Центральная площадь Острова Ржавого Якоря, скорее уж открытое пространство, зажатое между несколькими относительно целыми заброшенными строениями. Сердце острова, где обменивались информацией и принимали коллективные решения, сейчас напоминало грудную клетку умирающего: каждый вздох вырывался отчаянным стоном. В центре площади возвышался гигантский генератор энергетического барьера, поддерживавший жизнь всего острова — чудовищное сооружение из ржавого металла, грубых труб и кристаллоподобных энергопроводов, собранное кое-как. Он издавал крайне нестабильное, болезненное гудение. Слабый голубоватый световой экран, с трудом проецируемый голографическим проектором на его вершине, который должен был прочно, словно перевернутая чаша, окутывать весь остров, теперь трепетал, как свеча на ветру, тускнея и почти растворяясь в вечном, желтоватом тумане радиационной пыли позади.
Каждый резкий всплеск светового экрана вызывал у сотен выживших, собравшихся на площади, непроизвольные возгласы и всхлипы. Дети, крепко прижатые матерями, широко раскрыв глаза, отражали в них рушащееся небо, страх не позволял им плакать в голос. Старики, присев в углах, мутным взглядом бормотали невнятные молитвы или воспоминания о Старом Мире. Мужчины сжимали в руках всё, что могли найти: ржавые железные прутья, модифицированные импульсные винтовки, даже просто заточенные стальные стержни. Костяшки пальцев побелели от напряжения, взгляды были прикованы к клубящимся за пределами светового экрана зловещим багровым облакам. Воздух был пропитан резким запахом озона, ржавого металла и коллективного пота, но сильнее всего витал запах отчаяния — тяжести, способной сломить хребет.
Хуан Лин протиснулся к краю толпы, прислонившись к холодному металлическому фонарному столбу и ощущая легкую вибрацию, идущую от земли под ногами. Это был не вибрация от генератора барьера, а нечто более глубокое, далекое — судороги «земных артерий», предвестники прилива радиации, сотрясавшие хрупкое основание парящего острова. Он неосознанно коснулся холодного металлического диска, спрятанного во внутреннем кармане куртки — единственного наследства родителей, энергетического чипа, который никогда не проявлял никаких аномалий. Он по-прежнему молчал, но сердце Хуан Лина билось учащенно, смутное беспокойство роилось в его душе, будто что-то кричало в потоке энергии, но он не мог расслышать. Старина Цзинь стоял на возвышении у основания генератора, его бронзовое лицо было резко очерчено нестабильным светом, лоб испещрен глубокой морщиной, и он, надрываясь, отдавал команды нескольким техникам, проводившим последние настройки.
«Выходная мощность связующего коннектора все еще падает!» «Третий проводящий рукав перегрет! Охладить! Черт, хладагента осталось совсем немного!» «Энергетическое ядро! Нам нужно больше высококачественных энергетических ядер! Имеющиеся запасы слишком низкого качества, они не выдержат следующего сильного энергетического удара!»
Крики техников тонули в нарастающем стоне генератора и волнении толпы. Старина Цзинь с силой ударил по консоли управления, раздался оглушительный лязг, заставивший ближайших замолчать на мгновение. Его взгляд прошелся по испуганным и полным надежды лицам внизу, остановившись на Хуан Лине. Взгляд был полон сложной гаммы чувств: беспокойства, тяжести и неоспоримой решимости. Хуан Лин понял — это последнее побуждение перед отбытием, вес надежды всего острова, возложенный на его плечи.
Когда отчаяние и хаос достигли своего пика, до слуха донесся совершенно иной рев двигателей, нарастающий издалека, острый и мощный, пронзивший гнетущую звуковую атмосферу острова. Все, как один, подняли головы.
Над ними, прорывая плотную завесу радиационной пыли, медленно опускался обтекаемый серебристо-серый небольшой летающий катер. На его корпусе четко виднелся трехкольцевой звездный герб Лиги Наблюдателей. Он приземлился с почти вызывающим спокойствием на небольшую расчищенную площадку на краю площади. В отличие от ветхих, латаных-перелатаных и дребезжащих летательных аппаратов Острова Ржавого Якоря, этот летающий катер был чистым, эффективным, излучал холодную технологичность и совершенно не вязался с окружающей обстановкой. Его двигатели затихли, люк со свистом отъехал вверх.
Первым вышел охранник в стандартном черном силовом костюме Лиги. Его взгляд из-под шлема настороженно сканировал убогое окружение и взволнованную толпу, его импульсная винтовка была готова к выстрелу. Затем появилась фигура.
Это была молодая женщина, едва ли старше двадцати. На ней был идеально сидящий, функциональный темно-синий костюм инженера с эмблемой Технического отдела Лиги на плече. Короткие черные волосы, бледная, не видевшая солнца кожа, чистое, красивое лицо, но сейчас оно казалось покрытым инеем. На носу у нее были очки для анализа данных, на стеклах которых мерцали потоки данных, отражаясь в ее спокойных глазах. В руке она держала сложное серебристо-белое устройство, и, едва сойдя с катера, начала сканировать окружающее энергетическое поле. Она едва заметно нахмурилась, будто недовольная полученными данными или просто испытывала дискомфорт от царившей здесь нищеты, хаоса и отчаяния.
Это была Ян Ин, гениальный инженер из Энергетического отдела Лиги Наблюдателей.
Старина Цзинь глубоко вздохнул, спрыгнул с возвышения и направился к ней, выдавив на лице слегка напряженную улыбку, предназначенную для официальных лиц: «Добро пожаловать на Остров Ржавого Якоря, посланница Лиги. Я здесь временный руководитель, Старина Цзинь. Благодарю вас за прибытие в этот критический момент…»
Ян Ин даже не подняла головы полностью, ее внимание было приковано к устройству в руке. Она лишь прервала Старину Цзиня холодным, ровным голосом, лишенным каких-либо эмоций, словно зачитывая скучный отчет: «Наблюдатель Технического отдела Лиги Наблюдателей, Ян Ин. По заданию Лиги, я здесь для мониторинга влияния крупномасштабного прилива радиации на энергетический барьер периферийного парящего острова и оценки его структурной целостности. Это не миссия помощи». Она особо выделила последние пять слов, четко и холодно, мгновенно погасив крошечный огонек надежды, вспыхнувший в глазах некоторых людей вокруг.
Наконец она подняла взгляд, окинула Старину Цзиня, затем — жалобно стонущий генератор барьера и стоящих за ним оборванных, изможденных выживших. В ее глазах не было ни капли сочувствия, лишь отстраненный взгляд исследователя, оценивающего почти готовый провалиться эксперимент. «Согласно предварительному сканированию, эффективность энергопотребления вашего барьера крайне низка, а структурное напряжение уже значительно превысило безопасный порог. Вероятность коллапса при следующем пике прилива составит 97,3%». Ее голос был негромким, но словно ледяной кол, пронзивший последний шум, заставив воздух застыть.
Из толпы вырвался сдавленный отчаянный крик, тут же поглощенный мертвой тишиной.
Хуан Лин сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Неприязнь, поселившаяся в нем с момента появления летающего катера Лиги, вспыхнула с новой силой. Он оттолкнул стоявшего перед ним человека и решительно подошел к Старине Цзиню, бесстрашно глядя в глаза Ян Ин, в которых, казалось, существовали только данные и логика.
«Наблюдаете? Оцениваете?» — голос Хуан Лина был хриплым от гнева. — «Разве люди из вашей Лиги только смотрят? Смотрят, как мы умираем? За этим барьером — сотни жизней! А не цифра в вашей базе данных!»
Взгляд Ян Ин сфокусировался на Хуан Лине, в нем читались легкое раздражение от прерванной работы и некоторое неприятие «иррациональных эмоций». Ее глаза за линзами очков для анализа данных окинули его — типичного обитателя окраин, одетого в лохмотья, с лицом, отмеченным ветрами и нынешним гневом, выглядевшего импульсивно и нерационально.
«Эмоции ничего не решают», — ее тон оставался раздражающе ровным. — «Коллапс барьера — объективный факт, основанный на энергетике и усталости материалов. Моя задача — зафиксировать этот процесс и собрать данные о предельных условиях отказа для улучшения будущих технологий барьеров Лиги. Вероятность вашего выживания вне моих оценочных параметров».
«Ты!» Хуан Лин был так зол, что готов был броситься вперед, но Старина Цзинь крепко схватил его за плечо.
Сила руки Старины Цзиня была велика, в ней чувствовалось неоспоримое намерение остановить. Он покачал головой, призывая Хуан Лина к спокойствию. Затем он снова повернулся к Ян Ин, его голос стал мягче, но в нем появилась едва уловимая твердость: «Госпожа наблюдатель, данные, конечно, важны. Но раз уж вы здесь, может быть… с вашей профессиональной точки зрения, вы могли бы дать нам совет? Хотя бы как отсрочить момент коллапса? Нам нужно время, хотя бы на час, чтобы найти источник энергии, который нас поддержит».
Ян Ин помолчала, ее пальцы быстро скользили по экрану устройства, вызывая в реальном времени структурную схему генератора барьера, покрытую пугающе красными зонами предупреждения. «При текущих условиях выполнимых вариантов немного», — деловито произнесла она. — «Рекомендую немедленно снизить интенсивность барьера в некритических зонах до минимума, сконцентрировав всю энергию на зоне жизнеобеспечения. Это может продлить… хм… примерно на 1,7 стандартного часа. Но это предельный маневр, он ускорит необратимое повреждение самого генератора».
Она сделала паузу и добавила: «К тому же, это требует высочайшей точности управления и предельно тонкой настройки энергетических потоков. С уровнем квалификации ваших техников вероятность ошибки превысит 80%, что может привести к мгновенной перегрузке и преждевременному коллапсу».
Эти слова звучали как ледяной приговор.
Однако ее слова, словно слабый электрический разряд, мгновенно поразили смутное беспокойство, роившееся в сознании Хуан Лина. Концентрация энергии? Тонкая настройка? Он снова коснулся кармана с чипом. Пока Ян Ин говорила, он почувствовал, что этот всегда молчавший чип… едва заметно, кратковременно нагрелся. Одновременно с этим, его смутное ощущение потоков энергии уловило в бушующем хаотичном потоке внутри генератора барьера несколько ничтожных «узлов», которые можно было бы затронуть и направить?
Это ощущение промелькнуло и исчезло, казалось, будто это было лишь иллюзией.
Но Хуан Лин резко поднял голову, его взгляд устремился на ревущего гиганта, затем — на Ян Ин, и он выдохнул, вложив в голос всю силу: «А если… если кто-то сможет ощущать малейшие изменения в потоке энергии? Знает, куда «толкнуть»?»
Ян Ин, услышав это, впервые проявила хоть какие-то эмоции — смесь легкого удивления и абсолютного недоверия, словно услышала крайне нелогичную шутку. «Ощущать малейшие изменения в потоке энергии?» — повторила она, в голосе звучала свойственная техническим специалистам строгость. — «Разве что очень опытный инженер-энергетик при помощи точных приборов, или…» Она окинула Хуан Лина взглядом с ног до головы, этот взгляд был почти как на сумасшедшего. «…те самые, крайне ненадежные и обычно скоротечные «энергочувствующие». К какому типу вы себя относите?»
Ее сомнение было безжалостным, оно несло в себе присущее элитным технократам Лиги пренебрежение к «суевериям» и «слухам» из приграничных зон.
Хуан Лин был застигнут врасплох, его лицо покраснело. Он не мог ничего доказать, ощущение было слишком туманным, даже он сам сомневался. Тайна чипа тоже не могла быть раскрыта.
В этот самый момент! Вууууу!!!
Генератор барьера издал невиданный доселе, рвущий звук! Голографический экран на вершине безумно замерцал, резко потускнел, став почти прозрачным! Сквозь него отчетливо виднелись клубящиеся красные облака за пределами барьера, где гигантские, смертоносные дуги радиации, словно молнии, начали сгущаться, извиваться!
«Фронтальная атака прилива! Началось!» — в отчаянии закричал один из техников.
Паника в толпе, подобно прорвавшей плотину воде, хлынула наружу.
Выражение лица Ян Ин тоже слегка изменилось, она быстро отступила на шаг, устройство в ее руке издало резкий сигнал тревоги, показания бешено запрыгали. «Интенсивность удара превышает ожидаемую! Немедленно выполнить план сжатия, или готовьтесь к прямому удару!» — выкрикнула она, хотя и пыталась сохранить спокойствие, в голосе уже чувствовалось напряжение.
Старина Цзинь оттолкнул замешкавшегося Хуан Лина и, крича, обратился к консоли управления: «Быстрее! Делайте, как она сказала! Сжать барьер! Отключить третью и пятую зоны! Перенаправить всю энергию в ядро! Скорее!»
Техники в панике принялись за работу.
Хуан Лина оттолкнули, он споткнулся, ударившись о холодный металлический фонарный столб. Он поднял голову, глядя на почти полностью погасший световой экран, на яростно ревущую снаружи радиационную энергию, на охваченную хаосом толпу, на встревоженного Старину Цзиня и на все еще пытающуюся записывать данные холодную наблюдательницу.
Чип в его кармане в этот раз — четко и горячо — пульсировал.
На этот раз вместе с ним пришло краткое, но невероятно ясное изображение — в глубине его сознания, в этом бурлящем потоке энергии, три ключевых энергетических узла засияли, словно маяки во тьме, указывая путь, который, возможно, мог бы временно отвести часть давления и выиграть драгоценное время!
Это была не иллюзия!
Он резко выпрямился, больше не обращая внимания на подозрительный взгляд Ян Ин, обернулся к консоли управления, к Старине Цзиню, к надвигающейся на его родную землю гибели, и из последних сил закричал:
«Позвольте мне попробовать! Я знаю, что делать!»
http://tl.rulate.ru/book/192921/20169631
Готово:
