По величественному и прекрасному коридору быстрым шагом шел мужчина.
Его светлые волосы были аккуратно зачесаны назад, а под гладким лбом тянулись ровные густые брови.
Центром его великолепного лица с идеальной симметрией и прямой переносицей были зеленые глаза с красноватым отливом.
Взгляд, в котором величие прирожденного правителя смешивалось с высокомерием.
Однако его походка, в отличие от невозмутимого выражения лица, казалась несколько поспешной.
Свернув за угол, он поднялся по лестнице, миновал лестничную площадку и снова пересек коридор, пока перед ним не возникла красивая белая дверь.
На его безупречном лице, лишенном до этого момента всяких эмоций и подобном изваянию, наконец промелькнула тень волнения.
Стоило ему распахнуть дверь, как возникло иллюзорное ощущение хлынувшего отовсюду ослепительно белого света.
Казалось, ворвался нежный ветерок, и замершее время года вновь потекло вперед в тот самый миг, когда открылась дверь.
Взгляд мужчины замер на одной точке.
Иссиня-черные вьющиеся волосы необычайно выделялись в комнате, где все было белым. Округлый лоб, тронутый светом, брови такого же темного цвета, как и волосы, черные глаза под ними и мочка уха, которую прикрывала прядь.
Почувствовав чужое присутствие, она медленно подняла голову.
Когда их взгляды встретились, ее большие глаза расширились еще сильнее, а алые губы приоткрылись, обнажая жемчужно-белые зубы.
Мужчина на мгновение задержал дыхание.
— Ноа!
Услышав этот светлый голос, полный радости, мужчина, доселе стоявший неподвижно, направился к ней. Его охватило нетерпение, словно ее чистое лицо могло исчезнуть в любой момент.
Ноа порывисто склонился над ней, сидящей на диване. Одной рукой он осторожно придержал ее тонкую шею и приник к красным губам, подобным распустившейся розе.
От аромата, коснувшегося кончика носа, и нежного ощущения на губах внутри всё закипело и затрепетало, словно готовое расплавиться.
— Ах…
Едва слышный прерывистый вздох вызвал в нем обжигающую жажду. Казалось, все чувства подталкивали его вперед.
Ноа еще ниже склонил голову, зарываясь лицом в изгиб ее шеи, а затем зубами стянул бретельку платья, едва державшуюся на ее белом хрупком плече. Обнажилась ослепительно светлая кожа, контрастирующая с черными волосами.
— Ноа…
Когда этот лихорадочный голос проник в уши, показалось, что и сознание начинает плавиться от жара.
Тяжело дыша, Ноа осторожно коснулся губами ее мягкого плеча. Тонкий голос ласкал слух, а нежное, томящее чувство таяло на кончике языка.
Ему казалось, что даже если мир сейчас прекратит свое существование — это будет неважно.
Ощутив прикосновение пальцев, осторожно поглаживающих его волосы, Ноа поднял голову. На него смотрело чистое и кроткое лицо.
Всматриваясь в свое отражение в ее черных глазах, Ноа прошептал:
— Оливия.
⚜ ⚜ ⚜
Ноа резко открыл глаза.
Сквозь его красиво очерченные губы вырвалось тяжелое дыхание, совсем не свойственное спящему человеку.
Он попытался было успокоиться и привести в порядок затуманенный рассудок, но перед взором возник до жестокости знакомый потолок.
Ноа невольно затаил дыхание и снова зажмурился.
— Сумасшедший…!
Сквозь стиснутые зубы он все же выругался и несколько раз грубо потер лицо руками. Но этого оказалось недостаточно, чтобы унять гнев, и он несколько раз с силой ударил затылком по ни в чем не повинной подушке.
Тихая спальня была наполнена лишь звуками его тяжелого дыхания.
Переведя дух, Ноа откинул одеяло, поднялся и сел на край кровати. Опершись локтями о колени, он спрятал лицо в ладонях.
Вопреки его воле в ушах эхом отозвалась слуховая галлюцинация, которую он никогда не слышал наяву.
«Ноа…»
Услышав свое имя, произнесенное этим чистым голосом, Ноа в конце концов издал сухой смешок.
— С ума сойти. Видимо, воздержание сказывается. Глупости какие…
Он сидел, согнув мощную спину, и изо всех сил старался обуздать чувства, которые никак не желали утихать.
Тот спокойный и ясный голос никогда не дрожал и уж тем более не смел произносить его имя. Нет, даже не мог.
Слово, которое произносил тот голос, было не «Ноа», а…
«Ваше Высочество».
Он никогда не видел и этих черных глаз, затуманенных страстью, а тонкие руки никогда не обвивали его шею.
Все это было лишь иллюзией, порожденной воображением Ноа Астрида.
— С самого утра паршивое настроение.
Ноа горько усмехнулся над собой и перевел взгляд на Серебряный фонарик, стоявший на тумбочке. Он долго служил ему верой и правдой, но вчера окончательно сломался.
Оливия.
Он думал, что забудет это имя за месяц, но оно никак не желало покидать его память.
И не только это.
Ему ведь не тринадцать лет, какого черта ему снятся подобные сны?
Раздраженно цокнув языком, Ноа решил отвлечься и наугад развернул газету, лежавшую на тумбочке.
Пробегая глазами по статьям, начинавшимся с новостей о павшей королевской династии Полия, Ноа внезапно замер.
[Оливия Либерти назначена первой женщиной-профессором.]
Опять это имя.
Хмурый взгляд Ноа скользнул к черно-белой фотографии под заголовком.
Элегантная женщина в рубашке и расклешенной юбке смотрела прямо в камеру и мягко улыбалась.
Совсем как в той газете, где он увидел ее впервые два года назад.
⚜ ⚜ ⚜
Около двух лет назад.
Хероллингтон, Столица королевства Херот. Большой особняк, расположенный в Аппер-Ривер, районе с баснословно дорогой землей.
Ноа, который вчера вернулся домой лишь около полуночи после посещения последнего мероприятия, открыл глаза ранним утром.
— Ха… проклятье.
Мало того что он чувствовал себя измотанным, так еще и настроение с самого утра было отвратительным.
И как ему могло быть хорошо, если результат вчерашнего «фестивального ада» скоро будет лежать прямо перед ним?
Ноа повернул голову и посмотрел на прикроватную тумбочку.
Вот оно.
Сегодняшняя Утренняя газета.
Ноа быстро протянул руку, схватил газету и принялся проверять первую полосу.
Никогда в жизни он так не желал увидеть свое лицо на первой странице, но жизнь редко подчиняется желаниям.
Как только он увидел физиономию своего дяди, напечатанную на самом видном месте, Ноа зажмурился и разразился чередой грубых ругательств.
— Ха, черт. Будь оно все проклято!
Резко вскочив с постели, Ноа в сердцах отшвырнул газету с ненавистным лицом дяди.
Все усилия, приложенные им вчера, пошли прахом.
Он посетил целых семь мероприятий, надеясь затмить новости, но так и не смог помешать дяде удостоиться чести занять первую полосу.
— Почему я должен убирать дерьмо, которое навалил мой дядя?!
Отец-король сегодня снова будет в ярости и обязательно вызовет его к себе.
От одной только мысли об этом гнев закипел в нем с новой силой. Ноа встал, взял сигарету и вышел на балкон. Как раз когда он собирался прикурить, в комнату вошла Старшая экономка особняка Бетти, толкая перед собой сервировочный столик.
Ноа, прислонившись спиной к перилам балкона и глядя в небо, произнес:
— Спасибо. Оставьте там и идите.
Настроение Принца явно было крайне скверным.
Бетти быстро расставляла еду на столе, украдкой поглядывая на него.
Безупречный овал лица, словно выточенный искусным мастером, и гармоничные черты лица вызывали восхищение даже при мимолетном взгляде.
Несмотря на высокий рост и мощное телосложение, благодаря изящным чертам лица или, возможно, сквозящей в каждом движении элегантности, от него веяло утонченностью и благородством.
Обычно Ноа вел себя учтиво даже с подчиненными, соблюдая дистанцию, так что служить ему было не в тягость.
Однако Принц Ноа никогда не допускал эмоциональной близости со слугами. Если кто-то из персонала осмеливался переступить эту черту, его немедленно увольняли.
Бетти налила в чашку свежезаваренный черный чай и поспешила удалиться.
Убедившись, что она ушла, Ноа подобрал брошенную на кровать газету и сел перед дымящейся едой.
Сделав глоток горячего чая в разгар лета, Ноа ледяным взглядом уставился на фото дяди, а затем перелистнул несколько страниц.
Несмотря на участие в семи мероприятиях, упоминаний о нем почти не было, что было даже обидно.
— Значит, все эти мучения были напрасны, — язвительно пробормотал он.
Ноа уже собирался резко захлопнуть газету, как вдруг что-то привлекло его внимание.
[Оливия Либерти выбрана лучшей выпускницей Хероллингтонского университета. Она даже получила приглашение от первой леди Фалдера.]
Взгляд Ноа скользнул от заголовка вниз.
На маленькой фотографии размером с ладонь женщина в скромной рубашке и расклешенной юбке стояла рядом с его тетей, Профессором Маргрит, и улыбалась.
Ее лицо, озаренное застенчивой улыбкой, было довольно милым.
— Лучшая выпускница Хероллингтонского университета… Оливия Либерти.
Пока Ноа пробовал имя Оливии на вкус, послышался звук торопливых шагов. Межбровье Ноа, которое на миг разгладилось, снова резко нахмурилось.
Раздался торопливый, вызывающий нервную дрожь стук, и в комнату ворвался секретарь Мейсон.
Ноа, не дав ему вымолвить ни слова, положил газету на стол и поднялся.
— Десять минут.
Мейсон, словно и не собираясь ничего говорить, снова закрыл дверь и вышел, а Ноа потянул за Шнур для вызова прислуги.
⚜ ⚜ ⚜
Все-таки завершенность образа — это лицо и фигура.
Как можно было довести этот облик до совершенства всего за десять минут?
Ноа, одетый в белую форму офицера военно-морского флота, сидел в карете и просматривал документы. Его золотистые, как мед, волосы, уложенные помадой, сияли в лучах солнца, проникавших в окно кареты.
Мейсон, опустив глаза, чтобы не слепнуть от этого блеска, наблюдал за тем, как Ноа ставит подпись своим изящным почерком.
«Даже подписывается элегантно. Если сделать фото этого момента и продать его, можно было бы неплохо заработать. А, ну да, конечно, перед этим меня бы прикончил Его Высочество Принц».
Почувствовав на себе взгляд, Ноа вскинул глаза и посмотрел на него.
— Что?
В его безукоризненной осанке и манерах сквозила едва уловимая, острая, как натянутая струна, раздражительность.
Мейсон поспешно покачал головой.
— Вы закончили?
Ноа убрал Перьевую ручку во внутренний карман кителя и передал документы Мейсону.
— Говорят, Корпорация «Вильгельм» открывает филиал в Столице. Я увеличу объем инвестиций.
— На двадцать процентов?
— Да, хорошо. И еще, сегодня у вас запланировано три мероприятия: одно в четыре часа дня, второе в пять тридцать и третье в семь.
Послышалось ругательство Ноа, но Мейсон сделал вид, что ничего не слышал, и продолжил:
— Поскольку вы отправитесь из Королевского дворца прямиком в резиденцию военно-морского флота, я заеду за вами в три тридцать.
— …Можешь не заезжать. Не приезжай.
— Я не могу так поступить.
Мейсон пожал плечами, а Ноа замолчал, с тоской глядя на пейзаж за окном.
Снова три мероприятия за день.
Если он не найдет способа отвлечь внимание прессы и не успокоит гнев Короля, этот беспощадный «фестивальный ад» продолжится и завтра, и послезавтра.
Когда вдали показались золотые решетки ворот Королевского дворца Херота, Ноа спросил Мейсона:
— Ты знаешь некую Оливию Либерти?
Мейсон, изучавший газету, поднял голову.
— Конечно, знаю. Разве есть в Хероте кто-то, кто ее не знает? Она же такая… эффектная, не так ли?
Мейсон указал на фотографию Оливии, словно как раз читал статью о ней. Ноа усмехнулся, глядя на него с недоумением.
— Эффектная, глядя на это фото? У тебя что, проблемы со зрением?
— Самая молодая студентка Хероллингтонского университета из простолюдинок Херота, первая женщина-студентка и, наконец, лучшая выпускница!
Мейсон начал увлеченно перечислять, загибая пальцы.
— Одного этого достаточно, чтобы заинтересоваться, но вы только посмотрите на это лицо! А если честно, с какой стати новости о студентке из заморского Фалдера печатать в газетах Херота? Как вы думаете, почему их напечатали? При том, что даже Его Высочество Принц, который вчера посетил семь мероприятий, не попал на страницы!
— …….
Мейсон, который с азартом растопырил семь пальцев, быстро опустил глаза и извинился, почувствовав на себе поток немых ругательств, исходивших от взгляда Ноа.
— Прошу прощения.
— Итак, что ты хочешь этим сказать?
Его пониженный голос был холодным до дрожи. Мейсон пробормотал, стараясь не встречаться с ним взглядом:
— Я к тому, что Оливия Либерти очень популярна. Все ее знают. И, конечно, только с хорошей стороны. О, и Принцесса Маргрит на этом фото получилась великолепно.
Мейсон, чувствуя неловкость, пробормотал это, указывая на Принцессу Маргрит.
В этот момент карета миновала золотые ворота Королевского дворца.
«Уже дышать тяжело. Будь оно всё проклято. Почему это меня вызывают разгребать последствия? Чем больше думаю об этом, тем больше злюсь».
http://tl.rulate.ru/book/168760/11756246
Готово:
