— Как видите, уважаемые члены Совета, доказательства налицо. Никита собственной кровью заплатил за праведный порыв. В то же время ученица Бурана не только отказалась защищать необращённую, но и потворствовала её осквернению.
Продолжал самозабвенно вещать Каминус с центральной площадки в Зале Совета Мастеров. Кроме самого Главы, здесь присутствовали и другие светлые, но только Мастера. Никита, после дачи показаний был немедленно удален из зала, и слово взял Каминус. Его красный плащ с ярко сияющим крестом приподнимался в те моменты, когда Глава Совета вздымал вверх указательный палец. Театральные жесты всегда были присущи беловолосому пожилому фанатику, но сегодня он превосходил самого себя, сопровождая действиями чуть ли не каждое предложение.
— На самом деле, если кроме слов этого мальчика на Бурана ничего нет, то этого мало.
Спокойно вымолвил Логар Аврелий, присоединившийся к Совету после войны первым. Он частенько осуждал Бурана за неподобающее отношение к собственным обязанностям, однако при этом оставался честным и справедливым Мастером Света.
Правда выглядел на данный момент Логар старше всех собравшихся. Талантом он обладал не слишком-то выдающимся, соответственно и объём его Силы тоже был небольшим. Это не прибавляло старику авторитета, но в бой Аврелий никогда и не рвался, в основном преподавая юным пользователям Света теорию. В былые времена, такой теоретик вряд ли добился бы звания Мастера, однако после войны выбирать не приходилось.
И в завершении стоило бы, наверное, добавить, что сейчас, по всем стандартам Светлых, его время закончилось. Логар Аврелий каждый год заявлял, что скоро уходит на заслуженный покой, но это скоро всё никак не наступало. Так что несмотря на возраст, он до сих пор оставался Мастером, а значит, имел право присутствовать здесь и говорить со всеми на равных.
— Вы, как всегда, глаголете истину, глубокоуважаемый Мастер Логар! Созывать Совет только с этим, я естественно не решился бы. Однако после того случая, заподозрив неладное, мне пришлось отправить нескольких воинов, дабы наблюдать за городком, в котором и случилось нападение на нашего юного собрата. К собственному удивлению и ужасу, мне и моим последователям открылось гораздо больше, чем кто-бы то ни было мог предположить!
Каминус сошёл с пьедестала и раздал каждому присутствующему по папке с документами и фотографиями.
— С прискорбием докладываю: мои люди, во имя светлого будущего Цитадели, вынуждены были обратился за услугами к недостойным, так называемым, отступникам. Те и сделали фотографии, которые сейчас находятся в ваших праведных руках. Иначе никак не получилось, ибо предметом наблюдения являлся Мастер Света – владеющих Силой он однозначно бы заметил и раскрыл. Я не горжусь, что позволил отступникам участвовать в наших делах, но для успеха операции, просто вынужден был!
Зачем-то оправдывался Каминус, хотя никто претензий ему не предъявлял. Сложив руки за спиной, дождавшись пока Мастера просмотрят предоставленный им материал, Глава Совета продолжил:
— В правдивости материалов можете не сомневаться. В таком серьезном деле, ни на кого кроме себя самого рассчитывать нельзя, поэтому я лично сделал запись на Запоминающий Кристалл. Для этого пришлось даже бросить Цитадель и отправиться на остров, который называется Куба, за барьер отступников. Собственными глазами я узрел нашего собрата, Мастера Света Бурана, рядом не только с предателем Ратибором, но также и с несколькими тёмными. Кроме всего прочего, похоже, что с истинного пути сошла и его юная ученица по имени Вероника. Это прискорбнейший факт, но девочку, как мне кажется, ещё можно попытаться спасти, а вот ранее всеми уважаемого Бурана, увы, нет.
Сделав театральную паузу, Каминус оглядел зал, пытаясь заглянуть в глаза каждому присутствующему Мастеру. Не дождавшись комментариев, возражений или предложений Глава Совета добавил:
— И ещё кое-что. Пока мы следили за Бураном, удалось выявить более страшные, я бы даже сказал ужасающие вещи – тёмные готовятся нанести ответный удар! Они собирают силы для реванша. Грядет война, братья! Возможно, предатель как-то с этим связан, уж не знаю, но исключать худшего варианта ни в коем случае не стоит. Скорее всего прямо под нашими носами появился новый Истварн, а мы этого даже не заметили! Поэтому, кроме вопроса мастера-предателя, я хочу поднять ещё и вопрос набора. Это неприятно, но требования к новичкам придётся снизить, иначе, скорее всего, войну мы проиграем…
***
Вернувшись в очередной раз домой в Цитадель, Вероника ощутила на себе подозрительные взгляды, однако не придала им особого значения. До своей комнаты ей удалось добраться спокойно и беспрепятственно, однако внутри её ждал неприятный сюрприз.
Комната оказалась абсолютно пустой, даже кровать исчезла. И пока молодая Сестра Света с открытым ртом стояла на пороге, в коридоре, за её спиной всё громче звучали шаги приближающихся людей. Ника не сразу смогла связать одно с другим, понять, что явились по её душу и обернуться, а когда сделала это, то было уже поздно. Несколько паладинов скрутили её и увели на верхние этажи. Туда, где раньше держали опасных пленников или преступников, которым собирались вынести приговор.
Клетка, в которую посадили девушку находилась на самом верху, на гигантского размера балконе, прямо под открытым небом. Ничего особенного или примечательного в этом месте не было, кроме, разве что одной любопытной детали: на прутья клетки мастера давно минувших дней нанесли руны, которые при активации отталкивали Силу снаружи, создавая внутри помехи. Древним пришлось вложить немало времени и ресурсов, чтобы создать подобного рода темницу, но зато пленники, теряя возможность пользоваться Светом и Тьмой, больше не могли из неё выбраться. Не помогали даже артефакты.
Вероника надеялась, что это какая-то ошибка, что скоро её выпустят, однако день сменялся днем, а положение дел не менялось. Девушку с самого начала как посадили в обдуваемую всеми ветрами клетку, так она в ней и сидела, на виду у двух стражников.
И хуже всего было то, что даже в туалете она не могла уединиться, потому что его попросту не существовало. Вместо унитаза, для этих дел мастера прошлого проделали дыру в балконе, с трубопроводом под ним. Пленнице приходилось укрываться одеялом, совершая необходимые каждому человеку процедуры. К сожалению, не слишком плотная ткань плохо скрывала звуки, и стража, находившаяся буквально в метре от прутьев клетки, конечно же всё слышала.
Кроме пищи девушке один раз в день выдавали примерно два литра воды, которую она вынуждена была использовать для собственных нужд, но этого, естественно, мало на что хватало.
Веронику никто ни о чём не спрашивал и не предъявлял ей обвинений. Стражники менялись каждые четыре часа, не разговаривая девушкой от слова совсем. Единственной отрадой рыжеволосой стал её старый знакомый Никитка, который каждый день приносил еду. Один раз пленница даже смогла переброситься с парнем парой слов, пока стражники смотрели в другую сторону.
— Что происходит? За что меня сюда посадили? Сколько ещё держать собираются?
Шепотом спросила юная Сестра Света, и парень, так же шепотом, ответил:
— Долго объяснять. Вот, держи! Это поможет выбраться. Спрячь только, чтобы стражники не нашли. Когда охранники не по расписанию сменится, а клетка перестанет действовать, просто возьми эту штуку в руку и тогда спасёшься.
И сунул рыжеволосой девушке через прутья небольшую черно-белую пластинку, полностью изрисованную красными и синими рунами. Естественно, подарок друга девушка спрятала под одеждой, примотав к телу куском ткани. Тот наряд, в котором Сестра Света вернулась в Цитадель, у неё отобрали, взамен выдав что-то наподобие халата, без карманов, пуговиц или застёжек. Вот от его подола Ника кусочек и оторвала. Возле пластинки она так же сделала маленькую дырочку, чтобы в случае чего, можно было быстро и беспрепятственно вытащить артефакт.
Дни для девушки тянулись очень медленно. Вокруг ничего не происходило. Оставалось только солнце, медленно ползущее по небосводу, сменяемое ночью своей младшей сестрой луной и звёздами. Вероника умоляла дать ей хотя бы книгу, неважно какую, но стражники игнорировали любые попытки пленницы пообщаться, словно превратились в глухих истуканов. Потом она обратилась с этой просьбой к Никите, однако тот лишь резко мотнул головой из стороны в сторону, как-бы говоря – нельзя.
Так прошло десять дней, показавшихся девушке вечностью. Неожиданно для неё самой, где-то в обед, стражники сменились. Ей показалось это странным, потому что старая смена простояла не больше часа. Вот только они не просто сменились. Прежде чем уйти, охранники ворвалась в клетку и связали девушку, сунув ей в рот неприятно пахнущий кляп. Затем пленницу зачем-то оттащили подальше от входа и удалились.
Зачем с пленницей поступили подобным образом, Вероника понять не могла. «Однако вы просчитались, ребятки! В таком положении, даже со связанными руками, я всё еще могу достать артефакт, что дал мне Никитка», мысленно посмеялась она над вышедшими воинами, прекрасно понимая, что пока работают руны, любые артефакты внутри бесполезны. Ей просто хотелось хоть как-то остановить слёзы, которые собирались вот-вот хлынуть ручьем.
Правда после того, как в караул заступили новые охранники, совсем ещё молодые мальчишки, Вероника подумала: «странно это, раньше дежурили исключительно опытные паладины, а эти явно не из их числа – слишком молоды, да и вообще, этих двоих я ни разу раньше не видела и не знаю. Тот ли это случай, о котором говорил Никита? Но ведь помехи до сих пор действуют…».
Всё еще размышляя о странном поведении стражи, рыжеволосая девушка не сразу заметила, что на балконе вдруг появился Мастер Света Буран, из-за спины которого выглядывал её лучший друг Никита. В правой руке Буран держал гигантский двуручный меч, и сейчас тот излучал чистый белый свет, красноречиво предупреждая всех и каждого о решимости своего хозяина идти до конца.
— Вон она, Мастер! Спасите её!
Крикнул светлый паренёк, но сам, почему-то, так и остался стоять в дверях. Со стражниками Бурану драться не пришлось – завидев светловолосого великана, они в панике побросали оружие и побежали к выходу, огибая грозного противника по широкой дуге. Тот с прищуром осмотрел опустевший балкон, поглядел на двери, за которыми скрылись сбежавшие стражники, а потом широким шагом подошел к клетке. Обратив двуручный меч в посох, Буран одним молодецким ударом сбил замок с двери. Для посоха великана, тот оказался совсем незначительной преградой.
Попав в клетку, Буран немедленно вытащил кляп изо рта ученицы и уже собирался что-то спросить, когда на крышу высыпала целая толпа светлых воинов, под предводительством Главы Совета Каминуса.
— Вот ты и попался, предатель!
Кричал тот, потрясая кулаком, пропуская вперёд двоих Мастеров, из тех, что помоложе. Они являлись ярыми приверженцами Каминуса не только потому, что попали в Совет с его помощью, но и потому что действительно верили каждому слову своего бывшего учителя. До дверей магической клетки они добрались в тот же момент, когда к ней приблизился и Буран, со связанной девушкой на руках. Использовать артефакты, дабы сбежать он пока не мог – прутья пока ещё блокировали Силу, но и сражаться с ученицей на руках, тоже не получилось бы.
Внезапно клетка перестала излучать помехи и глаза Бурана загорелись ярким светом.
— Кто посмел? Неужто тот мальчишка по имени Никита? Разберитесь, быстро!
Заорал Каминус, глядя на то, как Буран медленно опускает на камни Веронику, готовясь к бою.
— Тебе всё равно не сбежать! Выхода нет, ты окружён, предатель!
И действительно, вокруг узилища образовалось настоящее живое кольцо из вооружённых до зубов паладинов, вместе с несколькими Мастерами. Кроме того, кто-то громко хлопнул дверью и побежал по ступеням вниз, явно для того, чтобы разобраться с выключившим механизм, ранее создававший помехи.
Вероника понимала – Мастер продержится какое-то время, может даже сумеет вырваться из клетки, если решит прорываться один, без неё. Вот только своего наставника рыжеволосая знала хорошо, а потому была уверена, что он подобным образом не поступит. Он до последнего будет пытаться вытащить и её, но это путь в никуда.
«Возможно телепортирующая трубка и сработает, но такому артефакту необходимо некоторое время, которого у учителя в обрез. Клетку могут включить в любую секунду. Кроме того, использовать её во время сражения задача не из простых, а ведь Мастер ещё и меня забрать попытается… стоп! У меня ведь и самой кое-что припрятано» в панике размышляла девушка, пока в конце её не осенило. Просунув магическую пластинку, сквозь дырку в робе, и приготовившись сжать её в руке, Вероника не своим голосом закричала:
— Мастер, коснитесь меня!
Тот долго не раздумывая сделал что просила рыжеволосая девушка, после чего с неба, сквозь прутья клетки, в застывших на полу камеры учителя и ученицу ударила черная молния.
Буран сразу всё понял, но было уже поздно. Разглядев в толпе Каминуса, точнее его улыбающееся лицо, обвинённый в предательстве Мастер Света лишь сверкнул глазами, сведя брови вместе, а затем исчез, вместе со своей ученицей Вероникой, в очередной вспышке черной молнии. На их месте осталось лишь выгоревшее дымящееся пятно – кусок крыши, сантиметров пять в глубину и метра четыре в диаметре будто бы слизало этой самой молнией, вместе с Бураном и Никой.
***
— Отвратительно! Фу, я не хочу этим больше заниматься! Будто бы в чан с фекалиями каждый раз погружаюсь! Неужели другого способа нет?
Возмущалась Марина, продолжая тереть и без того чистые руки над умывальником. Мыло при этом девушка расходовала нещадно – мощный напор едва справлялся с новыми порциями пены.
В очередной раз покинув кабинет наставницы, она примчалась сюда чуть не сбив с ног ожидающую за дверью горничную, опасаясь что её может стошнить в любую секунду. Правда такого ещё ни разу не случилось, но юная суккубка всё равно ничего не могла с собой поделать – чувствам не прикажешь, ощущениям, как выяснилось, тоже.
— Успокойся и помолчи. За подобные гадкие слова, я ведь и рот тебе вымыть могу, с этим самым мылом, которым ты пытаешься стереть то, чего не существует.
Неожиданно произнесла хозяйка дома, остановившись в дверях, позади ученицы. В то же время горничная вывела из кабинета Психеи очередного, сбросившего несколько десятков килограмм посетителя. Два месяца к ряду, дом ежедневно посещали различные богатеи, ведь хозяйка снизила цену процедуры в пять раз и теперь слишком многие могли её себе позволить.
Вот только сама она проводила процедуру изъятия Силы крайне редко, вынуждая заниматься этим Марину. Поначалу молодая девушка пыталась отказаться, но когда Психея заявила, что в таком случае прекратит обучать Сестринским премудростям, смирилась.
Правда каждый раз возлагая руки на головы этих, безмерно растолстевших мужчин и женщин, Марина испытывала исключительно неприятные чувства.
— Можем попробовать соитие, если хочешь. Так проще и приятнее. Те дамочки что в Бастионе остались, исключительно так и делают. Помнишь ведь, что тебе там предлагали.
— Да я скорее их всех на мелкие кусочки порублю!
Горячо возразила Марина, подняв всё ещё мокрую руку вверх. Глаза девушки заполнила тьма, а рука изменилась, обретя нечеловеческий вид и обзаведясь длинными острыми когтями, вместо аккуратных ноготков, как раньше.
Психея спокойно наблюдала за метаморфозами ученицы до тех пор, пока та не вернула себе прежний облик и не успокоилась.
— Ну нет, так нет. Не жалуйся тогда. Сила нужна для тренировок и нормального существования, на себе ведь прочувствовала что такое истинная Сестринская Жажда. Восполнить запасы можно только так. Для нас иных способов не существует, по крайней мере, я таковых не знаю. Кстати твой контроль всё лучше. Давай, приводи себя в порядок и на площадку. Сегодня против пятерых драться будешь, только не порань никого, как в прошлый раз.
Марина снова скривилась, вытирая руки. Прошлый раз выдался для девушки достаточно болезненным – противники хоть и обладали скудным талантом, но всё-таки являлись взрослыми, опытными и закалёнными тренировками мужчинами и женщинами. Они охраняли особняк не столько за деньги, сколько из уважения, ведомые чувством благодарности.
Когда-то, много лет назад, хозяйке дома нечем было заняться, и она гуляла ночами по улицам ближайших городов собирая там беспризорных детей. Конечно же она не могла позаботиться сразу обо всех, поэтому выбирала лишь тех, в ком ощущались хоть какие-то зачатки Силы.
Затем она воспользовалась связями и деньгами, создав для детей место, где их не только воспитывали, обучали, но и давали возможность уже повзрослевшим устроиться на работу в фирму, наподобие той которой владел Добрыня, сын Ратибора. В общем, оружием и боевыми искусствами охранники особняка владели если не мастерски, то однозначно неплохо. Ещё и сносно пользовались Силой.
— Не понимаю, как умение драться поможет найти Тима в Бастионе? Разве мы не просто «распутные женщины», способные лишь в постели побеждать тамошних воинов? Может лучше учиться всяким обольщающим-совращающим чарам – влюблю в себя парочку дуболомов, и пусть вместо меня сражаются!?
Теперь недовольно морщиться начала хозяйка дома:
— Чтобы пользоваться подобными чарам, нужно начать с основ. Потом, в идеале, с этими самыми, как ты выразилась «дуболомами», постельными утехами заняться. Но ты в этом направлении даже первый шаг сделать боишься. Принца верхом на Блике Тьмы своего всё ждешь… Два месяца прошло с тех пор, как от парнишки поступали хоть какие-то вести. Гравитус тоже пропал. Ваша связь прервалась, ну или, по крайней мере, ты его больше не чувствуешь. Значить это может лишь одно. Смирись уже, девочка.
— Нет! Ни за что! Я пойду туда и непременно найду его!
Едва сдерживая себя, рычала в ответ курносая ученица, пока её волосы медленно окрашивались в тёмный цвет. Неожиданно платье на спине Марины с треском порвалось, когда сквозь него прорвались фиолетово-черные перепончатые крылья.
— Немедленно прекрати это! Пятое платье испортила, зеркало разбила! Такой контроль никуда не годится. Между прочим, уже месяц как Буран отправился в Цитадель дабы воспользоваться штучками светлых, и попытаться отыскать следы твоего ненаглядного.
— Да он пошел, потому что от Вероники сообщения приходить перестали! Мог бы и в Бастион смотаться, что ему стоит, он же целый Мастер Света, небось никто не тронет…
Психея не выдержала и влепила зарвавшейся ученице пощёчину, чего раньше никогда себе не позволяла. Отпускать своего мужчину, только недавно с ним помирившись, старшая суккубка не желала даже к светлым, что уж говорить о Бастионе Тьмы. Теперь она, так же, как и Марина, не находила себе места. «Буран, конечно, предупреждал что возможно задержится, но ведь не на целый же месяц», именно на таких мыслях в последнее время начала ловить себя хозяйка особняка в лесу.
— Не неси чепухи. Каким бы сильным ни был Буран, в Бастионе его убьют, несмотря на показной мир между фракциями. Да, он волнуется о своей ученице, но и про Тима не забывает. А теперь иди переоденься! Месяц до турнира остался, покажешь себя там как следует, и тогда, быть может, узнаем что-нибудь о судьбе Гравитуса и парня твоего.
***
Докурив трубку и убрав её подальше, Ратибор поднялся и подошёл к Вике. Девушка удерживала в воздухе перед собой довольно крупный камень, весом не менее пятидесяти килограмм, при этом даже не прикасаясь к нему. Булыжник окружил полупрозрачный барьер, в который бывший паладин, пока курил, бросал маленькие камешки, стараясь вывести из равновесия либо Сестру Света, либо взятый ею под защиту объект.
— Неплохо-неплохо… двадцать минут прошло, и до сих пор никаких следов истощения!
Заявил старик и с размаху врезал ногой по камню. Виктория скривилась, но защиту не ослабила – камень продолжил парить над землёй около неё. Барьер выдержал ещё восемь ударов пожилого воина и только тогда окончательно рассыпался.
Виктория медленно опустилась на травку рядом с рухнувшим камнем. Немного отдышалась, а потом посмотрела на довольного наставника и произнесла.
— Я практически не чувствую прогресса, учитель. Дальше, чем на один-два сантиметра щит от себя отодвинуть не могу, так что в бою это всё равно мало кому кроме меня поможет. Крепче он, конечно, становится, но слишком медленно… так зачем это всё?
Бывший паладин по-отечески погладил девушку по голове и изрёк:
— Ты слишком торопишься. Вспомни – всего два месяца назад без Вероники ты вообще не могла его создать, а теперь вон как замечательно получается.
— Вы прекрасно понимаете, что я хочу сказать, мистер Ратибор. Тим и Гравитус пропали. Исчезли в своём Бастионе, так научите меня хоть чему-нибудь, с чем я смогу отправиться к тёмным и выяснить что же с ними случилось!
Устало возмущалась девушка, сжимая кулачки.
— Об этом мы уже говорили – в Бастион отправится Марина и Психея. Ни тебе, ни даже мне, там делать нечего. Наша цель – Цитадель Света, и вот там твои навыки могут очень даже пригодиться. Или ты забыла, что пропали не только Тим с Гравитусом, но и Буран с Вероникой?
Возразил Ратибор, помогая ученице подняться. Та всё ещё была на взводе, однако постепенно успокаивалась. Удары по щиту всегда злили и раздражали девушку, ведь часть боли передавалась непосредственно в её сознание. Поначалу у Сестры Света даже мигрени возникали, преследуя ученицу бывшего паладина до самой ночи.
— Ладно, давай попробуем кое-что другое. Выставь вперёд руку. Представь перед ней любой предмет, размером с кулак, и оберни его барьером.
— Но учитель, как обернуть то, чего нет? Я не знаю ни формы, ни размера…
Неуверенно пробормотала девушка, однако учитель продолжил монотонно объяснять, совершенно на неё не разозлившись, хоть она его и перебила:
— Собери Свет в руке, будто-то бы собираешься передать его кому-нибудь.
Немного подождав, глядя как над головой девушки разгорается тусклый свет, Ратибор с улыбкой продолжил:
— Хорошо! А теперь представь, что оборачиваешь барьером эту Силу, заключив её в шар на ладони…
Около минуты девушка хмурилась и кривилась, пытаясь выполнить указания учителя, теряя собираемую Силу Света каждую секунду, пропуская её через себя.
С досады Вика даже губу прикусила, но это, естественно, ничем не помогло – создаваемый ею барьер не мог удержать Свет. Он всё время рассыпался на мелкие осколки, причиняя при этом бедной девушке ощутимую боль. Наконец потеряв всё, что удалось собрать и не в силах накопить больше, Вика открыла глаза, став ещё злее чем прежде.
— Не получается! Что вообще я пытаюсь сделать?
Выпалила она, глядя на наставника слегка покрасневшими от напряжения глазами.
— Оружие. Так называемое Копьё Света. Тех Сестёр древности, которые были на такое способны, раньше ещё называли Валькириями. Это ничего, что с первого раза не получилось. Сейчас никто на это не способен… так же, как и передавать Силу. А раз ты способна на второе, то и первое тебе тоже скорее всего по плечу. В общем, тренируйся, но не забывай отдыхать, а то в последнее время ты совсем себя загоняла.
Уходя, обронил бывший паладин, а затем уже тише добавил:
— И меня тоже…
http://tl.rulate.ru/book/25870/987240
Готово:
Использование: