого я выпал.
Прежде всего, там не Киотака был, там Бакуго был. А я думал, его раньше выписали… но, видимо, травмы оказались серьезными. Собственно, в случае Ному иначе не бывает.
Во-вторых, Чио использовала на блондине причуду. И вы знаете, в обычной ситуации со взрослыми людьми это бы не создавало сцены - ну касается губами человека и касается, я и про более нелепые активаторы причуды слышал, например, где-то в стране сейчас учится девушка, которая может повышать свой интеллект в зависимости от сорта чая, который пьет. В общем, ситуация штатная, ничего необычного для этого мира.
Однако речь шла о пятнадцатилетнем Кацуки и поцелуях в щечку, и поэтому ситуация была неловкой, психованной и громкой. Несмотря на то, что он уже пять дней тут лежит. А Чио Шузенчи оказалась тем еще троллем, так что я застал последние минуты бесплатного зрелища. Мое появление ситуацию ни разу не улучшило.
Ну и да, я слишком рано пришел.
Когда все процедуры были завершены, снова добрая и добродушная медсестра, которой я начал всерьез опасаться, покинула заведение, а пыхтящий Кацуки попер к выходу - я запоздало вспомнил, что мы с ним, вообще-то, подрались, и отношения у нас далеки от хороших - из соседней палаты выполз Ежик.
Киотака слегка кивнул мне, привалившись к косяку своей палаты со скрещенными руками. Его, видимо, решили задержать в госпитале еще на денек-другой. И поделом.
Я украдкой показал ему фак
Он закатил глаза.
И тоже показал мне фак.
Высокие отношения культурных людей.
***
Очевидно, Кацуки тоже умел пользоваться телефоном, поэтому двигал к железнодорожному вокзалу без моих подсказок, а я держался позади шагах в десяти. К этому моменту я уже несколько раз был в Токио, чувствовал себя довольно спокойно, но все равно старался держаться начеку.
Пришли, заимели билеты, стали на перрон в ожидании поезда. Людей, несмотря на поздний час, было много - это ж мегаполис. Однако конкретно нашего поезда почти никто не ждал, и мы стояли в одиночестве.
Никаких проблем с получением или оплатой билетов не возникло: в Японии в принципе масса преференций для студентов, тут тебе и проездной на общественный транспорт, и скидки в магазинах, и в кино можно сходить недорого, и та же медицинская страховка очень дешевая. Это для всех студентов, а мы с блондином не просто какие-то студенты, мы элита поколения. Вроде как. Короче говоря, ехали почти бесплатно.
Я рассеянно раздумывал, где бы найти наушники, как парень все-таки созрел:
- Эй, ты, - обратился Бакуго к воздуху где-то рядом со мной. На меня он не смотрел.
Ками-сама, какой же этот день длинный. Я уже исчерпал весь лимит своего социального взаимодействия с людьми. Ну где этот поезд уже…
- Эй, пид… синеволосый!
Я перевел удивленный взгляд на пацана. Ого. Меня, типа, повысили?
- Да?
По выражению лица Кацуки сложно было понять, о чем он думает, но больше всего он был похож на человека, которому под дулом пистолета приказано сделать что-то ну очень неприятное. Типа съесть гнилое яблоко или залезть рукой в выгребную яму. Или сесть голой задницей на ежа.
Я представил эту картину - где Кочан садится на Ежика - и едва не заорал белугой, что бесповоротно бы сломало этот, безусловно, ценный для коллектива момент.
Но, слава стальным яйцам, сдержался. После Зоны приступы нервного смеха меня, вроде бы, перестали преследовать.
- Мне… - ему будто бы физически трудно было говорить, блондин буквально выдавливал из себя слова, одно за другим, - Сказали… что это ты. Был тем… Кто завалил этого. Черного урода. И… и спас всех! Пока я валялся в отключке…
Пацан схватился за грудь, типа, как при приступе стенокардии:
- Ты! Не я. Ты снова победил! И я… не приму этого факта. Ни за что! - тут он перевел взгляд на меня, и я увидел, что у него реально слезы в глазах стоят. - Я буду тренироваться сутками, я порву каждого, я сожгу свои руки нахрен, но превзойду тебя! Это я стану сильнейшим героем! Ты слышишь меня, Шода?!
Кто о чем, а вшивый о бане.
Я качнул головой. Впрочем, если я правильно понимаю его характер, это максимум признания, который вообще может выдать его мозг.
- Спасибо. Я тебя выслушал. Ты меня выслушаешь?
Бакуго рвано кивнул, снова отведя хмурый взгляд влево и вниз.
Я вздохнул. Что ж вы все сложные такие...
- Если честно, ты меня почти не бесишь, и я точно не хочу с тобой враждовать. Даже наоборот. Меня только одно злит - как ты обращался с Изуку. Я знаю, что это ваше личное дело, но сейчас это должно прекратиться, - заявил я ровно. - Ты знаешь, что это он тебе жизнь на Зоне спас?
- Он... ты... - Кацуки засипел, вцепившись в грудь.
- Тебе не сказали? Ты стоял крайним, этот монстр, Ному, тебя схватил и собирался на флаг порвать. Айзава не справился, и пока я тупил, это Мидория был тем, кто прыгнул вперед, оторвал Ному руку, пожертвовал своей и вытянул тебя.
- Он... он опять... он всегда...
На блондина было больно смотреть, но вот сейчас я был безжалостен:
- Этот смешной неловкий пацан до сих пор считает тебя товарищем. Равным. Человеком, достойным спасения. Впрочем, он вообще всех таковыми считает, так что это не показатель. И, честно говоря, я сам ни разу не выхожу настоящим героем по сравнению с ним. А уж как у тебя хватило совести так себя называть после многолетних издевательств над беднягой…
Тут Бакуган вскинулся в чем-то, напоминающем страх.
Я даже оскорбился немного:
- Конечно, он мне ничего не рассказывал! Но и без этого все понятно. И при всем при этом мне кажется, что Мидория тебя, говнюка, до сих пор другом считает, е-мое…
Мы помолчали немного. Бакуго задыхался, как рыба на суше, я мирно смотрел в ночь. Голубой вагон все не ехал, к нам никто не лез, поэтому душеспасительную беседу нужно было довести до конца.
- Не обязательно быть лучше и сильнее кого-то, чтобы помогать, - в конце концов, сказал я почти мягко. - Настоящий "герой" - это внутри, в сердце, а не строчка в резюме. Это не только про силу, это про широту души. Сила без цели не имеет смысла, а героизм дает эту цель...
Вдалеке показался поезд, судя по всему, наш.
Ну наконец-то, не прошло и года.
- В общем, я буду рад быть твоим товарищем и соперником, если хочешь. Лучшие, худшие... все это фигня, настоящая сила там, где, опять же, РАВНЫЕ. Я, ты, Киришима, Тодороки... Киотака, чтоб ему икалось. Мы будем соперничать, дай Ками-сама, еще три года учебы, а потом - всю карьеру. Твоя задача в том, чтобы стать лучшим среди равных, радоваться чужим успехам, ведь с нами растешь и ты. Чем каждый из нас сильнее, тем успешнее мы сможем спасать людей и наказывать преступников. Чем каждый из нас сильнее, тем круче будет выглядеть твоя победа. Но ты исходишь на говно каждый раз, когда кто-то превышает твои ожидания. Было б что превосходить. Какой смысл бодаться со слабыми? Вокруг тебя сильные, радуйся! - тут я прищурился. - Но ты должен понять и принять, что среди лучших будет и Мидория, и, сука, признать его наконец. А иначе я тебе зубы нахрен повыбиваю.
- Заткнись, - ответил на это Кацуки Бакуго, но скорее по инерции, без огонька. Блондин выглядел потерянным.
Наш транспорт затормозил прям перед нами, я шагнул вперед, к двери.
Бросил через плечо:
- Смешно сказать, но ты был прав, я ведь реально сдерживался тогда, на баскетболе... но теперь на носу спортивный фестиваль, и уж там-то я покажу все, на что способен! А ты?
***
Вернулись заполночь, все уже спали.
На следующий день мы бок о бок пришли на занятия, что было даже забавно. Совпадение, конечно - нам нужно было сначала к администрации зайти и решить вопрос с отработкой занятий.
Открыли дверь.
Через чертову одну секунду Тога прибежала и обхватила мою руку, Сэцуна налетела, Мидория радостно поздоровался, Юи улыбнулась, остальные тоже...
Я улыбнулся в ответ.
Я дома.
Иллюстрации:
:)
http://tl.rulate.ru/book/93663/3567552
Готово:
Использование: