Подобные случаи происходили несколько раз в прошлом.
Конечно, даже если такие вещи и случались раньше, то никогда не до такой степени.
Если бы Эйлин была идиоткой, она действительно могла бы умереть. Но все же невозможно, чтобы Вайолет отравила ее.
С одной стороны, Вайолет, по общему признанию, считалась полусумасшедшей. Но то же самое было и с Эйлин — эта девушка тоже была не в своем уме.
Всякий раз, когда подобный инцидент случался раньше, Вайолет предполагала, что должен быть кто-то еще, кроме нее самой, кто не любит Эйлин.
— М-миледи… Вы в порядке?
— …Я в порядке.
Вайолет некоторое время колебалась с ответом, но в конце концов неохотно ответила. Ее сопровождающий рыцарь молча следовал за ней.
Не то чтобы она уже не привыкла к этому.
— …Но это не так, миледи.
Когда они вернулись в пристройку, Мэри спокойно взяла одну из рук Вайолет в свои.
Я привыкла к этому. Я в порядке, потому что я к этому привыкла.
Вайолет ответила сама себе, но молчала. Только тогда она поняла, что пыталась ответить, но не могла, потому что у нее перехватило горло.
Я в порядке. Я привыкла к этому. И, может быть, то же самое больше не повторится. Я в порядке.
Когда Вайолет собиралась дать этот ответ, она слегка шевельнула губами.
— Я… я не в порядке.
— Миледи…
— Я не в порядке. Я, я…
То, что она привыкла к этому, не означает, что с ней все в порядке. Слезы непроизвольно потекли из ее глаз.
Но поскольку она не в порядке, это еще одна причина быть в порядке. Она не хотела показывать, как сильно она извивалась на дне пропасти, в которой находилась. Как всегда, она держалась за отчужденное поведение, которое использовала как маску.
Чем чаще происходило что-то подобное, тем больше рушилась ее самооценка. Но она продолжала действовать в том же духе.
Мэри посмотрела на дверь. Стоя там, Зило вздохнул и вышел из комнаты. Через некоторое время бестактный рыцарь принес поднос с чаем, который мог помочь привести в порядок разум и тело леди.
Однажды Вайолет спросила Эйлин.
— Почему! Какого черта ты делаешь это со мной! Что я сделала не так!
— Сестра.
— Я тебя ненавижу. Так что? Чего ты хочешь от меня?! Я просто, опять же, почему я должена!..
— Сестра, ты все на себя навлекла сама.
В тот день что-то сломалось внутри Вайолет.
Это был просто еще один день, когда Вайолет указала Эйлин на этикет на семейном ужине, и в отместку ее братья раскритиковали ее за это.
Все было так же, как обычно, но Вайолет было особенно тяжело в тот день.
Наконец отпустив свою гордость, Вайолет закричала.
— Что же я сделала такого неправильного?!
Конечно, ей приписывали бесчисленное количество нарушений. Однако, как человек, который был настолько подорван самоуничижением, мог признать свои недостатки?
И тогда,
— Ты действительно не знаешь? Ты все это на себя навлекла сама. Все.
— Брат Михаил и даже брат Роэн…
— Я уже объясняю это для тебя, сестра. Вещи, которые ты сделала неправильно. Почему ты говоришь так, как будто никогда не делала ничего плохого?
— Сестра, ты все на себя навлекла сама.
Эйлин сказала все это, и она не ошибалась.
Но она была и не совсем права.
Как она могла сказать, что во всем виновата Вайолет, когда явно кто-то виноват во всем этом?
Тем не менее, Вайолет не могла утверждать, что виновата Эйлин.
Это моя вина. Это все моя вина. Потому что я плохая. Потому что я нехороший ребенок. Потому что я злой человек.
Ее мысли стали такими.
Потому что Эйлин так сказала.
— Бедная сестра Вайолет…
— Сестра, тебя никогда не полюбят.
Эйлин с нее смеялась.
Так много людей хвалили ее за то, что она была воплощением ангела, но для Вайолет эта девушка была демоном.
Смешно, как самый любимый человек говорил такое.
Глядя на жуткую улыбку Эйлин, Вайолет неосознанно сделала шаг назад.
И когда Вайолет наконец рухнула, Эйлин снова улыбнулась.
— Сестра, я хочу быть рядом с тобой.
Это не была ни застенчивая, ни презрительная улыбка. Это была естественная улыбка девушки.
— Сестра, знаешь что? То место, которое ты считаешь своим, всегда было моим.
Место, о котором она говорила, принадлежало великолепной герцогской леди, благородному положению Вайолет, которому все должны были позавидовать.
Заявляя, что изначально оно принадлежало ей, Эйлин естественно улыбнулась Вайолет.
Эйлин разрывала Вайолет, как ей того хотелось, и она была довольна, наблюдая, как Вайолет расплакалась, выбегая из комнаты.
В тот же день Вайолет нырнула в озеро.
— …Я хочу услышать вашу историю, миледи.
— Я, я…
Вайолет не рассказала Мэри свою историю. Она сказала, что чувствует себя одинокой, чувствует себя обиженной, но не может заставить себя рассказать историю, стоящую за этими чувствами.
И Мэри не заставляла Вайолет вскрывать свои раны.
Хотя она чувствовала, что ее предыдущая личность слилась с личностью Вайолет, все это время она бессознательно пыталась отделиться от Вайолет. Невнятная улыбка скользнула по ее губам.
Зило, принесший с собой чай, неловко наблюдал за двумя молодыми женщинами, не находя подходящего момента, чтобы уйти.
* * *
Отношения между Вайолет и Эйлин с самого начала были неплохими.
Отец Эйлин был старшим братом нынешнего герцога Эверетта. Он отказался от права наследования ради любви.
Добившись своего маленького счастья, он иногда приезжал с семьей в герцогское поместье, и Эйлин часто играла вместе со своими двоюродными братьями и сестрой.
Она была младшей двоюродной сестрой, ровесницей Вайолет.
Вайолет очень любила прелестную маленькую девочку, потому что у нее были только братья.
Но когда герцогиня скончалась, эта живописная гармония начала разрушаться.
http://tl.rulate.ru/book/72429/2769427
Использование: