Мгновение — и почти половина отряда наемников была перебита.
Особенно смерть мага Хармана заставила сердце Ральфа похолодеть от ужаса.
— Да кто ты такой... нет, точнее, кто вы такой?
В голове Ральфа промелькнули обрывки слухов, которые он когда-то слышал краем уха. Говорили, что если развитие маны достигает уровня сверхчеловека, то другие пользователи маны перестают её ощущать.
Тогда он лишь усмехнулся и отмахнулся, считая это бредом, но что, если стоящий перед ним человек — именно такой сверхчеловек, достигший заоблачных высот?
— По-подождите! Если в гильдии узнают о нашей гибели, они этого так не оставят!
— Гильдия?
Именно тогда Му Джэхан впервые разомкнул крепко сжатые губы.
Его речь звучала несколько неуклюже, но это определенно был общий язык, который Ральф мог понять. Почувствовав, что с собеседником хотя бы можно вести диалог, Ральф, чьё лицо до этого было белее полотна, начал понемногу приходить в себя.
— И-именно так. Мы — наемники, состоящие в гильдии. Е-если там узнают, что вы перебили нас всех, гильдия издаст приказ на уничтожение.
Му Джэхан говорил с трудом лишь потому, что не общался с людьми несколько столетий. На самом деле он до сих пор до конца не понимал: грезит ли он наяву или действительно встретил живых людей и разговаривает с ними. Слишком долго он пробыл в одиночестве.
Можно было считать удачей, что за долгие годы, почти за тысячу лет, он не забыл корейский язык. Однако даже при затуманенном рассудке Му Джэхан чувствовал в этой ситуации некую странность. Люди, которые совершенно не походили на корейцев, как ни в чем не бывало говорили на корейском.
«Кто же они?..»
— ...Ты кто такой, гастарбайтер?
Му Джэхан настолько утратил способность здраво оценивать ситуацию, что даже не подумал о том, что приехавший в Корею иностранный рабочий вряд ли стал бы разгуливать по лесу в доспехах и с оружием. Впрочем, это было неудивительно: он девятьсот девяносто девять лет прожил в погибшем мире, не соприкасаясь с цивилизацией. Воспоминания о современной жизни и порядках давно стерлись из его памяти. То, что он вообще вспомнил слово «гастарбайтер», уже можно было назвать чудом.
— Г-гастарбайтер? Это еще что? Мы — наемники, состоящие в гильдии.
— Наемники?
Что за гильдия, что за наемники... Му Джэхан не понимал слов Ральфа. Впрочем, это было не так уж важно. Он в любом случае не собирался оставлять в живых тех, кто на него напал. Это был один из законов, которые Му Джэхан усвоил на собственном опыте, выживая в разрушенном мире: отпустишь одного — завтра их вернется десяток.
Хрясь!
Пока главарь пытался вести переговоры, один из наемников, решив, что теперь-то он спасен, расслабился — и тут же поплатился за это. Му Джэхан одним ударом кулака размозжил ему голову, отправив на тот свет.
— Что вы творите!
— Что я творю?..
Му Джэхан хотел было ответить, но замолчал. Не потому, что считал излишним тратить слова на того, кто скоро станет трупом. Просто в голове вертелась нужная фраза, но он никак не мог вспомнить слово «наглость».
— Хи-и-ик!
Хруст.
Вместо ответа он просто обрушил удар на голову другого наемника, который с воплем ужаса пытался отползти назад. Шейные позвонки хрустнули, голова буквально вмялась в плечи, и наемник, нелепо пошатываясь, завалился навзничь.
Именно в этот момент Айрин, наблюдавшая за происходящим, подала голос:
— У-убей их всех! Эти ублюдки прикончили своих же товарищей!..
— Заткнись, сука!
Кулак Ральфа врезался Айрин в лицо. Она вскрикнула и обмякла. Айрин и без того была жестоко избита еще до появления Му Джэхана, а этот удар окончательно лишил её сознания.
«Надо валить».
Ральф отшвырнул в сторону волосы Айрин, за которые до этого цеплялся, развернулся и бросился наутек. Он глубоко ошибался, полагая, что с этим человеком можно договориться. Куда разумнее было сбежать, встретиться с тем торговцем и обдумать дальнейшие действия. Будучи человеком, который до дрожи дорожил собственной шкурой, Ральф, подобно хитрому кролику, наверняка подготовил себе пути к отступлению.
Он вложил в этот рывок всю ману, на которую был способен. Оттолкнувшись от земли, грузное тело Ральфа снарядом вылетело вперед, словно камень, выпущенный из катапульты.
— Ах ты, тварь!
— Ральф, подонок!
Видя, как их предводитель удирает, двое оставшихся наемников тоже бросились врассыпную. Всё шло по расчету Ральфа: он рассудил, что если все разбегутся в разные стороны, этот монстр в человеческом обличье вряд ли выберет своей целью именно его, ведь он был дальше всех.
Однако Му Джэхан не был дураком. Из-за долгой изоляции от общества его речь была нескладной, а социальные навыки и эмпатия притупились, зато за почти тысячу лет охоты он научился соображать в бою быстрее кого бы то ни было.
Вместо того чтобы бежать за ними, Му Джэхан подобрал с земли три камня подходящего размера. Каждый раз, когда его плечо едва заметно дергалось, раздавался глухой звук, и жизнь очередного наемника обрывалась. Смерть была настолько внезапной, что они даже не успевали вскрикнуть. Камни с идеальной точностью попадали в цель, и головы наемников разлетались, точно арбузы, в которые выстрелили из крупнокалиберной снайперской винтовки.
— Хек!
Хрясь!
Ральф, услышав очередной звук удара, на миг оглянулся — и это последнее, что он увидел: летящий прямо в него камень. Так бесславно закончилась его жизнь.
Разобравшись с врагами, Му Джэхан подошел к трупу Хармана, чтобы забрать свой железный прут. Он схватился за него и потянул, но из-за малого веса оружия Харман приподнялся вместе с ним. Му Джэхан равнодушно наступил ногой на труп и, прижимая его к земле, выдернул железный прут.
Хруст, хруст.
Скрежеща по ломающимся костям, прут вышел наружу. Му Джэхан несколько раз ударил им о землю, стряхивая кровь и ошметки мозгов. Несмотря на чудовищную силу хозяина и долгие годы охоты, железный прут ничуть не деформировался и выглядел точно так же, как в тот день, когда его впервые вытащили из земли.
Забрав оружие, Му Джэхан подошел к лежащей без чувств Айрин. Из-под воротника её одежды выскользнул кулон, перепачканный в крови. Му Джэхану показалось, что этот кулон ему почему-то знаком.
— М-м-м...
Айрин пришла в себя лишь спустя несколько часов.
— Ух...
Едва открыв глаза, она застонала от резкой боли, словно к лицу приложили раскаленное железо. Обливаясь холодным потом, Айрин осторожно осмотрелась и оценила свое состояние. Болт от арбалета был извлечен из бедра, а рана туго перевязана чистой тканью. Это была та самая ткань для оказания первой помощи, которую она носила в своей сумке.
На лес уже опустилась тьма, наемников нигде не было видно.
— Твою мать.
Она осторожно попыталась приподняться. Оказавшись одна в ночном лесу, Айрин невольно выругалась. Впрочем, всё было не так уж плохо. Если подумать, тот незнакомец оказал ей огромную услугу, хотя бы перевязав раны. Оставь он её так, она бы уже давно истекла кровью или была при смерти.
Стараясь не тревожить рану, Айрин медленно поднялась и сделала первый осторожный шаг. Она собиралась найти хотя бы какие-нибудь кусты, чтобы спрятаться там до рассвета.
— Куда это ты собралась?
— Ой!
От внезапно раздавшегося голоса Айрин вздрогнула и снова повалилась на землю. Рану в бедре прошила острая боль. Она сжалась и заскулила, словно побитый щенок. Сидевший в тени, словно каменное изваяние, мужчина поднял голову и посмотрел на неё.
— У-ух, напугал же ты меня!
В слабом лунном свете, пробивавшемся сквозь листву, глаза мужчины хищно блеснули, подобно глазам дикого зверя. Выкрикнув это, Айрин вытерла холодный пот со лба и принялась пристально изучать незнакомца. Его грубо подстриженные волосы доходили до плеч, а мышцы, тугие, словно канаты, проступали сквозь одежду даже в темноте. На нем были вещи убитых наемников, кое-где запятнанные кровью.
— ...Это ты меня перевязал? Спасибо.
Айрин первая неловко заговорила. В конце концов, ей стало совестно за то, что она прикрикнула на своего спасителя.
Му Джэхан молча смотрел на неё. Интонации и тон её речи немного отличались от того корейского, что остался в его памяти, но это определенно был он. Однако золотистые волосы и голубые глаза Айрин никак не вязались с образом корейца.
— Ты кореянка?
— Кореянка? Это еще что?
— Корейский человек.
— Корейский человек? А что это за раса?
Айрин озадаченно наклонила голову. Несмотря на то что лицо её после побоев Ральфа превратилось в сплошной синяк, природная красота девушки всё равно была очевидна. Она заметила, что взгляд Му Джэхана прикован к её лицу. Айрин с детства привыкла к чужому вниманию и была к нему весьма чувствительна.
— А-а, ты из-за моего лица? Да тут ничего особенного. Моя бабушка по материнской линии была эльфийкой. Из-за этого мне в детстве пришлось несладко.
Названия рас и народов в разных регионах могли различаться, поэтому Айрин решила, что «корейцы» — это просто очередное подобное обозначение.
— Вообще, если ты беден, от красоты одни проблемы. Ну, наша семья не всегда была в нужде... Зато теперь я могу притворяться авантюристкой и зарабатывать на кусок хлеба. На изучение даже самого простого заклинания нужны огромные деньги.
Айрин внезапно замолчала. Видимо, из-за раны и жара она начала болтать лишнее. Стряхнув навязчивые мысли, она снова посмотрела на него и произнесла:
— Кстати, я ведь так и не назвала своего имени. Я Айрин. А ты?
— Му Джэхан.
— Му Джэхан? Какое странное имя.
Для него в этих словах не было ничего нового. Имя Джэхан было вполне обычным, но из-за редкой фамилии Му он слышал подобное с самого детства.
— В общем, скажу еще раз официально: спасибо, что спас меня. И за помощь с раной. И... раз уж мы об этом заговорили, ты не мог бы проводить меня до города? Конечно, я не прошу делать это задаром. Я не настолько бесстыжая девка. Я заплачу достойное вознаграждение. Что скажешь?
Му Джэхан немного подумал и кивнул. Ему как раз нужен был кто-то, кто посвятит его в реалии этого мира.
Получив согласие, Айрин попыталась улыбнуться своим распухшим лицом. Так начался их общий путь.
Первым делом они решили дождаться утра на месте. Ночной лес — опасное место, особенно для раненого, от которого за версту разит кровью. Лесные хищники обычно выходят на охоту ночью и ведут себя гораздо активнее, чем днем.
— Хр-р-р...
Айрин быстро провалилась в сон. Она была на пределе своих сил. Во сне она что-то неразборчиво бормотала — похоже, ей снились кошмары.
Му Джэхан не спал. И не то чтобы он заставлял себя бодрствовать — ему просто не хотелось спать. Он мог спокойно обходиться без сна около недели, так что это не было проблемой. Вместо этого он пристально наблюдал за спящей Айрин. А если точнее — за её украшением.
Этот кулон казался ему смутно знакомым, хотя он и не мог вспомнить, где видел его раньше.
Внезапный повторный перенос в другой мир. Иностранцы, говорящие на корейском... Неужели всё это — просто череда совпадений? Но если один раз — это случайность, то дважды — это уже чей-то умысел. Означает ли это, что за всем, что с ним происходит, стоит чья-то воля?
Погруженный в свои неясные раздумья, Му Джэхан так и просидел до самого рассвета.
Воин-силовик
http://tl.rulate.ru/book/180708/16867319
Готово:
