Покинув основную территорию под юрисдикцией секты Тяньюнь, духовная энергия заметно истончилась. Ван Чжань и Линь Цинсюань шли не останавливаясь, под ногами становилась всё более пустынной горная тропа, вдалеке смутно виднелся контур равнины. Несмотря на их скорость, прошло почти полдня, и лишь когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в оранжево-красные тона, на горизонте возник силуэт городка, окутанный сероватым туманом.
Это и был город Цинму.
Городок был невелик, построен у реки с не самым обильным течением. Издалека большинство домов казались низкими и старыми, самое высокое здание представляло собой всего лишь трёхэтажную деревянную постройку в центре.
Наиболее примечательным было обширное лесное пространство позади города — Мёртвый лес. Даже на большом расстоянии было видно, что он резко отличается от окружающих пышных горных лесов: деревья росли редко, их стволы были искривлены, придавая всему вид безжизненного серо-чёрного пространства. Над лесом круглый год вился слабый, неопределённый серый туман, который даже в лучах заходящего солнца источал мрачную жуть.
«Какая плотная иньская и мёртвая энергия», — слегка нахмурилась Линь Цинсюань, чей метод культивации был особенно чувствителен к подобным субстанциям. — «Этот Мёртвый лес действительно оправдывает своё название».
Ван Чжань кивнул. Его духовное чутьё было намного сильнее, чем у сверстников, и он мог ощутить слабое, подавляющее чувство, исходящее от Мёртвого леса, словно сама земля отвергала жизнь. Он тихо произнёс: «Похоже, исчезновение культиваторов напрямую связано с этой местностью. Будьте осторожны, мы входим в город».
Пара, скрыв свою ауру, направилась к входу в город Цинму, словно обычные путники.
У входа в город даже не было приличной арки, только плотно утоптанная земляная дорога, ведущая вглубь. Несколько горожан в грубой одежде, с сельскохозяйственными орудиями в руках, возвращались домой. Увидев Ван Чжаня и Линь Цинсюань — двух явно чужаков, обладающих неординарной статью, — они не только не проявили любопытства, но тут же опустили глаза, ускорили шаг, избегая взгляда, словно увидели что-то дурное, и поспешно обошли их стороной, даже не осмелившись поздороваться.
Ван Чжань и Линь Цинсюань переглянулись, увидев в глазах друг друга напряжение. Реакция горожан была слишком необычной.
Ступив в город, путников окутало странное ощущение тишины. Хотя уже сгущались сумерки, по идее, это должно было быть время, когда из домов поднимается дым от очагов, а возвращающиеся домой люди обмениваются приветствиями. Но на улицах Цинму было малолюдно. Те редкие прохожие, что встречались, спешили, имели безразличные лица и почти не общались друг с другом. Большинство лавок по обеим сторонам улиц закрылись рано. Те немногие, что были открыты, пустовали; хозяева сидели за прилавками с пустым взглядом, устремлённым на улицу, и вяло реагировали на редких посетителей.
Весь город, казалось, был окутан невидимой пеленой уныния, наполненной гнетущей атмосферой, страхом и почти безнадёжной мёртвой тишиной.
«Сначала найдём место для ночлега, а потом будем собирать информацию», — тихо сказал Ван Чжань.
Они шли по главной улице, ища постоялый двор. Наконец, недалеко от центра города, они обнаружили заведение под названием «Юэлай», которое выглядело наиболее прилично в этом городке, хотя вывеска тоже была несколько обветшалой.
Войдя в постоялый двор, они увидели пустой зал. Лишь один слуга лениво протирал столы и стулья.
«Господа, желаете остановиться?» — слуга поднял голову. Увидев Ван Чжаня и Линь Цинсюань, в его глазах мелькнуло удивление, но затем он быстро вернулся к своему безразличному виду.
«Два номера высшего класса», — Ван Чжань положил на стойку несколько низших духовных камней.
Слуга взял камни, не задавая лишних вопросов, лишь молча протянул два ключа с деревянными бирками и указал на лестницу: «Наверх, налево, последние две комнаты».
«Слуга, я хотел бы спросить кое-что», — Ван Чжань не спешил подниматься. — «Говорят, в городе в последнее время неспокойно, пропало немало людей?»
Услышав это, слуга едва заметно вздрогнул, его лицо мгновенно стало бледным. Он поспешно замахал руками, испуганно озираясь по сторонам, и, понизив голос, быстро проговорил: «Господа! Не спрашивайте! Не ищите! Если хотите избежать неприятностей, лучше отдохните и завтра же утром уезжайте!» Сказав это, словно боясь заразиться чем-то, он схватил тряпку и, не оборачиваясь, скрылся в задней части заведения.
Его реакция была явно враждебной и уклончивой.
Ван Чжань нахмурился. В этот момент, сидевший в углу, потягивая в одиночестве вино и одетый как охотник мужчина, мельком взглянул на них полусонным взглядом и невнятно пробормотал: «Чужаки... не знают своей судьбы... тот лес... ест людей...»
Хотя голос был тихим, Ван Чжань и Линь Цинсюань расслышали его отлично.
«Брат, не мог бы ты рассказать подробнее?» — подошёл Ван Чжань к столу охотника и положил ещё один небольшой духовный камень.
Глаза охотника загорелись при виде камня, но тут же сменились ещё большим страхом. Он резко затряс головой, схватил камень, сунул его в карман, словно обжёгся, вскочил и, пошатываясь, побежал к выходу из постоялого двора, бормоча: «Я ничего не знаю! Ничего не знаю! Не спрашивайте меня!»
Ещё один человек, охваченный страхом.
Линь Цинсюань подошла к Ван Чжаню и тихо сказала: «Похоже, жители города испытывают глубокий страх перед этими исчезновениями и даже боятся упоминать о них. За этим, вероятно, стоит нечто большее, чем просто злые духи. Должна быть какая-то сила, повергающая их в отчаяние, которая всем управляет».
Ван Чжань кивнул, его взгляд пронзительно скользнул по пустому залу: «Кто-то намеренно нагнетает страх, чтобы заставить всех замолчать. Сначала пойдём в комнату».
Они поднялись наверх и вошли в соседние комнаты. Ван Чжань тщательно осмотрел свою комнату, не обнаружив ничего необычного, затем встретился с Линь Цинсюань у неё в комнате.
«Старшая сестра, что ты думаешь?» — спросил Ван Чжань. Линь Цинсюань принадлежала к знатной семье культиваторов и обладала обширными знаниями, возможно, она могла заметить что-то.
Линь Цинсюань задумалась: «Реакция горожан похожа на результат длительного подавления со стороны какой-то мощной угрозы. Если бы тут орудовали природные злые духи, страх не был бы столь единодушным, и уж точно все не боялись бы даже упоминать об этом. Я подозреваю, что за всем этим стоит кто-то, кто использует странности Мёртвого леса как прикрытие для какой-то своей тайной деятельности. Исчезновение культиваторов, вероятно, является частью этой деятельности».
Её анализ совпал с догадками Ван Чжаня.
«Сегодня ночью мы разделимся», — решил Ван Чжань. — «Я ещё раз пройдусь по городу, попытаюсь найти зацепку. Старшая сестра, твоё духовное чутьё остро, оставайся в постоялом дворе и наблюдай за потоками энергии в городе, особенно за передвижениями со стороны Мёртвого леса в полночь».
«Хорошо, будь осторожен», — напутствовала Линь Цинсюань.
Ночью, при безлунном небе и сильном ветре, тишина в городе стала ещё глубже, чем днём; не было слышно даже лая собак, лишь ветер проносился по пустым улицам, издавая жалобные звуки.
Ван Чжань, словно призрак, бесшумно вышел из постоялого двора и двинулся в тени города. Он побывал у чайного ларька у входа в город, у нескольких домов, где ещё горел слабый свет, и даже подобрался к краю Мёртвого леса.
Однако результатов не было.
Все дома были плотно заперты, словно испуганные птицы. Чем ближе он подходил к Мёртвому лесу, тем сильнее становилось ощущение холода и мёртвой тишины. Он даже слышал слабые, будто бы всхлипывающие звуки ветра, доносящиеся из леса. Его духовное чутьё охватывало пространство, но улавливало лишь рассеянную иньскую энергию, но ни малейшего признака живых существ; казалось, любая разумная жизнь умышленно скрывалась.
Когда он уже собирался вернуться в постоялый двор и проходил мимо тёмного переулка, его сердце внезапно ёкнуло, и он резко обернулся, посмотрев вглубь переулка!
Там, казалось, были глаза, которые на мгновение высмотрели его в темноте!
Но когда он сосредоточил взгляд, там ничего не было, лишь густая тьма.
Ван Чжань холодно взглянул, но не стал преследовать. Он почувствовал, что в том взгляде таилась ледяная, нечеловеческая злоба.
Он развернулся и быстро растворился в ночи, вернувшись в постоялый двор «Юэлай».
«Ну что?» — Линь Цинсюань постоянно наблюдала из окна.
Ван Чжань покачал головой: «Страх у горожан глубоко укоренился, ничего добиться не удалось. На окраине Мёртвого леса очень сильная иньская энергия, там действительно что-то неладное. И ещё…» — он сделал паузу. — «Кажется, меня кое-что преследовало».
Линь Цинсюань встревожилась: «Похоже, нас заметили, как только мы вошли в город. Оставаться здесь небезопасно, завтра мы сразу отправимся в Мёртвый лес на разведку. Кто бы это ни был — человек или призрак — мы скоро узнаем».
http://tl.rulate.ru/book/162789/12498607
Готово:
