Даже в выходной день Чжэнь Шао не мог спокойно отдыхать.
Всепоглощающее чувство тревоги охватывало его маленькое тело. Даже в безопасности дома, в тепле постели, он не чувствовал никакого облегчения.
Под давлением сильного чувства вины, Чжэнь Шао увидел кошмар.
Ему снилось, что его поймал тот человек... Никто не мог его спасти. Все близкие казались бессильными перед лицом сложившейся ситуации. Он видел слезы Сяо Цзи, отчаяние тети Чи Юй и жалкий, униженный вид всемогущего дяди Цзи... Но даже тогда, холодный мужчина утащил его обратно в Тартар...
Он молчал всю дорогу, его сильные руки, казалось, готовы были вывернуть Чжэнь Шао руку.
Загреус, который всегда был добрым, после долгой разлуки стал необычайно холоден... Он сидел с пожилым мистером Аидом и трехголовым псом Кербером во дворце Тартара. Рядом с ними стоял тот ненавистный... отец, с прежним холодным выражением лица.
Боги Тартара разместили его на судейской трибуне дворца, шепчась вокруг него. Они собирались судить его... судить его, грешника.
Итак, в чем же заключалась вина Чжэнь Шао?
В том, что он «жил».
Он был рожден грешником. Одно лишь существование было символом греха.
...
«...Ха.» Чжэнь Шао внезапно открыл глаза. Слезы уже промочили подушку...
После короткого мгновения страха он быстро успокоился.
На самом деле, он уже давно научился себя контролировать. Он больше не просыпался в истерике, плача и крича.
Ведь ему это снилось не в первый раз.
Чжэнь Шао протянул руку и коснулся задней части шеи... Всё было в поту, одежда и длинные волосы промокли.
«Ух...» Но теперь он был очень спокоен. Он неторопливо достал несколько бумажных салфеток из тумбочки, вытер свое заплаканное лицо, которое было в соплях и слезах, затем протер пот со лба и шеи, и только потом включил телефон.
Было восемь часов.
В Преисподней не было солнца, но яркий солнечный свет проникал сквозь шторы и падал на кровать. Потому что погода в Преисподней совпадала с погодой в мире живых.
Сегодня прекрасная погода, идеальный день для спокойного отдыха... Чжэнь Шао мысленно уговаривал себя.
Подняв взгляд, он увидел, что Цзи Ир уже спала, склонившись над клавиатурой, с мучительным и недовольным выражением лица.
«Сяо Цзи выглядит такой глупенькой, но неужели она тоже видит кошмары...»
Хотя Чжэнь Шао и любил себя за то, что он милый и красивый, иногда он желал, чтобы он был обычным парнем.
По крайней мере, тогда он смог бы обнять Сяо Цзи по-принцессински и отнести ее в ее комнату...
Чжэнь Шао с трудом поднял Цзи Ир, которая была выше и полнее его, на кровать. Затем, запыхавшись, он повернул подушку, укрыл ее одеялом и только потом вышел из комнаты, чтобы принять душ.
Чжэнь Шао открыл дверь ванной и увидел маленького черного кота с множеством хвостов, изящно лежащего в ванне с водой. Глаза его закатились, и он мерно мурлыкал.
Похоже, тетя Чи Юй тоже не спала всю ночь. Бедный дядя Цзи.
Ух ты, на лапках кошки были даже следы обожженной шерсти... Должно быть, это один из магических приемов девятихвостой кошки-демона – кошачий огонь.
Наверное, дядя Цзи сказал что-то, что расстроило тетю Чи Юй, и она снова взорвалась, даже применив магию... Но, к счастью, в Преисподней Хайчэна был только один человек, который мог справиться с тетей Чи Юй, и это был дядя Цзи.
Чжэнь Шао поколебался, затем поднял кошку из ванны, положил ее на диван в гостиной и вытер воду полотенцем.
«Мур-мур-мур...» Ань Чи Юй, ощущая прикосновения, похожие на поглаживание, сладко замурлыкала во сне.
Затем она внезапно испуганно вздыбилась! Отряхиваясь, она забрызгала Чжэнь Шао водой с ног до головы...
«Мяу! – Проклятый Старый Цзи! Если хочешь выслужиться перед старухой, позови мне Эрлана из Гуаньцзянкоу на помощь!»
Чжэнь Шао вздрогнул от испуга, но быстро опомнился.
«Тетя, это я. Не дергайся, не царапайся.» Чжэнь Шао наклонился и прошептал Ань Чи Юй на ухо.
«Это Чжэнь... Сегодня выходной, так рано встал... мяу! – Что ты делаешь?» Ань Чи Юй перестала вырываться, снова закрыла глаза, перевернулась и комфортно выставила мокрый живот Чжэнь Шао.
«...Сегодня хорошая погода, я хочу подняться наверх поиграть.»
«Куда? В мир живых?» Ань Чи Юй все еще не могла открыть глаза от сонливости.
«Угу.»
«...В мире живых нельзя пользоваться магией.»
«Угу.»
«Отдай свою униформу и магические артефакты... *Зевок*, пусть Дин Чжэнь хранит их, иначе я не позволю тебе идти.»
«Хорошо.»
«...И косу.»
«Хорошо.» Чжэнь Шао улыбнулся.
«И кусачки для ногтей.»
«Угу.»
«Чжэнь, тетя спрашивает тебя... ты не собираешься заранее разведать обстановку для завтрашней работы, поэтому хочешь бродить по миру живых в выходной день?» Ань Чи Юй с некоторой подозрительностью открыла кошачьи глаза.
Идти играть, конечно, было лишь предлогом. Чжэнь Шао действительно хотел разведать обстановку.
Но он покачал головой.
«Тетя, я встретил друзей в мире живых.»
«А?!»
Ань Чи Юй подпрыгнула от удивления, взлетела высоко вверх, а затем плавно приземлилась на диван.
«Друзья? Он...»
«Он обычный человек.» Чжэнь Шао опередил ее.
«Он знает...»
«Нет, я никогда не говорил о своей личности.»
«Почему ты...»
«Потому что он красивый.» Чжэнь Шао отвечал без тени смущения. В конце концов, он не врал.
Ань Чи Юй снова была потрясена. В следующее мгновение ее подвижное кошачье лицо мгновенно стало хитрым.
«Тетя, почему ты вдруг улыбаешься?»
«У меня такая улыбка от природы.»
«...»
Ань Чи Юй была вне себя от радости.
Когда этот ребенок был там, ради выживания его растили как девочку... Когда он сбежал в Преисподнюю Хайчэна, его мать специально велела обращаться с ним как с девочкой.
Действительно, кроме того, что он знал, что он мальчик, в чем он походил на мужчину?
Поэтому, услышав, что Чжэнь Шао выбрал этого человека в качестве друга, потому что он красив, Ань Чи Юй была так рада, что не могла удержаться.
Это так по-юношески!
Хотя Ань Чи Юй прожила очень долгую жизнь, она не была традиционным демоном.
Ведь, будучи демоном, она выбрала быть с дядей Цзи, человеком из Преисподней, эта связь сама по себе была весьма нетрадиционной.
Поэтому Ань Чи Юй была очень оптимистична в отношении Чжэнь Шао.
Милый, красивый, маленький, он мог растрогать любого до глубины души... Ань Чи Юй совершенно не видела ни одной причины, по которой Чжэнь Шао мог потерпеть неудачу.
Сейчас невозможно проиграть!
«Иди, иди, удачи тебе, Чжэнь! Тетя совершенно не против этого брака!»
«...Эх.»
Чжэнь Шао не знал, что в голове у тети внезапно разыгралась подростковая любовная драма... Но он знал, что тетя дала ему зеленый свет.
Теперь хорошо, что Дин Чжэнь будет возить его в мир живых даже в выходные.
Приняв душ, он отправился в мир живых.
Чжэнь Шао с хорошим настроением направился в ванную, и увидел, что дверь в главную спальню была приоткрыта.
«Цзи...»
«Тсс! Тсс!» Старый Цзи с лицом, покрытым царапинами, тут же подмигнул, и Чжэнь Шао, не выказывая ничего, направился к двери главной спальни.
«Где твоя тетя Чи Юй?» – с обиженным выражением лица спросил Старый Цзи.
«Тетя выглядела очень сонной, мы немного поговорили в гостиной, и, вероятно, она сейчас спит на диване.»
«Ох, когда жена друга злится, она не пускает мужчину в комнату, а эта... она без разбора избила меня, а потом сбежала в середине ночи и носилась повсюду...»
Оказывается, тетя Чи Юй сама забралась в ванну после того, как немного покричала.
«Когда она уснет, скажи мне, чтобы я отнес ее в кровать... и тайно купил несколько рыб.»
«Хорошо.» Чжэнь Шао послушно кивнул.
Хотя тетя Чи Юй каждый месяц раз в несколько дней бывала очень капризной, на самом деле она была хорошей женщиной.
Итак, как определить, является ли женщина в отношениях хорошей женщиной?
Это зависит от того, насколько трудно ее умилостивить.
Способы умилостивить девушку были разнообразны и ни разу не повторялись. Но если мужчина использовал только один способ, чтобы умилостивить любимую женщину, а эта женщина, как назло, принимала только этот способ...
После того, как дверь кабинета закрылась, Чжэнь Шао снова подошел к дивану в гостиной.
«Тетя Чи Юй.»
«Мур-мур-мур...» Ленивое мурлыканье исходило от маленького черного кота, свернувшегося клубком на диване, казалось, он уже спал.
Чжэнь Шао наклонился и приблизился к уху маленького черного кота.
«Тетя Чи Юй, дядя Цзи сегодня в обед собирается готовить твой любимый полный рыбный пир.»
«Мур-мур-мур...»
В ответ Чжэнь Шао по-прежнему слышал только мурлыканье. Но на маленькой, милой кошачьей мордочке, свернувшейся клубком, уже непроизвольно появилась улыбка.
http://tl.rulate.ru/book/151474/9767912
Готово:
