— Позвольте спросить, Корнелиус, почему вы пригласили мистера Малфоя на это мероприятие? — спросил Дамблдор в наступившей неловкой тишине.
Глаза Люциуса слегка сузились от такого тонкого замечания. Большинство людей называло его Лордом Малфоем, но технически он Лордом не был. Семья Малфоев не имела места в Визенгамоте, поскольку появилась в Британии относительно недавно и потому не являлась Благородным Домом. Они были очень богаты, и эти деньги позволяли им занимать высокие политические посты, но они не принадлежали к тем семьям, что имели наследственное место в Визенгамоте. Это была ещё одна причина, по которой Люциус так стремился к тому, чтобы семья Блэков была поглощена его собственной.
Воистину, ухаживать за Нарциссой Блэк было одной из лучших его задумок. Его отец тоже был впечатлён этой идеей, хоть и совсем недолго прожил после того, как Люциус подстроил его заражение Драконьей оспой.
— Он один из моих главных советников, — возразил Фадж, неосознанно просветив Гарри относительно вероятной причины своего политического успеха.
— Да, но вам вряд ли понадобится его совет, чтобы выслушать объяснения Гарри по поводу статьи в Пророке, — возразил Дамблдор своим лучшим голосом типа «я очень мудрый и дружелюбный дедушка».
— Должен сказать, что я согласен с директором, — добавил Гарри. — Ваше присутствие и присутствие авроров, конечно, ожидается, и профессор Дамблдор здесь как Верховный Чародей и как мой действующий магический опекун, но, насколько я понимаю, у мистера Малфоя нет никаких особых причин присутствовать на этой встрече.
Может он и не доверял Дамблдору, но без колебаний использовал бы его как щит, если бы это было удобно.
— Но... — начал протестовать Фадж.
Гарри не дал ему шанса продолжить. Малфой-старший был опасен, и он не собирался позволить ему присоединяться к встрече. Одного внушения было явно недостаточно для этого.
— Министр, — неумолимо заявил Гарри, используя свою магию, чтобы надавить на Фаджа так, что основные пять человеческих чувств мужчины не могли бы ничего воспринять. — Это вопрос деликатный, и не стоит, чтобы его услышало людей больше, чем следовало.
Корнелиус посмотрел в эти выразительные зелёные глаза и почувствовал тяжёлый взгляд куда более могущественного волшебника, даже если и не понимал этого.
— Прости, Люциус, но он прав, — сказал Фадж кротко. Он не хотел прогонять своего друга, но не мог отказать в этом «мальчику, который выжил». Тем более что Дамблдор тоже настаивал.
Директор Хогвартса бросил на Гарри пронизывающий взгляд. Он почувствовал то, что мальчик сейчас сделал. Немногие волшебники обладали достаточной силой или знаниями, чтобы использовать свою магию подобным образом, и, как правило, это были люди старые и могущественные. Он сам мог это исполнить, но, возможно, не так тонко, как это только что удалось Гарри. Как тринадцатилетний мальчик научился этому? Нужно было это выяснить.
Люциус недовольно скривил губы, когда группа вошла в лифт. В этом, размышлял он, и заключалась проблема таких людей, как Фадж. Любой, у кого есть хоть половина мозга, может им помыкать, а сам Малфой вряд ли мог предложить этому идиоту взятку на людях.
Незаметно для всех в лифт влетел жук, а затем спрятался в неприметном уголке.
***
Лифты Министерства показались Гарри довольно загадочными. Атриум, очевидно, находился на восьмом подземном этаже, что означало, что вход для посетителей уводил его довольно глубоко. Теперь же они поднимались вверх.
Если вы собираетесь строить под землёй, то не логичнее было бы расположить атриум на первом этаже? Пути волшебников неисповедимы.
Короткая поездка прошла в молчании, так как Фадж, казалось, был слишком выбит из колеи после того, как его заставили оставить Малфоя не при делах. И поэтому он просто не мог больше болтать.
Прогулка по ОМП прошла также быстро и без происшествий, хотя как-то раз, когда они проходили через штаб-квартиру Авроров, внимание Гарри привлекла молодая женщина в аврорской мантии. Одежда была рабочей, но её фиолетовые волосы, стоящие торчком, придавали ей образ панк-рокерши, пытающейся внедриться в правоохранительные органы.
Она заметила его взгляд, её волосы вдруг стали розовыми, и она довольно непристойно подмигнула ему, заставив Гарри ответить кокетливой ухмылкой.
— Кто это был? — спросил он, абсолютно уверенный, что Дамблдор знает, о ком идёт речь. Розововолосая аврорша была очень красивой и выглядела крайне весёлой.
— Кто был, кто? — в замешательстве спросил Фадж, полностью пропустив недавний эпизод.
— Я думаю, что Гарри имел в виду Нимфадору Тонкс, — ответил Дамблдор, и, судя по голосу, был сильно рад этому. — Очень способная молодая леди и прекрасный аврор, — и по совместительству протеже Муди, которую старый аврор уже порекомендовал для принятия в Орден Феникса, если он вдруг вновь будет собран.
А вот он и шанс.
— Почему её волосы так изменились? — спросил Гарри, прежде чем Фадж успел выставить себя в ещё более дурном свете.
— Она метаморфомаг, перевёртыш от природы, — объяснил старый волшебник.
— Звучит очень полезно, — размышлял Гарри. Он знал, что это крайне типичное мужское поведение, но его ум мгновенно переключился на применение этой способности в спальне.
— Действительно, — согласился Дамблдор, голосом ещё более радостным. Он, вероятно, догадался, о чём Гарри только что подумал. — Однако дальнейшее обсуждение применения изменений образа придётся отложить, поскольку мы прибыли в кабинет мадам Боунс.
Да, Дамблдор определённо догадался.
***
Гарри быстро понял, что Амелия Боунс была ведьмой грозной, а не кем-то, кем можно было помыкать, вроде Фаджа. Её присутствие было самым сильным из всех, что он доселе ощущал, не считая Дамблдора.
Два аврора ушли, и в комнате остались только он, мадам Боунс, Дамблдор и Фадж. Что-то с этим количеством было не так, но Гарри не мог понять, что именно.
— Мистер Поттер, — сказала Боунс в качестве приветствия, её недовольство звенело в голосе словно колокол. — Вы своими статьями в Пророке и Придире доставили мне и моему отделу множество хлопот и неудобств.
В душе Гарри зародилось беспокойство по поводу её тона, но оно было поглощено Тьмой в его сознании и никак не повлияло на самообладание.
— Прошу прощения, — ответил он спокойно, — Но я не нашёл лучшего способа оправдать моего крёстного отца.
Амелия пристально посмотрела на мальчика, с неохотным уважением отметив, что её слова его не тронули. На самом деле, единственным, кто здесь выглядел неловко, был Фадж. Ей стало интересно, что случилось с Малфоем, которого, как ей было известно, этот неуклюжий идиот планировал пригласить на эту встречу. В любом случае без него было лучше. За последние двенадцать лет она не раз испытывала искушение отрубить этому ублюдку голову.
— Я уверен, что мы сможем быстро с этим разобраться, Амелия, — говоря это, Министр нервно теребил свою шляпу.
— Мистер Поттер, если вы не против, то мы будем действовать по инструкции, — Амелия скорее заявила, чем спросила, да ещё и тоном, не терпящим возражений и с лёгким сарказмом в конце.
Гарри почувствовал, как в нём пробуждается интерес к этой женщине. Она выглядела довольно суровой, но не непривлекательной, хотя монокль смотрелся немного странно. Он задался вопросом, всегда ли она была такой решительной.
Он всё же отогнал эту мысль. Время сейчас для этого было совсем неподходящим.
— Конечно, мадам Боунс.
...
http://tl.rulate.ru/book/17817/1280016
Готово:
Использование: