Глава 31
Дзенский монастырь Гуаньинь
После того, как Сунь Укун, Нэчжа и Янь Цзэнь вдоволь напились, они разошлись.
Сунь Укун, хоть и с великой неохотой, отправился в путь на Запад, чтобы найти Тан Саньцзана и сопровождать его в Западный Небесный Край за буддийскими сутрами.
Время шло стремительно. Янь Цзиньшэ, управляя повозкой, мчался вперед и вскоре достиг Дзенского монастыря Гуаньинь.
Тан Саньцзан издалека увидел Дзенский монастырь Гуаньинь: слои дворцов, ряды коридоров.
Перед тройными воротами горы — величественные разноцветные облака; перед Залом Пяти Благословений — яркое красное туманное сияние.
С обеих сторон — сосны и кипарисы. Сосны и кипарисы, древние и вечнозеленые, сохраняли свою тишину; кипарисы, полные красок и оттенков, гордо возвышались.
Он также увидел высокие колокольни и барабанные башни, изящные пагоды.
Монахи, погруженные в медитацию, звучали как умиротворенные птичьи трели.
Тишина и безмятежность истинно безмятежны, чистота и пустота несут плоды чистоты и пустоты — прекрасная буддийская обитель.
Надпись у входа в Дзенский монастырь Гуаньинь гласила: «Высшая обитель, приют среди зелени, превосходящий мирское великолепие».
«Истинно, райских земель на земле мало, большинство знаменитых гор мира занимают монахи».
Тан Саньцзан с изумлением цокал языком: «Как же роскошно здесь всё построено!»
Тан Саньцзан слез с повозки, подошел и постучал в большие ворота Дзенского монастыря Гуаньинь.
Через некоторое время открыл дверь маленький монах. Он осмотрел Тан Саньцзана и тигриную повозку позади него, и его лицо исказилось от ужаса.
Маленький монах, дрожа, уставился на большого тигра и пролепетал: «Кто ты? Что тебе нужно? Зачем ты здесь?»
Тан Саньцзан, увидев это, понял, что напугал монаха, и сказал: «Нищий монах из Великой Тан Восточных Земель, направляюсь в Западный Небесный Край, чтобы убить Юйланя, соблазнить Бодхисаттву Гуаньинь и стать Буддой. Проезжаю мимо, хочу переночевать. Не убирайся с дороги быстрее, иначе я прикажу этому тигру съесть тебя».
Маленький монах, услышав это, застыл на месте, не зная, что делать.
Тан Саньцзан, увидев это, не стал обращать на него внимания, просто оттолкнул его в сторону, открыл дверь и вошел внутрь.
Затем Тан Саньцзан обратился к Янь Цзиньшэ позади: «Помнишь, как мы поступили с поместьем Тан? Иди, наведи порядок, а потом позови меня».
Янь Цзиньшэ ответил: «Есть».
Услышав это, Янь Цзиньшэ принял человеческий облик и направился внутрь. Сяо Байлун же, свернувшись на крыше повозки, остался в полном недоумении.
Тан Саньцзан, видя, что Сяо Байлун не двигается, сказал Янь Цзиньшэ: «Возьми Сяо Байлуна с собой, пусть он поучится».
Янь Цзиньшэ ответил: «Есть».
Услышав это, Сяо Байлун, подражая Янь Цзиньшэ, принял человеческий облик и встал рядом с ним: «Ученик слушается».
Янь Цзиньшэ сказал Сяо Байлуну: «Я зайду внутрь, ты просто следуй за мной и делай то же самое».
Сяо Байлун кивнул: «Хорошо».
Янь Цзиньшэ и Сяо Байлун направились внутрь, а Тан Саньцзан остался ждать у ворот.
Войдя в главный зал, Янь Цзиньшэ увидел суетящихся вокруг монахов и громко крикнул: «Ограбление! Всем стоять!»
Сяо Байлун позади, подражая ему, прокричал: «Ограбление! Стоять, не двигаться!»
Монахи, увидев, что кто-то пришел их грабить, пришли в ярость и схватились за оружие, нападая на обоих.
Янь Цзиньшэ сказал: «Сяо Бай, рань их, но не убивай, иначе учитель рассердится».
Сказав это, Янь Цзиньшэ принялся избивать толпу, а Сяо Байлун, увидев это, тоже принялся драться с монахами.
Сунь Укун, только что прибывший, еще не успел спуститься с облака. Он смотрел на происходящее с изумлением, не зная, что сказать. «Неужели это и есть высокие монахи буддизма? Или у меня больше буддийской натуры, чем у этого Тан Саньцзана, поэтому я считаю это позором для буддизма?»
Сунь Укун решил не показываться сейчас и подождать, пока беспорядки закончатся, а затем явиться, чтобы поприветствовать Тан Саньцзана, а потом снова скрыться.
Вскоре все монахи в храме были избиты обоими и стали чрезвычайно послушны, склонившись на колени и опустив головы.
Янь Цзиньшэ приказал Сяо Байлуну следить за монахами, а сам вышел встретить Тан Саньцзана и сказал: «Учитель, здесь всё улажено, проходите. Я позабочусь о повозке».
Тан Саньцзан ответил: «Хорошо, молодец. Ты становишься все умнее».
«Эта повозка все еще маловата. На этот раз сделай ее еще больше, и расширь лежанки и все остальное».
«Иначе, когда я приму эти сокровища, повозка перестанет вмещать всё».
«Раньше тем мелким воришкам повезло. Эх, жаль».
Янь Цзиньшэ ответил: «Есть» и, потянув повозку, уехал.
Тан Саньцзан вошел во двор и, увидев монахов, коленопреклоненных повсюду, почувствовал удовлетворение: «Где ваш настоятель? Позовите его скорее».
Вышел старый монах, дрожа: «Милостивый господин, я здесь настоятель».
Тан Саньцзан грозно сказал: «Какой еще господин? Я монах Тан Саньцзан из Великой Тан Восточных Земель, направляюсь в Западный Небесный Край, чтобы убить Юйланя, соблазнить Бодхисаттву Гуаньинь и стать Буддой. Понял? Не ошибись».
Мастер настоятель на мгновение замер, затем вспомнил сцену, показанную на небесном экране, где Тан Саньцзан дразнил Бодхисаттву Гуаньинь. Глядя на Тан Саньцзана, он застыл в изумлении, и вдруг осознал, что эти два образа слились воедино.
Мастер настоятель пришел в ужас. «Оказывается, это тот дерзкий монах!» — подумал он и поспешно сказал: «Да, Святой монах, ученик ошибся».
«Святой монах, проходите, ученик сейчас же приготовит для вас постную трапезу».
Тан Саньцзан сказал: «Должно быть мясо и вино. Понял?»
Мастер настоятель ответил: «Да, да, да, ученик понял. Ученик сейчас же пойдет готовить».
Затем Мастер настоятель ушел готовить еду, а Сяо Байлун наблюдал за ним и другими.
В это время Тан Саньцзан стоял во дворе. Сунь Укун, увидев, что Тан Саньцзан уладил дело, принял свой истинный облик и сказал: «Ученик приветствует учителя».
Тан Саньцзан взглянул на Сунь Укуна: «Хм, ты вернулся. Сходи к повозке и принеси мне Пёструю кашая».
Сунь Укун почесал затылок: «Есть».
Вскоре вернулись Янь Цзиньшэ и Сунь Укун, причем Сунь Укун нес в руках Пёструю кашая.
Тан Саньцзан взял Пёструю кашая, расстелил ее на стуле и, усевшись, сказал:
«Укун, в дальнейшем, на пути в Западный Небесный Край, ты будешь сидеть на дышле повозки».
«Укун, ты будешь моим старшим учеником внутреннего двора. Цзиньшэ и Сяо Байлун — мои ученики внешнего двора».
Говоря о Сяо Байлуне, тот как раз привел Мастера настоятеля и ароматную еду.
Тан Саньцзан взглянул на блюда: «Хм, эти блюда неплохи. Давайте сначала поедим. После еды, Цзиньшэ, ты проследишь, чтобы эти монахи переделали повозку».
«Укун и Сяо Бай, когда будет время, поучитесь у Цзиньшэ, не вмешивайтесь в чужие дела».
«Укун, после еды с Сяо Байлуном, принеси мне немного драконьей печени, фениксовой костной мути, драконьего мяса, фениксового мяса, побольше драконьего мяса, фениксового мяса, волшебных фруктов, Персиков Бессмертия, Золотых пилюль и вееров-оружия. Понял?»
Услышав, что Тан Саньцзан хочет съесть драконью печень и костную муть, драконье и фениксовое мясо, Сяо Байлун содрогнулся всем телом, почувствовав, что однажды его жизнь может оказаться под угрозой. Он поспешно сказал: «Понял».
Сунь Укун тоже дернул уголком рта и ответил: «Понял».
Вскоре, после еды, все разошлись по своим делам.
Тан Саньцзан встал и сказал Мастеру настоятелю: «Подойди сюда. Отнеси это одеяло в мою комнату и постели его у края кровати в моей комнате, как подножие».
Мастер настоятель, дрожа, ответил: «Есть».
Затем он почтительно взял Пёструю кашая и отправился в комнату Тан Саньцзана.
Тан Саньцзан не пошел за ним, ожидая, пока Мастер настоятель вдоволь насладится Пёстрой кашая.
————Разделительная линия————
Мастер настоятель, держа Пёструю кашая, вошел в комнату Тан Саньцзана и убрал все с края кровати.
Затем он развернул Пёструю кашая и мгновенно понял, что это превосходная ряса.
Пёстрая кашая излучала радужное сияние, наполняя комнату красным светом и двор — разноцветными испарениями.
На Пёстрой кашая были тысячи искусных жемчужин, десятки тысяч редких буддийских сокровищ. Волоски дракона были вплетены в шелковую ткань, а края украшены узорами.
«Носящий ее, изгоняет демонов и призраков, и отправляется в Желтый источник. Такое одеяние было создано бессмертными вручную, не всякий истинный монах может его носить».
Мастер настоятель, обнимая Пёструю кашая, видел звезды перед глазами и нежно гладил ее, не желая отпускать.
Особенно, когда он подумал, что Тан Саньцзан использует такую прекрасную Пёструю кашая как подножие, Мастер настоятель пришел в ярость. Он решил, что нужно хорошенько проучить Тан Саньцзана, а затем присвоить себе эту Пёструю кашая и всю повозку с сокровищами Тан Саньцзана.
А Тан Саньцзан уже отправил Сунь Укуна и Сяо Байлуна. Они, скорее всего, вернутся не раньше завтра, а затем наступит очередь Янь Цзиньшэ.
Но Тан Саньцзан не планировал отправлять Янь Цзиньшэ. Этот парень, возможно, сможет в нужный момент остановить стражников, демонов и божеств, и помочь ему.
Тан Саньцзан, думая о том, что его вот-вот сожгут, чувствовал себя прекрасно. «Сожжение, по крайней мере, даст мне одну звезду или больше!»
«В прошлый раз, когда меня укусил Сяо Байлун, я получил всего ползвезды и продвинулся лишь на три уровня. Как жаль, что такое не должно повториться. Такая смерть совершенно бесполезна, пустая трата шанса и ресурсов».
………………
（Автор недавно нашел очень интересную книгу и увлекся ее чтением. Возможно, в ближайшее время обновлений не будет.）
http://tl.rulate.ru/book/164635/15320807
Готово:
