Глава 98
После долгой паузы первой отвела взгляд Тереза. Напряжённая атмосфера между ними постепенно рассеялась.
— Похоже, ты не врёшь, — наконец произнесла она. — Впрочем, если бы ты знала, что на самом деле означает эта техника, то не стала бы советовать Михаилу изучать её и пробовать на мне.
— Благодарю за доверие.
— Я ещё не до конца тебе верю, но всё же… — Тереза пожала плечами, положила бумажку с номером на раскрытую страницу каталога и продолжила: — Благодаря тебе я теперь точно знаю, в каком направлении ему следует совершенствовать своё мастерство меча. За это спасибо. Я обязательно отплачу тебе за помощь.
— Нет-нет, не стоит… — Эхи смущённо улыбнулась и украдкой взглянула на каталог и бумажку с номером, которые давно привлекали её внимание. Увиденное чуть не заставило её поперхнуться.
«Ч-что это такое? Неужели сэр Тереза собирается надеть именно это?»
— Эм, сэр Тереза… Вы позвали меня только ради этого разговора? А по какому поводу вы вообще пришли в ателье?
— Я пришла сюда не за тобой. На банкете во время фестиваля солнца мне поручили быть компаньонкой Святой, и я должна заказать себе платье. Тут как раз увидела тебя и решила позвать. Всё равно собиралась встретиться с тобой после заказа.
Тереза нахмурилась, словно от внезапной головной боли. Эхи удивлённо переспросила:
— Вы стали компаньонкой Ша… то есть, Святой?
— Кстати говоря, эта девочка, кажется, очень к тебе привязалась. Великий Храм мог бы поручить это тебе. Зачем же мне… А, да, ты слишком молода для компаньонки.
Тереза глубоко вздохнула. Эхи уже примерно поняла, как сложилась ситуация.
Компаньонкой Святой нельзя назначить кого попало, но и жрицу тоже не поставишь. Вот и выбрали женщину-рыцаря из Ордена Лазурного Неба, подходящую по старшинству и социальному положению. И этой женщиной оказалась Тереза фон Фран Альмари — наследница рода Гиоса, аристократка из южного королевства Антуар.
— Дело даже не в возрасте. Я просто недостаточно знатного происхождения, чтобы сопровождать Святую. Я всего лишь оруженосец, — уклончиво ответила Эхи и снова перевела взгляд на раскрытый каталог. Номер на бумажке был 21. Под номером 21 значилось милое платье с обилием оборок и пышными рукавами.
— Простите… сэр Тереза…
— Да?
— Платье, которое вы выбрали… вы собираетесь сами его надеть?
— Да, — Тереза наклонила голову и серьёзно посмотрела на бумажку, затем осторожно спросила: — Не подходит?
Эхи еле удержалась, чтобы не сказать прямо, что это очевидно. Даже если не учитывать, что Терезе совершенно не шёл милый стиль, очевидно, насколько нелепо будет выглядеть широкоплечая женщина-рыцарь в платье с пышными рукавами и кучей оборок. А уж ярко-жёлтый, почти лимонный цвет ей точно не подходил. Это было даже хуже того, что недавно выбрала Фатима.
«Нет. Точно нет. Господи, они все до единого помешаны на фехтовании и совершенно не разбираются в моде…»
— Платье красивое, но оно не совсем соответствует вашему стилю и образу, сэр Тереза.
— А как насчёт этого?
Эхи, которая старалась высказаться максимально мягко, едва не потеряла дар речи, увидев следующую страницу, которую ей показала Тереза. Цветочное платье с огромным бантом и пышными оборками вокруг шеи. Само по себе платье было милым и красивым, проблема заключалась лишь в том, что надеть его собиралась именно Тереза.
— Э-это тоже не совсем…
Когда Эхи покачала головой, Тереза показала ей ещё одно платье. Увидев его, Эхи уже не смогла сдержаться:
— Нет, совершенно не годится!
Она и сама не заметила, как повысила голос. Тереза удивлённо подняла брови. Эхи смущённо откашлялась и понизила тон:
— Сэр Тереза, а как вы обычно наряжались на банкеты раньше?
— Я приходила в парадном мундире.
— А личной служанки у вас нет? Ведь у рыцарей есть право держать личных служанок.
— В общежитии есть прислуга, и я не видела необходимости заводить личную служанку.
— До приезда в Азенку вы ведь носили платья?
— В детстве носила… Но после того, как серьёзно занялась мечом, практически перестала.
— А на светские мероприятия вы ходили? Чайные приёмы, балы?
— Я была слишком занята тренировками.
— Простите, я на всякий случай спрошу… Танцевать вы умеете?
— Если мужские шаги, то да.
Эхи вспомнила Алису Винтербелл. Нет, даже сравнивать с Алисой было бы несправедливо. По крайней мере, Алиса говорила, что до приезда в Азенку хотя бы посещала чайные приёмы и балы. И танцевала она женские партии.
Эхи почувствовала, как у неё начинает болеть голова. Почему Великий Храм всегда так безответственно подходит к подобным вопросам? Сначала к Шай отправили жреца, который совершенно не разбирается в детях, теперь компаньонкой назначили женщину-рыцаря, знающую только мужские танцевальные шаги. Все назначенные люди были высокопоставленными элитами, но абсолютно лишёнными чувства такта и здравого смысла.
Пока Эхи потирала затылок, Тереза внимательно её рассматривала. Она уже много слышала о кадете Эхинацее Роаз, которая носила платья даже в академии. Во время похода на монстров Тереза видела её лично, да и в Ордене тоже встречала пару раз. Обычно Эхинацею критиковали за то, что кадету не пристало носить платья, но никто не говорил, что ей это не идёт. И сама Тереза считала, что Эхинацея всегда выглядит очаровательно и элегантно.
Женщины-рыцари, окружавшие Терезу, были такими же, как она сама, и совершенно не разбирались в платьях и светских мероприятиях. Хотя женщины в среднем обладали лучшей совместимостью с маной, чтобы стать рыцарем Ордена Лазурного Неба, им приходилось преодолевать физические ограничения, полностью посвящая себя фехтованию. Впрочем, дело было ещё и в негласной атмосфере, царившей в самом Ордене.
В итоге Терезе оказалось не с кем посоветоваться по таким вопросам, и она решила довериться вкусу Эхинацеи.
— Кадет Эхинацея, не могла бы ты помочь мне выбрать подходящее платье? Если ты согласишься, я…
— Я помогу! То есть… Пожалуйста, позвольте мне вам помочь!
Эхи ответила мгновенно. На самом деле ей совсем не хотелось видеть Терезу в качестве компаньонки рядом с Шай в таком платье. Однако, сказав это, она вдруг начала беспокоиться о том, как продвигается платье самой Шай. Во время дневной церемонии Шай будет одета в священные одежды, и это не проблема, но вечером на праздничном банкете, который фактически является балом, ей придётся надеть платье.
«Нужно будет потом уточнить у жрицы…»
— Платье платьем, но я также покажу вам несколько женских танцевальных шагов.
— В этом нет необходимости…
— Это же бал. Неужели вы не собираетесь ни разу потанцевать?
— Я знаю мужские шаги.
— В платье мужские шаги будут выглядеть неуместно. Это несложно. Вы, сэр Тереза, наверняка освоите их меньше чем за час. — Эхи придвинула к себе лежавший перед Терезой альбом с образцами и добавила: — То, что вы наденете платье и будете танцевать, не лишит вас звания рыцаря. Конечно, не стоит заставлять себя делать то, что вам неприятно, но если вам не противно, я думаю, вы вполне можете нарядиться и повеселиться.
Тереза слегка растерянно посмотрела на Эхи. Та, не поднимая глаз, листала альбом и выбирала подходящие Терезе модели.
— Красиво одеться и танцевать под музыку… Мне это нравится. А вам, сэр Тереза?
— …Не знаю. Пожалуй, не могу сказать, что мне это неприятно.
— Тогда нужно получать удовольствие. Такой шанс выпадает нечасто. Разве балы не для того и устраивают, чтобы радоваться?
Эхи слегка улыбнулась и подвинула Терезе альбом с отмеченными номерами. Тереза некоторое время смотрела на неё, словно видя впервые, а потом едва заметно улыбнулась в ответ.
— Что ж, раз уж так вышло, может, действительно стоит попробовать хоть раз получить удовольствие.
* * *
К тому времени, как Эхи закончила помогать Терезе с заказом платья, договорилась о занятиях танцами, дала советы Фатиме и Алисе по выбору обуви и аксессуаров и приобрела кое-что для себя, уже наступил вечер.
Алиса, совершенно измученная, первой отправилась в ванную, а Эхи почти не чувствовала усталости. Она давно не занималась тем, что ей нравилось, и приятное утомление только поднимало настроение.
[А вот мне совсем не было весело. И что в этом интересного?]
— Это же красиво. Одно только смотреть приятно, а покупать — ещё приятнее.
С напевом разбирая покупки, Эхи чувствовала, как настроение становится ещё лучше от мысли, что через несколько дней её платье прибудет после подгонки. Она как раз закрыла шкатулку с украшениями, когда раздался стук в дверь.
— Комната 101, кадет Эхинацея Роаз, вам телеграмма.
— А, спасибо.
Служанка общежития передала ей мана-телеграмму и удалилась. Телеграмма была из дома — вероятно, ответ на её сообщение, отправленное несколько дней назад. Не ожидая ничего особенного, Эхи вскрыла конверт и начала читать. Через мгновение её лицо изменилось.
— Эхи, ванная свободна… Что-то случилось?
Алиса, вытирая влажные волосы полотенцем, вышла из ванной и удивлённо посмотрела на подругу. Эхи слегка побледнела, но ответила спокойно:
— Мой младший брат приезжает в Азенку. Заодно хочет проверить, как я тут живу, раз уж скоро праздник.
— На праздник Солнца в Азенку многие специально приезжают. Говорят, в это время здесь часто бывают родственники кадетов.
— Ваши родные тоже приедут, Алиса?
— Отец и старший брат заняты, а вот мама приедет вместе с моей младшей сестрой.
— О, как замечательно! Я бы хотела увидеть вашу сестру!
— Мне тоже любопытно взглянуть на вашего брата. У вас плохие отношения? Вы выглядите не очень…
— Нет, у нас хорошие отношения. Когда он приедет, я обязательно вас познакомлю.
Эхи отвернулась от Алисы и с мрачным выражением снова посмотрела на телеграмму, перечитывая последнюю строчку, добавленную родителями.
Передаём с Ланселридом портрет сына графа Бернста. Сейчас идут переговоры о твоём возможном браке, подумай и ты.
Она почти забыла об этом. Девушки её возраста из дворянских семей уже начинали выходить замуж. В некоторых случаях помолвки заключались ещё в детстве, а сразу после совершеннолетия игралась свадьба. И, конечно, браки чаще всего устраивались родителями. Будущие офицеры или женщины-рыцари выходили замуж позже, но Эхи ещё несколько месяцев назад была обычной девушкой из дворянской семьи. Родители, конечно, ещё не успели привыкнуть к мысли, что их дочь стала учащейся военной академии.
При этом граф и графиня Роаз никогда не стали бы принуждать дочь к браку. Они просто выполняли свои родительские обязанности, подбирая подходящую партию для дочери, достигшей брачного возраста. Если Эхи скажет, что ей не нравится этот кандидат, родители найдут другого. Если же она сама кого-то полюбит, они проверят, достоин ли он её, и только потом дадут согласие. Так что проблема была не в родителях.
«Проблема во мне самой».
Эхинацея до возвращения в прошлое восприняла бы это как должное и не испытала бы никакого сопротивления. Но нынешняя Эхи почувствовала сильнейшее смятение, едва увидев эти строки. Ведь она сбежала в Азенку именно под предлогом путешествия перед замужеством.
Потому что поняла, что любит Юриена. Потому что Юриен признался ей в своих чувствах.
«Я же решила считать это несуществующим».
Леди Диасант по-прежнему находится при штабе ордена. Помолвка ещё не объявлена, но это может случиться в любой момент.
«Если бы я приняла его чувства, Юриен наверняка…»
Если бы она согласилась, он бы никогда не обручился с Розалин Диасант, несмотря на политические сложности. Даже если это поставило бы под угрозу семью Роаз, Юриен бы нашёл способ всё уладить. Он такой человек.
«Но я… не могу принять его чувства».
Значит, в итоге Юриен обручится с леди Диасант. Сердце болезненно сжалось в груди. Эхи стиснула зубы.
«…Если не он, то какая разница, кто будет».
Если всё равно, кто станет её мужем, возможно, лучше порадовать родителей. Эхи невольно сжала телеграмму в руке, скомкала её и сунула в ящик стола.
http://tl.rulate.ru/book/65139/3402624
Готово:
