— А?
Выслушав Гина, Шисуи, казалось, начал о чем-то догадываться, но полная картина все еще ускользала от него.
— Не сопротивляйся. Я использую гендзюцу, чтобы объяснить тебе все более подробно.
Видя замешательство Шисуи, Гин понял, что одних слов будет недостаточно. Он решил применить сложную и весьма удобную технику Виртуальной Иллюзии, чтобы дать Шисуи возможность лично пережить и осознать истинные причины происходящего.
Шисуи не стал возражать. Хотя подобное решение было крайне рискованным для шиноби — ведь отказ от сопротивления чужому гендзюцу означал, что противник может убить тебя в любой момент, — Шисуи доверял Гину.
Иллюзия длилась около минуты, но объем информации, переданной за это время, было просто невозможно изложить словами даже за час.
— Как такое возможно? Неужели Третий Хокаге действительно такой человек?
Очнувшись от наваждения, Шисуи впал в состояние глубокого шока, граничащего с отрицанием всей его прошлой жизни.
В гендзюцу Гин привел детальные факты. Когда у власти был Первый Хокаге, он основал Коноху и создал её структуру.
Второй Хокаге усовершенствовал систему, создав Анбу, Академию Шиноби и различные институты, действующие по сей день. Полиция Конохи также была учреждена в этот период с целью предотвратить потерю контроля над кланом Учиха из-за гибели их близких.
Но когда к власти пришел Третий Хокаге, помимо участия во всех трех мировых войнах шиноби, его главным занятием стало распространение «Воли Огня». Внутри деревни почти ничего не изменилось, а все наследие кланов было растрачено на войны.
Это касалось и угасания клана Сенджу. Возможно, несколько его представителей еще влачили жалкое существование, но по сравнению с былом величием это было как небо и земля. Если бы не Цунаде, можно было бы сказать, что клан Сенджу полностью стерт с лица мира шиноби.
— Хотя он и не отдавал приказы лично во многих случаях, он — лидер Конохи. Без его молчаливого согласия подобные вещи никогда бы не произошли, — голос Гина звучал ледяным холодом.
Со стороны Сарутоби Хирузен выглядел добрым дедушкой. Многие грязные дела творились руками советников и формально не решались Третьим. Но именно это лицемерие и делало Хирузена наиболее отвратительным.
— Это…
В голове Шисуи царил хаос. Все, во что он верил, рухнуло после увиденного в иллюзии.
Если Третий Хокаге действительно такой человек — эгоист, который выжал все соки из клана Сенджу и присвоил их наследие, чтобы усилить клан Сарутоби… То у клана Учиха действительно может не быть ни единого шанса на примирение с Конохой, и даже простое снижение напряженности кажется невозможным!
— Тебе ведь знакомо имя Узумаки Наруто? — продолжил Гин.
Шисуи кивнул.
Это считалось секретом, но многие в деревне знали правду. Обычным жителям было строжайше запрещено говорить о том, что Узумаки Наруто — джинчурики Девятихвостого Лиса.
— Он — сын Четвертого Хокаге.
Шисуи нахмурился, выглядя растерянным; очевидно, этого он не знал.
— Девятихвостый сильнее остальных восьми Хвостатых Зверей. Не каждый может стать его джинчурики.
— Первым джинчурики Кьюби была жена Первого Хокаге из клана Узумаки, Мито. Вторым, предыдущим джинчурики, была жена Четвертого Хокаге, Кушина Узумаки. Клан Узумаки обладает особыми чертами: их регенерация и объемы чакры — одни из лучших в мире шиноби. Только такое тело может выдержать эрозию чакры Девятихвостого!
— Третий Хокаге также несет ответственность за уничтожение клана Узумаки, но об этом не стоит много говорить. Главное доказательство того, что этот ребенок, Узумаки Наруто, является сыном Четвертого — его светлые волосы, унаследованные от «Желтой Молнии», и фамилия Узумаки, принадлежавшая принцессе клана, Кушине.
Гин разложил все по полочкам.
Шисуи был потрясен; он, конечно, не знал стольких секретов. Впрочем, это было нормально. Ниндзя воспитываются как инструменты. В Конохе, за исключением глав нескольких кланов, обычные люди знают очень мало. Информация контролируется крайне жестко; они — просто «расходный материал».
— Итак, что мы имеем? Родители этого ребенка, Узумаки Наруто, отдали свои жизни, защищая Коноху, и в конце концов пожертвовали собой, чтобы запечатать Девятихвостого в собственном сыне. А что получает этот ребенок? Ненависть всей деревни и ежемесячное пособие, на которое даже не прожить.
— Вот как Третий Хокаге отплатил сыну героя!
— И не надо мне рассказывать сказки про то, что его бы преследовали, знай враги, что он потомок Четвертого. Разве за джинчурики и так не охотились бы другие деревни? Вся Коноха уже знает, что Наруто — джинчурики Кьюби!
Гин чувствовал гнев, просто говоря об этом.
Разве так поступают люди?
Шисуи молчал; очевидно, он тоже считал происходящее чудовищной несправедливостью. Он не мог понять, почему Третий так жестоко обходится с ребенком героя. Жить в нищете после того, как фактически спас Коноху — это уже слишком!
— Я позвал тебя сегодня не для того, чтобы заставить выбрать сторону. Я просто хочу, чтобы ты знал правду и не был ослеплен так называемой «Волей Огня».
— В своё время деревню назвали «Коноха» (Лист) из-за Стихии Дерева Первого Хокаге, а титул лидера — «Хокаге» (Тень Огня), потому что этот огонь пришел от Стихии Огня клана Учиха. А теперь нам скармливают чушь про «Волю Огня», которая якобы горит вечно!
Гин замолчал.
Он не ожидал, что убедит Шисуи мгновенно, но хотел прочистить мозги парню, чтобы тот перестал слепо верить всему подряд.
— Гин… спасибо тебе!
Шисуи с глубоким уважением опустился на колени и коснулся лбом пола в низком поклоне.
Он был искренне благодарен. Страшно представить, к каким последствиям могли привести его действия, продолжай он действовать в неведении.
— Хоть Учиха и не ангелы, по сравнению с верхушкой Конохи мы просто белые и пушистые.
— И еще, возьми это. Это запретная техника клана Учиха. Изучи её, лишний козырь не помешает.
Гин достал свиток и протянул его Шисуи.
В свитке была техника Изанаги. Именно на неё полагался Данзо, когда устроил засаду на Шисуи. Раз уж даже в Конохе овладели этим дзюцу, Гин считал, что нет смысла продолжать строго ограничивать его распространение внутри клана.
Как высокопоставленный член клана, Гин имел доступ к этим знаниям по праву рождения. Изанами была опасна, но Изанаги не требовала столь строгих ограничений.
Шисуи был глубоко тронут, но в этот момент не нашел слов, его мысли путались.
После откровенного разговора с Шисуи, Гин был готов начать действовать уже завтра.
Перед уходом Шисуи забыл спросить об ответе главы клана, а Гин и не стал упоминать об этом. Можно было просто игнорировать Фугаку; он был всего лишь брандмауэром. Если ситуация выйдет из-под контроля, Гин всегда сможет вытолкнуть его вперед, чтобы сгладить углы и потянуть за ниточки в верхах Конохи.
— Пусть сначала начнется хаос, это собьёт всех с толку. В мутной воде рыбу ловить легче.
Гин посмотрел на полную луну в ночном небе, обдумывая свои следующие шаги, и окончательно утвердился в своём решении.
http://tl.rulate.ru/book/170113/12230179
Готово:
