— Право же, мне хочется похвалить себя в прошлом за то, что я заключила контракт с господином директором.
Когда Син У Хи сделала жест, будто гладит себя по голове, Ю Хансок негромко рассмеялся.
— Глава департамента. А у вас, оказывается, есть милая сторона.
Она густо покраснела.
— Это всё алкоголь, я просто пьяна.
— Ха-ха. Будем считать, что так оно и есть.
Глядя на кипящий соус для ттокпокки, Чин Ган Ук с сожалением в голосе произнёс:
— Эх... если бы сюда ещё добавить порцию лапши рамен, было бы просто идеально.
— Добавить?
От будничного вопроса Ю Хансока Чин Ган Ук и Ю Сэхи мгновенно повернули головы в его сторону.
— Что?
— У тебя есть лапша для рамена?
Сырьё для лапши — пшеница.
Однако пшеница до сих пор оставалась культурой, которую невозможно было вырастить. Крепкий алкоголь хотя бы мог храниться долго, а вот у рамена срок годности был всего-навсего шесть месяцев. Независимо от цены, этот товар было физически невозможно достать.
Ю Хансок обменялся взглядами с Син У Хи. Она усмехнулась.
— Так вот почему вы попросили рамен, когда я спросила, какой подарок вы хотите?
— Было бы обидно есть ттокпокки без лапши.
Ю Хансок достал из бумажного пакета, принесённого Син У Хи, деревянную шкатулку, обёрнутую в дорогую ткань. Когда он открыл её, внутри действительно оказался тот самый рамен из старых воспоминаний. Увидев четыре пачки лапши, каждая из которых была индивидуально упакована в вощёную бумагу, Чин Ган Ук и Ю Сэхи застыли с ошеломлёнными лицами.
— Невероятно. Как это возможно?..
— Пшеницу, как сырьё, можно хранить долго. Её изготовили в Хёнсон Марте: вытянули лапшу из запасённой пшеницы и обжарили её.
Объяснение было простым, но реализация — отнюдь нет. Пшеница — крайне дефицитный ингредиент, который нельзя ни произвести, ни импортировать. Это стало возможным только потому, что она была прямым потомком семьи чеболей, владеющей Группой Хёнсон, в состав которой входила дистрибьюторская сеть.
Ю Хансок разломил две пачки лапши пополам и бросил в кастрюлю. Плюх. Лапша, погружённая в густой красный соус, тут же начала аппетитно размягчаться. Помешивая её половником, Ю Хансок широко улыбнулся:
— Кажется, готово. Давайте есть!
Когда он щипцами положил щедрую порцию лапши на тарелку Ю Сэхи, она выглядела так, будто сейчас расплачется.
— С ума сойти... Рамен... Теперь я по-настоящему чувствую, что сегодня мой день рождения.
— Считай, что тебе повезло с братом.
— Ты, конечно, бываешь заносчивым, но сегодня я это признаю. Ты лучший!
Чин Ган Ук накрутил лапшу на палочки, отправил в рот и издал восторженный крик:
— О-о-о! Вот он, тот самый вкус. Теперь я могу и умереть без сожалений.
Глядя на сестру, которая ела по чуть-чуть, боясь, что лапша закончится, и при этом довольно улыбалась, Ю Хансок высоко поднял бокал.
— В хороший день есть вкусную еду с хорошими людьми — это и есть истинное счастье! Так что давайте сегодня гулять до конца! Ха-ха!
#
На следующее утро.
— Ой, моя голова...
То ли из-за крепкого алкоголя, то ли ещё из-за чего, но похмелье было таким, будто кто-то стучал по моему мозгу барабанными палочками. Я попытался приподняться, чтобы выпить воды, но верхняя часть тела не двигалась, словно её чем-то придавило. Оказалось, что на моём животе покоилась нога, массивная, как бревно.
Владельцем ноги был Ган Ук-хён, который вчера, будучи мертвецки пьяным, пять раз подряд вдохновенно исполнил старый трот десятилетней давности «К тебе на эскалаторе».
«Почему хён здесь? А... точно».
В итоге, после безумной пьянки, мы превратились в подобие живых мертвецов. В памяти всплыли смутные обрывки: как приехал секретарь и забрал Син У Хи, как я отвёл сестру в её комнату, а потом уложил рядом с собой окончательно опьяневшего хёна и отключился.
«Черт... надеюсь, я не наговорил лишнего при главе департамента?»
Я помнил, как мы жадно пили, закусывая рамен-ттокпокки, но после этого плёнка памяти местами обрывалась.
«А, ладно. Глава департамента тоже была изрядно пьяна, так что, даже если я и допустил оплошность, она вряд ли что-то вспомнит».
В тот момент, когда я собирался убрать ногу хёна и встать, перед глазами со знакомым звуковым сигналом всплыло системное сообщение.
[Ю Хансок успешно вырастил 2 вида культур, общий урожай составил 50 тонн. Условия для повышения уровня Трансцендентного Дара «Мастер фермы» выполнены.]
Изменение титула: Мастер фермы (Ур. 1) → Мастер фермы (Ур. 2)
Изменение характеристик:
Увеличение скорости роста: 150% → 350%
Увеличение устойчивости к болезням и вредителям: 100% → 200%
Снижение потребности в питательных веществах: 30% → 38%
Смягчение условий роста (Ранг E) → НОВОЕ!
Изменение максимальной площади применения: 10 000 м² → 30 000 м²
Повышение уровня — грандиозное событие, знаменующее рост способностей Пробужденного. Как и подобает Трансцендентному рангу, Дар «Мастер фермы» значительно прибавил в характеристиках всего за один уровень.
Теперь салат, на выращивание которого уходило десять дней, будет готов за шесть, а кукуруза, требовавшая месяц, созреет примерно за восемнадцать дней. Не в силах сдержать радость, я, всё ещё лежа, закричал во весь голос:
— И-и-и-ха!
Валявшийся рядом трупом Ган Ук-хён испуганно подскочил:
— Что... что такое? Монстры?!
— Хён! Я поднял уровень!
Он несколько раз недоумённо моргнул заспанными глазами, а затем крепко обнял меня.
— Поздравляю! Я слышал, что для Трансцендентного ранга на это уходит как минимум год, а ты справился так быстро. Ты всё-таки необыкновенный парень.
Пробужденные низких рангов могут повышать уровень, просто выполняя несложные условия, но чем выше ранг, тем жестче становятся требования. А на Трансцендентном уровне сложность взлетает до небес, и на один шаг обычно уходят годы. Я же добился успеха спустя всего четыре месяца после пробуждения.
— Это во многом благодаря твоей помощи, хён. Ха-ха.
— Значит, ты всё-таки ценишь мои заслуги.
— Конечно. Может, сегодня снова пожарим самгёпсаль?
Хён замахал руками:
— Избавь меня от этого. Каким бы вкусным ни было блюдо, есть его два дня подряд — это перебор.
— Вот как?
— Именно. К тому же, вчера мы, похоже, переборщили. Голова просто раскалывается.
Он поморщился от похмелья и потер виски.
— Лучшее средство от похмелья — это утренний кофе... Хансок, у тебя случайно нет кофе?
— Хочешь?
— Что? Правда есть?
— Сейчас нет. Но думаю, через месяц появится.
Хён на мгновение задумался над моими словами, а затем склонил голову набок.
— Неужели ты собираешься выращивать ещё и кофейные деревья?
— Планирую.
Корея — республика кофе. До Инцидента с Вратами годовое потребление зёрен в стране превышало 150 000 тонн. Сейчас население и покупательная способность сократились, но потенциальный спрос всё равно составляет около 30 000 тонн. Если в такой ситуации вывести кофейные зёрна на рынок, только на одном этом товаре можно легко зарабатывать от 100 до 200 миллиардов вон в год. Конечно, это при условии достаточного расширения фермы.
— С ума сойти... Ты что, знаешь технологию выращивания кофейных деревьев?
— Нет.
— Тогда как?..
Я ухмыльнулся:
— Зато я знаю человека, который её знает.
У него даже были взрослые деревья, способные плодоносить.
— Ого, в нашей стране есть такой человек? И кто это?
#
Тэджон, чайная «Амхва».
— Что будете заказывать?
Услышав вопрос Ю Хансока, Чу Сохёк посмотрел на меню и поражённо цокнул языком.
Рисовый чай — 30 000 вон.
Ячменный чай — 25 000 вон.
Чай из пекинской капусты — 23 000 вон.
Минеральная вода — 5 000 вон.
Цена чашки напитка, который до Инцидента с Вратами и за чай-то не считали, была выше его дневного заработка. Решив, что это чересчур, Чу Сохёк в итоге покачал головой.
— Мне достаточно обычной воды.
— Я угощаю. Заказывайте, не стесняйтесь.
— Благодарю за предложение, но здесь нет ничего, что было бы мне по вкусу...
— А если бы это был кофе?
Ответ последовал без малейшего колебания:
— Тогда я бы отбросил стыд и заказал.
— Ха-ха. Сразу видно человека, который сам выращивает кофе. Что ж, тогда я тоже возьму воду.
Когда официант принёс воду, они продолжили разговор.
— Предложение о работе поступило внезапно, вы, должно быть, растерялись?
— Честно говоря... да, было такое.
— Понимаю. Но ни один человек, занимающийся фермерским бизнесом, не смог бы пройти мимо, увидев те кофейные деревья, которые вы вырастили.
Кофейное дерево — культура несравненно более сложная, чем салат, с которого начинал Ю Хансок. Даже если бы он не знал, что перед ним именно Чу Сохёк, сам факт того, что частное лицо вырастило кофейные деревья дома, уже заслуживал восхищения. Чу Сохёк, которому было неловко под пристальным взглядом Ю Хансока, слегка замялся.
— Если говорить честно, я ещё не до конца завершил технологию выращивания кофе.
— Я знаю.
— Более того, я никогда не выращивал другие культуры.
— Вот как. Но моё мнение остаётся прежним.
— И всё же вы хотите нанять меня?
— Элитный атлет с отличными физическими данными может добиться успеха в разных видах спорта. Я считаю, что у вас, Сохёк-сси, великолепные «базовые данные» для этой индустрии. Думаю, вы справитесь и с другими культурами.
— Я?
— То, что технология не завершена — факт. Но если говорить о качестве, то ни одна компания в стране, включая гигантов, пока не способна вырастить кофейные деревья так, как это сделали вы. Одно это красноречиво говорит о ваших способностях.
Чу Сохёк приободрился от такой неожиданно высокой оценки. Однако из-за отсутствия опыта крупного успеха его самооценка была крайне низкой, и он тут же нашёл новый повод для беспокойства.
— А если... директор, если вы во мне ошиблись?
— Это не имеет значения.
— Простите?
— Вашей незавершённой технологии выращивания уже достаточно, чтобы я захотел пригласить вас к себе.
Чу Сохёк недоумённо наклонил голову.
— Хм... вы ведь из этой сферы, должны понимать. Незавершённая технология, в которой не хватает пары условий, и готовая технология — для обычного человека разница невелика, но на деле между ними пропасть.
Добавишь компонент А — скорость роста увеличится, но растение станет уязвимым к вредителям. Добавишь Б — станет устойчивым, но замедлится рост. А если добавишь С — и расти будет быстро, и вредители не страшны, но плодов не даст. Если добавить Д...
Чтобы найти этот последний кусочек пазла, нужно повторять процесс бесконечно. Это настоящий ад, где неизвестно, когда всё закончится и во сколько обойдётся. Часто случается, что даже исследовательские институты крупных корпораций тратят огромные средства и время, но так и не находят одно-два условия или не могут коммерциализировать продукт из-за редкости необходимых ингредиентов. Поэтому ценность незавершённых технологий обычно невелика.
— Я прекрасно это знаю.
— Ха-ха... Тогда я не совсем понимаю.
— Вы ведь знаете, что я Пробужденный?
— Об этом столько раз говорили в новостях, странно было бы не знать.
— Но вы не знаете моих точных способностей, потому что я не раскрывал их прессе. У меня есть Дар, связанный с фермерством.
— Э-это правда?
Дар, связанный с фермерством.
Для такого агрария, как Чу Сохёк, это было мечтой, ради которой можно отдать всё. Мечтой, в которую никто не верил, считая, что подобных способностей не существует. При мысли о том, что обладатель такой удачи сидит прямо перед ним, в его душе забурлил сложный коктейль из зависти, восхищения и любопытства.
— Ваш дом ведь недалеко отсюда?
— Да.
— Я хотел бы кое-что показать вам у вас дома.
Его жильё было слишком скромным, чтобы приглашать туда знаменитость. Однако Чу Сохёку было очень — нет, безумно — интересно, что же покажет Ю Хансок, обладатель фермерского Дара. Поколебавшись мгновение, Чу Сохёк кивнул.
— Пойдёмте.
.
.
Дом Чу Сохёка.
Увидев комнату, которая, за исключением крошечной односпальной кровати, была целиком заставлена горшками с кофейными деревьями, Ю Хансок невольно восхитился.
— Ого, должно быть, нелегко было в одиночку ухаживать за таким количеством растений...
Чу Сохёк был обычным человеком, а не обладателем «Мастера фермы». Кофейные деревья крайне чувствительны к удобрениям, температуре и влажности. Но, судя по тому, что среди примерно двадцати горшков не было ни одного засохшего дерева, его талант действительно был выдающимся.
— Я ращу их как собственных детей.
— Видя, как они процветают, могу сказать, что вы определенно хороший родитель. Но даже если родители вкладывают всю душу, некоторые дети всё равно сбиваются с пути.
Ю Хансок указал на горшок, в котором листья дерева на треть пожелтели и поникли.
— Как этот бедняга.
Чу Сохёк посмотрел на растение с нескрываемой печалью в глазах.
— Моя главная боль. Это первое дерево, которое мне удалось прорастить четыре года назад. Думаю, этот год оно уже не переживёт.
Пока Ю Хансок смотрел на дерево, его зрачки вспыхнули золотистым светом с лёгким зелёным оттенком. С активацией Дара всплыло системное сообщение.
[Применить характеристику «Смягчение условий роста» к выбранному объекту?]
На самом деле, повышение уже имевшихся характеристик при уровне было приятным бонусом, но по-настоящему его взбудоражила именно новая способность — «Смягчение условий роста».
Она позволяла культуре развиваться нормально, даже если не все обязательные условия выращивания были соблюдены. Это был читерский бафф, который автоматически заполнял пустые места, предназначенные для последних кусочков пазла.
Ю Хансок мысленно улыбнулся и скомандовал: «Да!».
Изменение используемой площади: 3210.5/30000 м² → 3211/30000 м²
И мгновение спустя...
Ствол кофейного дерева, который был согнут, словно спина глубокого старика, начал медленно выпрямляться. Это было нереальное зрелище, будто время перед глазами потекло вспять. Чу Сохёк не мог даже вздохнуть.
— Ч-что... как это... — он лишь беззвучно шевелил губами, не в силах вымолвить ни слова.
Ю Хансок слегка щелкнул указательным пальцем по налившемуся силой стеблю.
— Я смягчил условия его роста. Превратил незавершённую технологию в завершённую. Я тот, кто способен на это, и именно поэтому я сказал, что вашей технологии мне уже достаточно.
Чу Сохёк смотрел на него глазами, полными восторга, трепета и благоговения.
— Директор, вы просто бог... Бог земледелия!..
http://tl.rulate.ru/book/176195/15414521
Готово:
