Университет Годокина, тренировочный стадион.
На открытой площадке сотни студентов рассредоточились по зонам, отрабатывая свои специфические навыки.
В восточной части Джилл, сложив ладони ковшиком, формировала из бледно-голубой изморози огромную ледяную змею с детально прорисованной чешуей.
— А ты хороша, контроль заметно вырос, — Уэйд парил в воздухе. Щелчком пальцев он выпускал струйки раскаленного воздуха, которые обвивали ледяную змею, заставляя её испаряться и распадаться прямо в небе.
Джилл улыбнулась:
— Это всё благодаря твоему обучению…
Договорить она не успела.
Б-з-з-з…
По всему стадиону разнесся отчетливый гул, и из динамиков зазвучал мягкий женский голос:
— Внимание! Режим экстренной блокировки кампуса временно снят. Беспроводная сеть полностью восстановлена. Студенты могут свободно перемещаться по территории. Просим соблюдать правила пользования сетью и не распространять неподтвержденную информацию. Повторяю…
Объявление крутилось по кругу, и в разных концах поля то и дело раздавались трели уведомлений и вибрация телефонов.
— Наконец-то! — Радостно воскликнула Джилл, выхватывая из рюкзака смартфон. Экран уже был забит десятками пуш-уведомлений.
— Восстановили? — Уэйд тоже глянул в телефон. Первое же топовое сообщение красовалось обложкой с суровым и решительным лицом Хоумлендера.
— Опять пиар-игры? — Уэйд почувствовал неладное. Напрягая слух, он ловил обрывки фраз со всего стадиона:
— …Твою мать, сигнал и правда вернулся!
— Гляньте! Хоумлендер сделал заявление!
— Шторм… она жива?
— Боже, она так сильно пострадала…
— …ради спасения людей…
— Так вот почему школу взорвали…
Гул голосов из перешептываний быстро перерос в шумные дискуссии. Все прекратили тренировки, сбиваясь в кучки и уставившись в свои гаджеты.
— Давай, садись, посмотрим! — Джилл потянула Уэйда на ступени трибуны и, устроившись у него на коленях, запустила видео.
Хоумлендер в своем геройском костюме стоял на белоснежной террасе на фоне «Чудо-центра Воут». Его голос звучал хрипло:
— Я знаю, в последнее время было много… обсуждений на мой счет. Ситуация в тот день… была крайне сложной. — Он запнулся, кадык дернулся. — Солдатик и его сообщники спровоцировали кризис, масштаб которого мы оцениваем до сих пор. Было слишком много факторов, слишком много переменных, слишком много… деталей, которые я не мог объяснить общественности в тот момент.
Он опустил взгляд на свои сцепленные руки:
— Меня спрашивали: почему я не остался? Почему не продолжил бой?
Он вскинул голову, глядя прямо в камеру покрасневшими глазами:
— Как лидер Семерки, я обязан принимать решения. Даже если из-за них я выгляжу как… трус. Даже если их не поймут, исказят и используют для нападок.
Он отошел в сторону и выкатил на передний план инвалидное кресло. В нем сидела женщина, почти полностью замотанная в белоснежные бинты – открытыми остались только глаза, ноздри и рот.
Хоумлендер посмотрел на неё с такой нежностью и болью, что они, казалось, вот-вот выплеснутся через край:
— Это моя боевая соратница, Штормфронт… Совсем недавно в Университете Годокина мы снова пресекли бесчинства Солдатика. Этот террорист пытался устроить массовую резню. Чтобы остановить его и защитить студентов и преподавателей, Шторм… — Он прикрыл рот рукой, голос задрожал. — Она спасла многих ценой самой себя.
Он снова обратился к зрителям, и его взгляд стал стальным:
— Сейчас Солдатик и его террористическая группировка продолжают использовать смонтированные видео, выдуманные истории и любые средства, чтобы атаковать нас, атаковать «Воут» и нашу веру в защиту этой страны. Они хотят, чтобы мы сомневались, чтобы мы разделились, чтобы мы сдались.
— Но у них ничего не выйдет. — Хоумлендер вскинул руку, чеканя слова:
— Я не пойду на компромисс. «Воут» не пойдет на компромисс. Что бы ни случилось, защита этой страны, защита каждого, кто верит в меня, поддерживает меня и даже… сомневается во мне – это моя главная миссия.
Речь закончилась, и в кадре Хоумлендер медленно увозил молчаливую Штормфронт.
Видео оборвалось. На стадионе воцарилась тишина, прерываемая лишь судорожными вздохами.
Джилл смотрела в экран, её глаза повлажнели, она невольно сжала телефон:
— Она… так сильно ранена… и всё ради того, чтобы спасти людей?
Рядом несколько студентов, которые до этого вовсю ругали «Воут» и университет, теперь переглядывались с растерянным видом:
— Так вот оно что… Хоумлендер улетел, потому что было другое важное задание? Ради общего блага?
— Бедная Шторм… Раньше она мне казалась стервой, а теперь…
— Значит, школу блокировали ради расследования и охраны места преступления? А мы-то на них нагнали…
Настроение толпы изменилось буквально за считаные минуты.
Эмоции, особенно сочувствие к «жертве» и «боли», зачастую пробивают людей гораздо эффективнее, чем сложные факты.
Уэйд смотрел на всё это с каменным лицом. В душе он не чувствовал ничего, кроме желания поаплодировать Хоумлендеру за этот виртуозный спектакль.
«Красиво. Не стал спорить о правде и лжи, а просто возвел всё в ранг „тяжелого выбора лидера“ и „трагической жертвы героев“… Превратил побоище в Годокине из позора в героическое отражение атаки террористов. А заодно клеймил то видео как „черный пиар враждебных сил“. Одним выстрелом трех зайцев».
Он понимал, что «Воут» вбросили эту «правду» не только ради имиджа.
За этим наверняка стоит что-то посерьезнее: подготовка к слушаниям в Конгрессе, попытка задушить назревающий бунт в кампусе из-за «проблем со здоровьем» или просто зачистка инфополя.
Джилл обняла его за шею и прошептала:
— Как думаешь… это всё правда? Шторм и правда спасала…
Уэйд отвлекся от своих мыслей и погладил её волосы, подернутые инеем:
— Глупенькая, я после того, как людей вытащил, сразу пошел вас искать. Откуда мне знать подробности?
Джилл вытерла слезы о его плечо и рассмеялась:
— И то верно! Пойду-ка я расспрошу девчонок из сестринства. — С этими словами она убежала.
В этот момент подошел Джордан Ли, вытираясь полотенцем:
— Свободен? Давай отойдем, поболтаем.
Уэйд закинул рюкзак на плечо и как бы невзначай спросил:
— Ты помнишь, что именно произошло, когда Солдатик ворвался в школу?
— Мне повезло, я был далеко от центра активности. Услышал сирену, голова вроде разболелась, а потом – провал… Очнулся уже в безопасном месте. — Джордан почесал затылок. — Кейт же говорила, что там какой-то телепат воду мутил?
Уэйд кивнул:
— Я видел, как на многих это повлияло, они толпой пошли на Солдатика. Хоумлендера со Шторм в тот момент и близко не было.
— А другие ребята говорят, видели, как они в учебном корпусе махались с Солдатиком, а потом здание бахнуло. — Джордан сложил полотенце, задумавшись. — Может, Хоумлендер и не врет.
— Ты серьезно? — Уэйд едва сдержал усмешку – не ожидал, что даже Джордана так легко разведет «Воут». — Если они взорвали здание ради спасения людей, зачем было первым делом блокировать всю информацию, рубить сеть и запрещать всем выходить?
— Это правда ради «охраны места расследования» или… чтобы выгадать время и состряпать вот такую складную и слезливую историю?
Джордан принял мужскую форму, его брови сошлись на переносице. Сочувствие в глазах сменилось сомнением:
— Ты хочешь сказать…
— Я хочу сказать, что правда обычно куда сложнее сказок. — Уэйд похлопал его по плечу. — Слепая вера только уводит нас от настоящих ответов.
В это время со стороны стадиона к ним быстрым шагом направились Элена, Кейт, Люк и Андре. Вид у всех был прескверный.
Через пару минут вся шестерка уже собралась на траве стадиона, закрыв глаза для «отдыха».
В сияющем Мире снов Кейт сидела за круглым столом. Лицо её было серьезным:
— Все видели?
Уэйд встал рядом с ней:
— Видели. Актерская игра на высоте.
— Какое, к черту, «героическое сопротивление»? — Андре сплюнул, не скрывая эмоций. — Брехня собачья!
Элена подняла руку и тихо добавила:
— Я заглядывала в сны многих ребят и видела, как всё было на самом деле… Солдатик будто что-то искал, Хоумлендер и Шторм прилетели позже, и только тогда здание взлетело на воздух. Хронология вообще не та!
— Пф, они просто заметают следы. — Люк скрестил руки на груди. — Сэму в последнее время всё хуже, он постоянно бредит… Мы не можем спустить на тормозах тему Препарата Ви. Если он такой «натуральный и безвредный», как они поют, почему с братом такое творится?
Кейт накручивала локон на палец:
— Я опросила больше десятка студентов, которые были далеко и не попали под ментальный удар. Их слова подтверждают версию Элены.
— «Воут» намеренно всё запутывает. Они хотят превратить мутную атаку с неясными целями в пафосный сценарий о самопожертвовании героев.
— У школы к ним сейчас только претензии по блокировке и болезням от Препарата Ви. Они хотят этим видео заткнуть всем рты. — Уэйд обвел всех взглядом. — Нам нужно ускорить сбор данных о побочках способностей.
— И как теперь быть? — Джордан занервничал, расхаживая туда-сюда и снова став женщиной. — Теперь им опять все верят! Наши отчеты об аномалиях в организме вообще кто-то будет слушать? Они еще имеют вес?
— Конечно, имеют. — Андре потер виски. — Это реальные доказательства, и я не перестану их собирать!
— У меня уже есть данные по ребятам с тяжелыми симптомами, даже записи из медпунктов и результаты анализов. Нельзя, чтобы это пропало зря!
— Нам нужно сохранять спокойствие и не лезть на рожон с прямыми обвинениями «Воут». — Уэйд протянул руку. — Проблемы со здоровьем у студентов – это факт. Он реален, он повсеместен и требует решения… Мы просто требуем права на информацию и защиту здоровья. От этого «Воут» так просто не отмахнется.
Все поняли подтекст и сложили руки одна на другую:
— Мы – Люди Гэ, и мы не отступим!
На траве стадиона шестеро друзей открыли глаза и один за другим разошлись.
Уэйд взлетел в небо, глядя на панораму города за пределами кампуса. «Сильный ход, „Воут“. Без козырей в рукаве в инфополе с вами бодаться трудно… Нужно найти что-то другое. Что-то убойное. То, что невозможно будет опровергнуть».
Он вспомнил Хьюи и его компанию, которые копали под клинику «Сейдж Гроув», Фонарщика и тех запертых «подопытных».
Как у них успехи? Насколько всё гладко? Что там на самом деле происходит внутри?
Обрывков фраз из почты было мало. Ему нужно было увидеть всё своими глазами.
http://tl.rulate.ru/book/174853/14837016
Готово:
